Байтұрсынов оқулары халықаралық Ғылыми-практикалық конференция материалдары


ӘЛЕУМЕТТІК-ГУМАНИТАРЛЫҚ БІЛІМ БЕРУ МЕН ҒЫЛЫМНЫҢ ӨЗЕКТІ МӘСЕЛЕЛЕРІ



жүктеу 5.13 Mb.
Pdf просмотр
бет34/50
Дата28.12.2016
өлшемі5.13 Mb.
1   ...   30   31   32   33   34   35   36   37   ...   50

ӘЛЕУМЕТТІК-ГУМАНИТАРЛЫҚ БІЛІМ БЕРУ МЕН ҒЫЛЫМНЫҢ ӨЗЕКТІ МӘСЕЛЕЛЕРІ 
АКТУАЛЬНЫЕ
 
ВОПРОСЫ
 
СОЦИАЛЬНО-ГУМАНИТАРНОГО
 
ОБРАЗОВАНИЯ
 
И
 
НАУКИ 
 
170 
 
Английский  кинокритик  Иден  Джонсон  писал:  «Эти  киноленты  словно  говорят  нам:  смотрите  - 
британцы  добрые,  британцы  слабые,  но  в  конечном  итоге  они  всегда  берут  верх.  Возможно,  в  на-
стоящее время их политика не на высоте, но, будучи добрыми и нравственными, они, в конце концов, 
преодолевают  все  трудности».  Такая  позиция  позволяла  англичанам  верить,  что,  даже  после  краха 
империи и ее могущества, Великобритания остается оплотом морали для всего мира. 
Военное кино Англии, разумеется, по-прежнему находилось под влиянием  официальной поли-
тики,  но  и  оно  подверглось  изменению  своей  идейной  направленности,    в  силу  происходящих  пере-
мен. Отечественный исследователь зарубежного кинематографа А. Дорошевич отмечал, что в 1950-е 
годы  английские  кинохудожники  отказываются  показывать  «настоящие  британские  качества»  в  тра-
диционном ключе. В таких фильмах, как «Жестокое море» 1953 г. (режиссер Ч. Фрэйнд) и «Мост через 
реку  Квай»  1957  г.  (режиссерД.Лин),  демонстрируется  негативная  сторона  знаменитой  английской 
выдержки. Если в одном случае «стиснутые зубы» могут означать стойкость и верность исполняемо-
му долгу, то в другом - покорное согласие на функцию винтика гигантского механизма, подчиненного 
слепой неизбежности[2, с.116]. 
«Мост  через  реку  Квай»  режиссераДэвида  Лина,  жестко  и  бескомпромиссно  обличает  абсурд-
ность  и  преступность  многих  аспектов  войн,  которые  велись  в  XX  в.,  показывая  оборотную  сторону 
буквального и ограниченного понимания верности исполняемому долгу. 
Сюжет  фильма  таков:  во  время  Второй  мировой  войны,  на  территории  Бирмы,  отряд  британ-
ских  солдат  попадает  в  японский  плен.  Их  отводят  в  лагерь,  находящийся  в  джунглях.    Командует 
пленными полковник  Николсон, уверенный,  что  пленение  является  частью  военного  плана  командо-
вания, по чьему приказу они и сдались. Среди солдат он поддерживает жесткую дисциплину, по лаге-
рю  они  передвигаются  исключительно  строем,  несмотря  на  раны,  малярию  и  голод  -  неизменные 
спутники  японского  плена.  Один  из  солдат,  выпускник  медицинской  академии,  врач  Клиптон  совер-
шенно не понимает стремления командира сохранить  армейскую  дисциплину и теряется в догадках, 
почему  они    не  планируют  бежать.  Однако,  Николсон  запрещает  даже  думать  о  побеге,  поскольку 
считает,  что  они  по-прежнему  на  службе.  В  лагере  англичане  встречают  американского  офицера 
Ширза, который говорит о том, что в таком аду у них есть только два варианта: либо неминуемо уме-
