Н. П. Пешкова (зам отв редактора)



жүктеу 2.68 Mb.
Pdf просмотр
бет4/31
Дата15.03.2017
өлшемі2.68 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   31
часть концептосферы автора (антиномию чудик – античудик), модель кото-
рой будет рассмотрена в форме бинарной оппозиции.  
Доминирующими  средствами  ее  языковой  реализации  выступают 
единицы  лексического  уровня.  Одной  из  первых  рассматриваемых  нами 
лексических  парадигм  становятся  способы  номинации  героев.  Герои  в  тек-
сте  «деревенской» прозы именуются  при  помощи собственных имен суще-
ствительных  типа  Васека,  Минька,  Спирька,  Бронислав  Пупков  и  т.д.:  «Его 
звали – Васека» [5, с.19] и нарицательными именами существительными по 
роду их профессиональной деятельности, характерному признаку и др. типа 
кузнец,  милиционер,  председатель,  жена,  интеллигентный  товарищ  и  т.д.: 
«Интеллигентный  товарищ  отвернулся  к  окну  и  больше  не  разговаривал» 
[5, с.138].  
Данные способы номинации не случайны. При наименовании чудика 
Шукшин употребляет следующие формы: 1) имена с суффиксом  -к- со зна-
чением  субъективной  оценки:  Митька,  Степка,  Ванька,  Пашка,  Минька  и 
др.; 2) усечѐнные формы:  «Звали его Василий Егорыч Князев  [5, с.143]. Та-
ким образом, автор характеризует  персонажа  как  «своего», человека  из  на-
рода, близкого и понятного читателю. Тогда как при номинации категории-
оппозита  имя  вообще  отсутствует:  председатель,  товарищ,  жена,  др. 
В.Шукшин отразил только должностные и социальные характеристики пер-
сонажа,  тем  самым  оценивая  своего  персонажа  как  человека  бездушного, 
лишенного  внутренней  наполненности  и  чувств.  Сам  античудик  дает  сле-
дующую оценку чудику: «А по лицу не скажешь, что дурак»«ненормаль-
ные какие-то»; «любит всех, как дура» [5, с.84]. Таким образом, имена по-
лифункциональны  и  реализуют  в  дискурсе  рассказов,  наряду  с  номинатив-
ной,  оценочную,  характерологическую,  прагматическую  функции.  Более 
того, автор посредством имени индивидуализировал чудика, резко  проведя 
границу  между  двумя  преобладающими  в  тексте  типами  героев  его  «дере-
венской» прозы.  
Уделяя внимание в данном исследовании также речи персонажей, от-
метим,  что  речь  чудика  незамысловата,  самобытна,  народна.  Поскольку 
коммуникативная  среда  города  и  деревни  существенно  различается,  город-
ской  житель  (античудик)  не  понимает  его  изначально:  «У  нас  в  соседней 
деревне  один  дурак  тоже…Схватил  головешку  –  и  за  матерью.  Пьяный. 
Она  бежит  от  него  и  кричит:  «Руки,  –  кричит,  руки-то  не  обожги,  сы-
нок!»…  «Сами  придумали?  –  строго  спросил  интеллигентный  товарищ, 
глядя  на  Чудика  поверх  очков»  [5,  с.137].  Данный  способ  актуализации  ан-
тиномии еще раз доказывает близость любимого героя В.Шукшина читате-