реть  от  болезней  и  лишений,  либо  быть  застреленными  при  попытке  к  бегству.  Последнее,  на  его 
взгляд предпочтительнее.  Но Николсон отказывается слушать американца. 
Военнопленным, независимо от чина, приказано строить мост через реку,чтобы соединить же-
лезной дорогой два стратегически важных пункта. Однако англичане отказываются исполнять приказ 
командования  лагеря,  даже  под  угрозой  расстрела.    Начальник  японского  лагеря  полковник  Сайто 
понимает, что если мост не будет построен в назначенный срок, ему придется подвергнуть себя хара-
кири. Японец убеждает британских военнопленных подчиниться, ища себе союзника в лице Николсо-
на. Тот поначалу твердо отказывался строить мост, считая это преступлением и предательством, но 
затем  в  сознании  британца  происходит  некая  трансформация.  С  этого  момента  и  следует  дальней-
шее развитие сюжета. 
Сам  фильм  был  снят  по  мотивам  романа  Пьера  Буля  «Мост  через  реку  Квай» 
(LePontdelaRiviereKwai,  1952).  Буль  в  годы  Второй  мировой  войны  состоял  в  отрядах  «Свободной 
Франции», сражавшихся в Китае, Бирме и Индонезии. Там писатель попал в плен, и провел в заточе-
нии несколько лет. В плену он тайно вел дневник, который и послужил фактологической основой бу-
дущего произведения. 
Лин взял из этой книги лишь описание быта японского лагеря для военнопленных и законов су-
ществовавших там.  Сам же сюжет, с английскими солдатами в плену, был основан на подлинной ис-
тории подполковника Филиппа Туси, воспоминания о котором были собраны позднее в книге Питера 
Дэвиса «Человек позади моста» (1991 г.). 
Таким образом, мы видим, что специально Дэвиду Лину ничего выдумывать не пришлось, и на 
основе  жизнеописания  реально  существовавших  людей  он  строит  новый  образ  солдата,  фанатика 
военно-армейских принципов. 
О  том,  по  какой  причине  попали  в  японский  плен  английские  военные,  можно  проследить  по 
хронике  реальных  исторических  событий  в  Индокитае  1940-х  годов.  Как  отмечает  историк  Б.  Пирс 
«…даже американская помощь в виде китайских армий генерала «Уксусного Джо» Стилвелла и «ле-
тающих  тигров»  генерала  Клэра  Ченнолта  не  смогла  остановить  одновременное  наступление  япон-
цев в Бирме». И вновь британское отступление получило все характеристики разгрома. Подобно со-
бытиям в Малайе, оно оказало фатальное влияние на положение колониальной державы. Губернатор 
сэр  РеджинальдДорман-Смит,  которому  пришлось  бросить  свою  большую  коллекцию  цилиндров, 
признавал:  «Британцам  никогда  больше  не  удастся  поднять  головы  в Бирме». Они  не  смогли  ни  за-
щитить себя от вторжения японцев, ни уберечь гражданское население от атак на земле и с воздуха. 
По замечанию индийского чиновника, Н.С. Тайябджи, подобная бойня «покончила с остатками верно-
сти или сочувствия делу Британии среди бирманцев». К концу мая 1942 г.  японцы оккупировали всю 
страну. По словам Тайябджи, они «уничтожили миф о западной неуязвимости, а вместе с ним - и те 
прочные связи, которые могли пережить сто с лишним лет эксплуатации и бездумной власти» [3]. 