47 
 
лю, его естественность и искренность. 
Репрезентация  оппозиции  чудик  –  античудик  осуществляется  в  рас-
сказах В.Шукшина за счет грамматических конструкций, объективирующих 
действие героя типа «наречие + глагол». К примеру, в пределах сравнитель-
но  небольшого  контекста  рассказа  «Сапожки»  встречается  достаточно 
большое  количество  примеров,  репрезентирующих  концепт-оппозицию  чу-
дик  –  античудик:  «долго  любовался»;  «смотрели  безнадежно»;  «спросил 
весело»;  «сказал  поспешно»;  «слегка  растерялся»;  «было  хорошо»  –  харак-
теризуют образ действий и поступков чудика; «презрительно посмотрела»; 
«посмотрели  с  недоумением»;  «немного  позубатились»  –  определяют  при-
знаки и характеристику действий античудика. В данном случае грамматиче-
ская доминанта передает эмоциональность, экспрессию, точность авторских 
характеристик.  
На  синтаксическом  уровне  в  «деревенской»  шукшинской  прозе  на-
блюдается преобладание в тексте экспрессивных синтаксических конструк-
ций,  репрезентирующих  антиномию  чудик  –  античудик,  в  частности  тако-
выми  являются  вставные  конструкции,  сравнения,  прямая  и  несобственно-
прямая речь, простые  предложения,  с помощью  которых автор дает  перво-
начальную характеристику своему герою: Спирьке Расторгуеву  тридцать 
шестой, а на вид – двадцать пять, не больше [5, c.35], «Его звали – Васека» 
[5,  с.19].  Как  правило,  подобный  способ  актуализации  смыслокомплекса 
чудик встречается в самом начале рассказа, что подчеркивает его концепту-
альную значимость. В ходе развития сюжета выдвигаются другие средства, 
которые направлены на раскрытие наиболее значимых признаков концепта-
оппозиции. 
Итак, семантический план, системные отношения антиномии чудик – 
античудик, средства актуализации исследуемой основы и их функции, реа-
лизованные на информативно-смысловом и прагматическом уровнях текста, 
позволяют  нам  представить  двуядерное  семантическое  поле  как  концепту-
альную основу шукшинских рассказов в  целом. Ядерную, или когнитивно-
пропозициональную  часть  будет  составлять  собственно  лексическая  анти-
номия  чудик  –  античудик,  формирующая  вокруг  себя  семантические  поля, 
выдвигающие в порядке значимости отдельные репрезентированные едини-
цы. Приядерную зону концептуального ядра  чудик составляют лексические 
репрезентации  когнитивно-пропозициональной  структуры:  способы  номи-
нации и обращения типа Мотька, Спирька, Василий Егорыч Князев, а также 
узуальные  синонимы  и  дериваты  типа  гаврик,  куролесник,  оригинал,  чудак, 
чудачина,  чудачок.  Приядерную  зону  концептуального  ядра  античудик  со-
ставляют такие  единицы,  как  способы  номинации  «по функции/  признаку» 
типа сосед, читатель, интеллигентный товарищ, продавец, а также узуаль-
ные синонимы типа враг, враждебный, противоположный. Самый большой 
пласт поля составляют эмоционально-оценочные смыслы, возникающие, как 

48 
 
правило, за счет синтагматики единиц. Они и актуализируют область пери-
ферии. Во-первых, это качественные прилагательные как интенсификаторы 
ключевого понятия, они наполняют его положительными и отрицательными 
характеристиками и образуют в совокупности своей эмотивное пространст-
во дискурса в целом. В зоне периферии концепта  чудик сосредоточены но-
минации,  формирующие  образ  концепта,  типа  обаятельный,  умные,  ясные 
(глаза); концепта античудик – большой, толстый, потные (руки). Сюда же 
включаются  единицы  коннотативной,  оценочной  лексики  типа  ненормаль-
ный, с приветом, данные самими персонажами о чудиках. Во-вторых, глаго-
лы  и  зависимые  от  них  наречия  с  семантикой  образа  действия:  так,  чудик 
радостно  воскликнул,  тихо  вздохнул,  горько  шептал  и  т.п.;  античудик  за-
кричал шепеляво; спросила зло, нервно и т.д. В-третьих, разнообразные вер-
бальные  средства  типа  восклицаний,  умолчаний,  передающие  эмоции  и 
внутреннее  состояние  шукшинских  персонажей:  «Это  ж  был  человек!»  [5, 
с.2],  а  также  диалоги,  чрезмерно  эмоциональные  высказывания,  простые 
предложения, др. 
Обобщая  вышесказанное, в качестве основных приведем следующие 
положения: во-первых, антиномия чудик – античудик в структуре концепту-
ального пространства  «деревенской» прозы В.Шукшина приобретает доми-
нантный характер и составляет ядро концептосферы автора; во-вторых, лю-
бой  смысл,  реализованный  практически  на  всех  уровнях  языкового  вопло-
щения одного концепта, будет также реализован в этой же области концеп-
та-оппозита. Однако исследуемая антиномия не означает упрощения карти-
ны  мира,  не  означает  сведения  всей  сложности  бытия  к  двум  смысловым 
полюсам.  В  структуре  исследуемой  концептосферы  мы  выделили  область 
пересечения полей – родовую общеславянскую основу лексемы чудо, выра-
жающей общий структурный признак концепта-оппозита.  
Итак,  в  индивидуально-авторской  концептосфере  В.Шукшина  доми-
нирует противоречивое начало, выявляющее антиномию и неоднозначность 
концептов  чудик  и  античудик,  что свидетельствует об универсальности ав-
торского мышления  
Литература 
1.
 
Даль  В.И.  Толковый  словарь  живого  Великорусского  языка:  в  4-х  т.  – 
Т. 4. – М.: Гос. изд-во национальных и иностранных словарей, 1955. – 684 с.  
2.
 