ӘЛЕУМЕТТІК-ГУМАНИТАРЛЫҚ БІЛІМ БЕРУ МЕН ҒЫЛЫМНЫҢ ӨЗЕКТІ МӘСЕЛЕЛЕРІ 
АКТУАЛЬНЫЕ
 
ВОПРОСЫ
 
СОЦИАЛЬНО-ГУМАНИТАРНОГО
 
ОБРАЗОВАНИЯ
 
И
 
НАУКИ 
 
171 
 
У  персонажа  Сайто  такой  веры  в  британское  величие,  разумеется,  никогда  не  существовало. 
Он  презрительно  относится  к  пленённым  англичанам,  к  их  требованиям  соблюдать  международные 
конвенции  и  отказу  подчиниться приказу  –  строить  мост.  Как  истинный  самурай,  Сайто  считает  бри-
танских солдат трусами и предателями, раз они предпочли плен благородной смерти. Впрочем, под-
гоняемый сроками, установленными командованием, японец идет на сговор с командиром плененных 
солдат,  Николсоном,  который  говорит  ему  о  том,  что  под  его  руководством  солдаты  начнут  работу 
незамедлительно. 
К изумлению собственных солдат и офицеров, полковник усердно принимается за организацию 
постройки моста, порицая при этом их за саботаж и халтурное отношение к делу. Выясняется, что его 
цель  состоит  в  том,  чтобы  вернуть  солдатам  прежнюю  форму  и  дисциплину,  потерянные  за  время 
пребывания в плену. Он желает показать японцам, насколько хороши англичане в любом деле. И тем 
самым завоевать уважение врага, столь необходимое ему лично, и всей Британской империи. Сайто-
дает Николсону своих солдат, чтобы ускорить строительство моста, и вскоре добивается желаемого. 
Мост растет на глазах. 
Лин  концентрирует  внимание  зрителя  на  стойкой  дисциплине  в  рядах  британских  военнослу-
жащих, которая не исчезла ни в силу обстоятельств, ни в силу времени. Солдаты в фильме так и не 
поняли, зачем их командиру этот мост, но строили его без всяких оговорок и без малейшего неподчи-
нения. 
Одновременно с этими событиями, развивается история американца Ширза, который умудрил-
ся сбежать из плена и попасть в госпиталь для офицеров на острове Цейлон. Тут его находит коман-
дир секретного подразделения британских спецслужб майор Уорден и заставляет отправиться обрат-
но  в  Индокитай,  чтобы  Ширз  помог  провести  операцию  по  ликвидации  строящегося  моста.  Испуган-
ный  американец  признается,  что  он  на  самом деле  вовсе  не  офицер,  это  звание  он  присвоил  наме-
ренно, надеясь на лучшее обращение в плену. Впрочем, выясняется, что британскому штабу об этом 
известно, и  если Ширз не хочет, чтобы об этом доложили американскому командованию, он должен 
делом искупить вину. 
Авторами фильма подчеркивается разница между Николсоном и Ширзом:  для одного превыше 
всего долг и ответственность за своих подчиненных, для другого – война лишь способ нажить славу у 
себя на родине. 
Тем временем Николсон в целях скорейшего завершения постройки моста прибегает к весьма 
странным, с точки зрения его подчиненных, мерам. Он просит раненых и заболевших малярией бри-
танских солдат тоже помочь ему в стройке. Те, не в силах отказать командиру, встают с деревянных 
полатей барака и идут за ним. В результате мост готов к сроку. Полковник и врач Клиптон прибивают 
к опоре моста деревянную доску, на которой написано, что мост построен британскими солдатами. 
Той  же  ночью  прибывшие  коммандос  вместе  с  бывшим  военнопленным  этого  лагеря  Ширзом 
минируют  скрытые  под  водой  опоры  моста.  Однако  к  утру  уровень  воды  в  реке  снижается,  и  шнур 
взрывателя  становится  виден.  Николсон  замечает  его  и  начинает  догадываться  о  готовящейся  ди-
версии. Как это ни парадоксально, британский полковник рассказывает о находке японцу Сайто. Воз-
можно, некий мифический долг перед самим собой  и империей заставляет полковника сохранить со-
оружение, дабы противники, каждый раз глядя на мост, удивлялись его красоте и качеству, и соответ-
ственно воздавали дань уважения Британии. 
Далее  с  сознанием  полковника  Николсона  происходят  совершенно  невероятные    вещи.  Когда 
Уорден ножом убивает Сайто, пытавшегося оборвать провод взрывателя, и сообщает Николсону, что 
взорвать мост, это требование штаба армии, тот достает пистолет и стреляет в майора.  Затем пол-
ковник хватает Ширза, в попытке отнять у него детонатор  и громко зовет японских солдат на помощь. 
Внезапно  узнав    американца,  до  Николсона  доходит  осознание  того,  что  он  натворил.  В  это  время 
раненый Уордендостает автомат и стреляет в Николсона. Истекающий кровью, Николсон намеренно 
падает  на  детонатор,  приводя  его  в  действия.  Мост  взрывается  вместе  с  первым  поездом,  который 
проходил в это время по нему. К реке прибегает уцелевший врач, который так и не понял своего ко-
мандира, но которому верил вплоть до взрыва,  и кричит, повторяя: «Безумцы, безумцы!». 
В  этих  словах  заключается  весь  замысел  киноленты  Дэвида  Лина.  Молодые  солдаты,  ветера-
ны,  победители  и  проигравшие,  все  они  и  те,  кто  верен  долгу,  и  кто  забыл  о  нем  в  нечеловеческих 
условиях плена,  те, кто до конца был предан идее и разочаровавшиеся в ней - все погибли вместе с 
рухнувшим мостом. Этот мост лично для полковника Николсона был средством заставить британских 
солдат  не  потерять  человеческий  облик  в плену,  средством доказать  враждебной  стороне,  что  сила  
духа британских офицеров и солдат не будет сломлена ни при каких обстоятельствах. 
В финальных кадрах, камера оператора внимательно следит за тем, как уплывает в мутной во-
де табличка, на которой написано, что проект и постройка моста выполнена английскими солдатами 
полковника Николсона. Так, режиссер, аллегорически, но, тем не менее, недвусмысленно говорит, что 
те давние британские военные традиции, являвшиеся мостом  между прошлым и настоящим, которые 
так упорно старались сохранить английские офицеры, погибают  в реке времени. 
Фильм  «Мост  через  реку  Квай»  вышел  в  момент,  когда  Великобритания  вступила  в  свой  по-

ӘЛЕУМЕТТІК-ГУМАНИТАРЛЫҚ БІЛІМ БЕРУ МЕН ҒЫЛЫМНЫҢ ӨЗЕКТІ МӘСЕЛЕЛЕРІ 
АКТУАЛЬНЫЕ
 
ВОПРОСЫ
 
СОЦИАЛЬНО-ГУМАНИТАРНОГО
 
ОБРАЗОВАНИЯ
 
И
 
НАУКИ 
 
172 
 
следний  колониальный  конфликт    в  Азии,  пытаясь  подавить  освободительное  движение  в  Малайе. 
Практически  параллельно  развивался    «Суэцкий  кризис»,  росло  недовольство  военных  египетской 
кампанией,  завершившейся  позорным  для  Британии  поражением  и  выводом  войск  с  территории 
Ближнего  Востока.  Тогда  же  разворачивалась  борьба  африканских  колоний  за  независимость,  где 
мирные  формы  сочетались  с  немирными.  В  это  время,  в  отличие  от  других  западноевропейских 
стран, демонстрировавших высокие темпы экономического роста, хозяйство Великобритании находи-
лось  в  застое.  Подавление  вооруженных  восстаний,  охрана  имперских  коммуникаций  и  т. п.  превра-
щались при данных условиях для Англии в непосильное бремя, а империя - в непозволительную рос-
кошь.[4, с.85]. 
Происходящие события вызвали ломку ценностей в сфере культуры. Если межвоенное поколе-
ние стойко и пессимистично прощалось со старыми идеалами Империи, то движение «разгневанных 
войной»,  которые  еще  детьми   пережили  Вторую мировую  войну,  «протестовали  против  существую-
щей неопределенности не по-английски несдержанно и агрессивно»[5, с.76]. 
Их позицию и воплотил на экране Дэвид Лин, вложив в уста одного из героев слово «безумие». 
 
Литература: 
1.  Трофимова О.  С. Тема личности  и  империи  в  английском  кинематографе  1930-80-х  гг.  Дис-
сертация на соискание ученой степени кандидата искусствоведения. М, 2004 
2.  Дорошевич  А.Н.  Согласование  времен:  Современное  осознание  моделей  прошлого  в  анг-
лийском кино 60-х-80-х гг. // Киноведческие записки. 1990. № 8, с.168-181, с.171 
3.  Пирс Б. Упадок и разрушение Британской империи. 1781–1997. М.: ACT, 2010, с. 548 
4.  Британская  империя  в  XX  веке.  Под  ред.  А.М.  Пегушева.  М,  2010  г.,  296  с.  //  ст.  Глущенко 
Е.А. «Некоторые причины распада Британской империи», с. 112. 
5.  Трофимова О. С. Тема личности и империи в английском кинематографе 1930-80-х гг. Авто-
реферат на соиск. уч. степени кандидата искусствоведения. М., 2004 
 
 
 
УДК 81'128 
 
МЕГАКОНЦЕПТУАЛЬНЫЙ ФЕНОМЕН СОВРЕМЕННОЙ  
ПОЛИЛИНГВОКУЛЬТУРНОЙ ЯЗЫКОВОЙ ЛИЧНОСТИ В УСЛОВИЯХ  
ГЛОБАЛИЗАЦИИ И МИГРАЦИЙ 
 
Карабулатова И.С. - главный научный сотрудник, доктор филол.н., профессор, зав. сектором 
этнополитической,  социокультурной  безопасности  и  коммуникационных  технологий  ИСПИ  РАН, 
Москва (Россия) 
 