Елистратов  В.С.  Словарь  языка  Василия  Шукшина.  –  М.:  Азбуковник, 
Рус. словари, 2001. – 431 с.  
3.
 
Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. чл.-корр. АН СССР Н.Ю. 
Шведовой. – 18-е изд., стереотип. – М.: Рус. яз., 1986. – 797 с.  
4.
 
Ушаков Д.Н. Большой толковый словарь современного русского языка. – 
М.: Альта-Принт, 2007. – 1239 с.  
5.
 
Шукшин В.М. Рассказы. Повести. – М.: Дрофа, 2003. – 464 с. 
© Андронникова П.В., 2012 

49 
 
УДК 811.161.1 
Анохина С.З. 
г.Уфа (Россия) 
 
Категория объекта в когнитивном освещении 
 
Когнитивный подход оказывается сегодня ключом к решению тех во-
просов, исследования которых ранее без всякого обращения к анализу позна-
вательных  процессов  оставались  бесплодными.  Иногда  говорят  не  о  когни-
тивном подходе, а о  когнитивной наукекоторая в «Новой философской эн-
циклопедии» определяется как  «комплекс наук, изучающих сознание  и выс-
шие  мыслительные  процессы  на  основе  применения  теоретико-
информационных моделей» [1, с.264].  
Понятие  когниции включает не  только  утонченные занятия человече-
ского  духа  (такие  как  знание,  сознание,  разум,  мышление,  представление, 
творчество,  разработка  планов  и  стратегий,  размышление,  символизация, 
логический  вывод,  решение  проблем,  делание  наглядным,  классифицирова-
ние, соотнесение, фантазирование и мечты [2, c.2]), но и процессы более зем-
ные,  такие  как  организация  моторики,  восприятие,  мысленные  образы,  вос-
поминание, внимание и узнавание [Bühler, цит. по: 3, c.14-15].  
В  последние  десятилетия  когнитивные  исследования  настолько  рас-
ширили свое проблемное поле, что сейчас следует говорить именно о когни-
тивном подходе: имеются в виду исследования самых разных предметностей, 
в  том  числе  и  решение  традиционных  для  определенной  науки  проблем,  но 
методами,  учитывающими  когнитивные  аспекты,  в  которые  включаются 
процессы восприятия, мышления, познания. 
Однако чаще языковая деятельность рассматривается как один из мо-
дусов  «когниции», составляющий вершину айсберга, в основании которого 
лежат  когнитивные  способности,  не  являющиеся  чисто  лингвистическими, 
но  дающие  предпосылки  для  последних.  К  таким  способностям  относятся: 
построение образов и логический вывод на их основе, получение новых зна-
ний, исходя из имеющихся сведений, составление и реализация планов [Ri-
chelle, цит. по: 3, c.27]. 
Когнитивная  наука,  под  эгидой  которой  возникла  когнитивная  лин-
гвистика, все больше дробится не только на разные школы, но и на разные 
когнитивные науки – когнитивную психологию, нейронауки, антропологию 
и т.п. [4, с.8]. 
В  рамках  когнитивной  лингвистики  оказывается  правомерным  рас-
сматривать  языковые  структуры  сквозь  призму  общих  знаний  человека  о 
мире,  накопленного  им  опыта  взаимодействия  с  окружающей  средой,  и  в 
тесной  зависимости  от  психологических,  коммуникативных  и  культурных 
факторов. Физическая природа мыслящего существа и способ его функцио-