В  период  развития  постсоветских  государств  проблемы мультилингвологии  и  формирова-
ния мультилингвизма становятся все более актуальными. Реализация синергетического полиас-
пектного  подхода  к  исследованию  мегаконцептуального  феномена  полилингвокультурной  языко-
вой личности в условиях глобализации и миграций позволяет выявить особенности и закономер-
ности  эволюции  в  этом  сложном  гуманитарно-социальном  конструкте  современного  научного 
знания  с позиций  взаимодействия и взаимовлияния разноструктурных языков, фольклора, нацио-
нальных литератур и искусств. Кроме того, она позволяет определить способы, формы и мето-
ды реализации их коммуникативного потенциала. 
Современное электронно-информационное общество ставит вопрос выбора языка коммуни-
кации  и  языка  мышления.  Энтропийные  процессы  неизбежно  влекут  за  собой  явления  интерфе-
ренции,  интервенции  (захвата  сферы  языка),  аттрикции  (порчи  языка),  сопровождающие  процес-
сполилингвизма,  влияя  на  процессы  усвоения  новых  языков  и  сохранность  родного  языка.  Совре-
менное  общество,  вовлеченное  в мир  цифровых технологий  и коммуникаций,   остается  расколо-
тым в социальном, идеологическом, культурном и национальном отношениях. 
Ключевые слова: миграция, языковая деятельность, геополитика, лингвистическая безопас-
ность, электронно-цифровое общество 
 
В  современной  культурно-исторической  ситуации,  в  условиях  системного  кризиса  «цивилизо-
ванного  мира»  информационно-психологические  воздействия  на  психику  человека  лавинообразно 
нарастают, что, несомненно, представляет собой постоянный источник психического стресса и рассо-
гласованности  с  реальной  этнолингвокультурной  средой.  Полиаспектность  современного  информа-
ционного  пространства  заставляет  нас  задуматься  о  выборе  языка  доставки  информации,  а  также 
вербально-невербальной  составляющей  языка  любого  сообщения,  поскольку  явления  культурного 