50 
 
нирования в среде обитания имеет большое значение  для изучения челове-
ческого мышления. 
Проблема анализа объектов осложняется тем, что их «облик» прини-
мают  в  языке  категории,  далекие  от  субстанционального  содержания.  Это 
определяется  изменением  объектных  значений  от  конкретного  к  абстракт-
ному  и  сопровождается  переосмыслением  значения  глагола,  связанного  с 
переходом в иную функциональную сферу (вплоть до полной десемантиза-
ции). В результате указанных процессов происходит существенная модифи-
кация содержательного плана объекта по линии его функционального разви-
тия  от  конкретного  предмета,  на  который  направлено  действие,  до  любой 
субстанции,  включаемой  в  сферу  действия.  В  результате  действия,  интер-
претирующего  фактор  языка,  в  анализируемой  сфере  наблюдаются  также 
глаголы  более  сложные,  чем  объект  сущности.  Например,  пропозитивные 
(увидеть  драку)  и  квалификативные  (принять  с  восторгом).  Их  проявление 
характерно для сферы состояния, причины, цели, каузации (любить за доб-
роту,  обвинить  в  черствости,  поехать  за  покупками).  Вследствие  перечис-
ленных процессов категории объекта в высшей степени свойственна языко-
вая идиоматичность.  
Понятие объекта и состав категории объекта считались и до сих пор 
считаются  вопросом  дискуссионным.  В  лингвистике  взгляды  на  категорию 
объекта  менялись  вместе  с  тем,  как  новые  теории  приходили  на  смену 
прежним и как одна парадигма научного знания сменяла другую. Объекты в 
языкознании  рассматривались  представителями  разных  лингвистических 
школ  с  различных  позиций.  Основным  недостатком  практически  всех  под-
ходов  к  изучению  категории  объекта  являлось  то,  что  сам  объект,  будучи 
категорией  многоаспектной,  рассматривался  с  какой-либо  одной  позиции. 
Так в рамках традиционной лингвистики объект изучали в основном с лек-
сико-семантической точки зрения самого предмета. В различных категори-
альных  ситуациях  рассматривались  семантические  группы  глаголов  и  свя-
занные с ними типы объекта.  
При  рассмотрении  зрительного  восприятия  и  его  объекта  в  рамках 
когнитивной  лингвистики  целесообразно  использовать  метод  прототипа, 
который заключается в том, чтобы выявить прототипические, ядерные эле-
менты  категории объекта.  Когнитивная  лингвистика  и, в частности,  теория 
прототипов позволяют по-новому подойти к решению данной проблемы.  
Следует  выделить  прототипические  объекты,  при  помощи  которых 
мы получаем информацию об окружающем мире. В первую очередь, в каче-
стве  прототипических  объектов  выступают  объемные  объекты,  такие  как 
небо, часто описывается какое оно – голубое, облачное или звездное; море, 
океан – необъятные, безмятежные, бушующие; поля, чернеющие вдали; лес, 
дремучий;  хвойный,  возвышающийся  перед  глазами;  дорога  –  каменистая, 
проселочная, которая извивается и т.п. Объекты данного типа в большинст-

51 
 
ве своем являются протяженными. Точечные объекты являются неотъемле-
мой частью объемных,  протяженных объектов,  на  их  фоне  выделяются то-
чечные объекты: в небе самолет, птица; по дороге идет человек.  
В  процессе  общения  объектом  зрительного  восприятия  становится 
человек.  Одушевленные  объекты,  представленные  существительными,  от-
ражают  родственные  отношения  (мать,  отец,  дети),  возраст  (старик,  ребе-
нок),  профессию  (учитель,  артист,  водитель,  доктор)  и  просто  участника 
акта  коммуникации (собеседник). При этом глаза, лицо собеседника  стано-
вятся прототипическими объектами, в данной ситуации они являются фоку-
сом в процессе зрительного восприятия.  
Окно также является прототипическим объектом, окно похоже на гла-
за. Так же, как и при помощи глаз, человек смотрит на мир через окна. Окно 
осмысляется то как преграда, то как исходный пункт движения взгляда. Ок-
но нужно для того, чтобы видеть не только то, что рядом, в закрытом поме-
щении, но и то, что находится вне помещения. К прототипическим объектам 
следует  отнести  и  часы.  При  помощи  часов  человек  узнает  информацию  о 
времени,  которая  является  также  жизненно  необходимой.  Без  часов  жизнь 
уже  кажется  немыслимой,  это  предмет,  на  который  человек  смотрит  еже-
дневно.  
Таким  образом,  использование  когнитивного  подхода  к  изучению 
зрительного  восприятия  предполагает  анализ  объектов  зрительной  перцеп-
ции.  Такой  анализ  выявляет  потенциал  данных  объектов  при  осмыслении 
различных фрагментов действительности. 
 
Литература 
 
1.
 
Меркулов И.П. Когнитивная наука // Новая философская энциклопедия в 
четырех томах. Т.2. М., 2001. С. 26. 
2.
 
Flavell  J.H.  Cognitive  development.  Englewood-Cliffs:  Prentice  Hall,  1977. 
С.2.  
3.
 
Демьянков  В.З.  Когнитивная  лингвистика  как  разновидность  интерпре-
тирующего подхода / В.З. Демьянков // Вопросы языкознания. – 1994. № 4. 
С.17-33. 
4.
 
Кубрякова  Е.С.  О  когнитивной  лингвистике  и  семантике  термина  «ког-
нитивный» // Вестник ВГУ, Серия лингвистика и межкультурная коммуни-
кация. – 2001. В. 1. С.8. 
 
© Анохина С.З., 2012 
 
 

52 
 
УДК 801 
Арендарь О. А. 
г. Уфа (Россия) 
 
Категории языка в коммуникативном аспекте 
 
Коммуникативный процесс представляет собой, с одной стороны, вы-
ражение мыслей с помощью языка, т.е. порождение высказываний, а с дру-
гой  стороны-  понимание  того,  что  говорят  другие,  т.е.  понимание  их  мыс-
лей, выраженных в языковой форме. Для этого необходимы знания как язы-
кового (знание грамматики, лексической семантики, типов речевого исполь-
зования), так и внеязыкового (знание контекста, ситуации, фоновые знания о 
типах событий: состояния, действия, процессы и т.п.) свойства. Все эти зна-
ния составляют общую базу данных, которые лежат в основе функциониро-
вания языка  и связаны с общими процессами понимания,  хранения и пере-
дачи информации, тем самым определяя необходимость учитывать отноше-
ния  между  языковыми  объектами  и  психическими  процессами,  участвую-
щими в производстве этих объектов и их понимании. 
Философским и психологическим обоснованием единства всех аспек-
тов языка и его взаимосвязей служит понятие категории как основной фор-
мы и организующего принципа  процессов мышления и познания. В основе 
этого понятия лежит общая для разных сторон деятельности человеческого 
сознания способность к типизации явлений (абстрагирующая функция). Бу-
дучи  одинаково  свойственной  мышлению,  психике  и  языку,  эта  функция 
связывает в единую цепь процессы перевода неязыковой информации в сло-
ва,  а  также  обратные  процессы  декодирования  слов  на  основе  устойчивых 
связей связей между событиями и выражающими их понятиями, между по-
нятиями  и  выражающими  их  словами,  т.е.  между  категориями  событий  и 
языковыми категориями. 
Языковые  категории  отражают  в  наиболее  обобщенной  (концепту-
альной) форме как языковую, так и внеязыковую информацию и обеспечи-
вают тем самым связь  между реальным миром говорящего и миром языка. 
Они создают концептуальную, понятийную основу говорения и понимания 
общего (предмет, признак, действие и т.п.) и частного (число, время, падеж, 
синтаксическая  функция  и  т.д.)  характера.  Чтобы  передать  какую-либо 
мысль на данном языке, говорящему необходимо соотнести ее содержание с 
той или иной категорией и тем самым выбрать соответствующие  языковые 
средства ее выражения: конкретное слово (существительное, прилагательное 
или глагол) в определенной грамматической форме и синтаксической функ-
ции (подлежащее, сказуемое, определение и т.д.) 
Таким  образом,  обучение  иностранному  языку  как  универсальному 
средству общения предполагает знание языка как функциональной системы, 

53 
 
и, следовательно, знание  принципов и механизмов формирования этих зна-
ний в высказывании для выражения определенных смыслов. 
Литература 
Гийом Г. Принципы теоретической лингвистики.- Москва: Прогресс, 1992. 
© Арендарь О.А., 2012 
 
 
УДК 811. 111 – 25 
Архипова Е.В., Кузнецова Е.В. 
г. Мозырь (Беларусь) 
 
Особенности речевого акта запрещения и средства его выражения 
 в английском языке 
 
Речевой  акт  запрещения  представляет  собой  негативный  акт,  целью 
которого является выражение одним из коммуникантов негативной реакции 
на действие собеседника (вербальное или невербальное). Интенция адресан-
та связана с намерением добиться того, чтобы определенное действие адре-
сата прекратилось или видоизменилось, при этом статус запрещающего по-
зволяет ему оказываться воздействие на партнера по коммуникации.  
Корпус  языковых  ресурсов,  выражающих  речевой  акт  запрещения, 
представляет  собой  специфические  языковые  средства,  которые  позволяют 
коммуниканту  правильно  идентифицировать  тип  речевого  акта  и  верно  на 
него  реагировать.  Поскольку  запрещение  представляет  собой  коммуника-
тивно опасный речевой акт, то в тех случаях, когда одному из коммуникан-
тов  приходится  оказывать  воздействие  на  собеседника,  для  снижения  его 
негативного  эффекта  используется  целая  система  различных  стратегий.  В 
таких  ситуациях  предпочтительным  является  косвенное  выражение  запре-
щения, поскольку, употребляя прямые средства, например, императив, гово-
рящий изначально ставит себя выше своего собеседника, смещая его на бо-
лее низкую статусную позицию. 
Таким  образом,  речевой  акт  запрещения  может  быть  выражен  пря-
мыми и косвенными средствами. К первым относятся императивные конст-
рукции  do  not/  let  +  экспликация  нежелательного  действия:  Do  not  take  it 
away!, Don't let the dog worry the sheep. 
Косвенный  способ  оформления  речевого  акта  запрещения  представ-
лен следующими средствами