ӘЛЕУМЕТТІК-ГУМАНИТАРЛЫҚ БІЛІМ БЕРУ МЕН ҒЫЛЫМНЫҢ ӨЗЕКТІ МӘСЕЛЕЛЕРІ 
АКТУАЛЬНЫЕ
 
ВОПРОСЫ
 
СОЦИАЛЬНО-ГУМАНИТАРНОГО
 
ОБРАЗОВАНИЯ
 
И
 
НАУКИ 
 
173 
 
шока,  лингвистического  шока  при  интенсивных  миграционных  потоках  могут  усиливать  этнолингво-
культурные  рассогласования  в  структуре  личности  в  функциональном  аспекте[1].  На  наш  взгляд, 
именно это служит причиной различных конфликтов, обусловленных осознанием культурных дистан-
ций  как  внутри  самой  личности,  так  и  между  отдельными  социальными  стратами.Не  случайно  рус-
ских, мигрировавших  в  Россию  из  Казахстана,  местные  русские  называют  казахами,  а  из  Украины  – 
украинцами. 
Явления  культурного  шока,  лингвистического  шока  при  интенсивных  миграционных  потоках 
усиливают  различные  этнические  рассогласования  в  структуре  личности  [2;  6;  8;  10].  Система  гло-
бальной  сети  Интернет,  «размывая»  идентичность,  вызывает  к  необходимости  поиска  новых  путей 
осуществления  национальной  политики,  прежде  всего,  в  сфере  межэтнических  отношений  [1;2;  3;  5; 
11;13]. 
Международная  миграция  в  привлекательных  для  мигрантов  российских  регионах  формирует 
до 50% новых мигрантов, прежде всего из стран СНГ и Таможенного Союза. Однако последние собы-
тия  на  Украине  и  на  Ближнем  Востоке  спровоцировали  новое  глобальное  «переселение  народов», 
внося в коррективы в лингвоментальные стереотипы народов-контактеров [6; 7].  В этой связи особое 
звучание  приобретают  языки  и  культуры  мажоритарных  и  миноритарных  этносов  как  региона,  так  и 
страны в целом. Сегодня мы видим тенденцию к смешению разнородных этнокультурных элементов 
не только в обществе, но и в психике конкретного человека, что может привести к появлению психо-
подобных вербально-паравербальныхсимптомокомплексов[5; 6]. 
Предварительно  проведенный  нами  мониторинг  открытых  источников  показал,  что  в  общей 
сложности  в  2013-2014  гг.  произошло  1610  этнически  мотивированных  конфликтных  действий  раз-
личной  степени  интенсивности  (от  размещения  ксенофобного  контента  в  Интернете  до  массовых 
столкновений с применением оружия и смертельными исходами). 
Сегодня  глобальная  исламизация  непосредственно  влияет  на  этнокультурную  ситуацию  прак-
тически  во  всех  российских  регионах,  а  не  только  в  традиционно  исламских  (Татарстан,  Дагестан, 
Чечня,  Ингушетия).    Одним  из  показателей  стало  продвижение  канонов  исламской  моды  в  ведущие 
европейские модные дома [13; 14]. Массовые столкновения в Европе между европейцами и пришлы-
ми  мигрантами-мусульманами  обусловлены  наличием  большой  культурной  дистанцией  и  ложным 
декодированием внешних символов (например, короткая юбка, макияж и/или отсутствие нижнего бе-
лья не означает указания на проституцию в Европе) [13;14; 15; 16]. 
Прагматический подход к языку видоизменяет природу лингвистического анализа, арсенал ме-
тодов и последовательность используемых процедур.В этом контексте при формировании такой лич-
ности этнические дифференциации, равно как и общие речевые дисфункции, хотим мы того или нет, 
выступают на передний план при усвоении и русского языка и других иностранных языков [6; 8; 9]. 
На сегодняшний день в России предусмотрены Центры по работе с мигрантами, не владеющи-
ми  русским  языком  и  культурой,  но  совсем  отсутствуют  центры  по  адаптации  мигрантов-
соотечественников, т.е. тех, кто владеет неким набором знаний и умений в сфере русской культуры, 
но  с  учетом  трансформации  под  влиянием  длительного  иноэтничнного  окружения.  На  наш  взгляд, 
такая  ситуация  также  создает  ситуацию  благоприятствования  для  развития  этносоциокультурных 
дистанций между «своими» и «чужими» (пришлыми). Поэтому и  работа с русскими Ставропольского 
края должна строиться иначе, чем с русскими Тюменской области, Татарстана и ХМАО. 
Процесс  глобализации  в  информационной  сфере  есть  функционирование  многомерного  про-
цесса  на  основе  взаимодействия  средств  создания  и  распространения  информации,  которые  путем 
концентрации  совместных  усилий  формируют  принципиально  новый  уровень  информационного  воз-
действия на общество [8; 9]. Возникает голограмма, которая оказывает существенное влияние на ре-
альные  процессы  в  обществе    и  в  значительной  мере  формирует  их.  Уровень  влияния  этой  голо-
граммы может быть зафиксирован в результатах опросов различных групп населения [1; 10]. 
Скрининг  современного  информационного  пространства  РФ  дает  возможность  не  только  про-
анализировать,  но  и  выработать  реальную  программу,  позволяющую  предотвращать  нагнетание  не-
гативных настроений в языковом сознании современных носителей языка.  В современной культурно-
исторической  ситуации,  в  условиях  системного  кризиса  «цивилизованного  мира»  информационно-
психологические воздействия на психику человека лавинообразно нарастают, что, несомненно, пред-
ставляет  собой  постоянный  источник  психического  стресса  и  рассогласованности  с  реальной  этно-
лингвокультурной  средой.     Оказываются  возможными  самые  неожиданные  варианты  конструирова-
ния новых политических субъектов, новых политических альянсов и протоинститутов. Изменения бу-
дут  происходить  по  слишком  большому  числу  параметров,  чтобы  даже  современные  средства  гло-
бального  контроля  смогли  уследить  за  происходящим.  Так,  во  многих  странах  ЕС  неожиданно  для 
многих  экспертов  и  аналитиков  возник  кризис  социального  государства,  усилились  национализм  и 
сепаратизм  [11;  12;  15]  возникли  противоречия  между  странами  Северной  и  Центральной  Европы 
(Германия,  Франция,  Великобритания,  скандинавские  страны),  с  одной  стороны,  и  странами  Южной 
Европы (Греция, Португалия, Испания, Италия), с другой. В то же время на Ближнем Востоке, в Се-
верной  и  Тропической  Африке,  где  многие  десятилетия  вызревали  социальные,  политические,  ме-
1   ...   30   31   32   33   34   35   36   37   ...   50


©emirsaba.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет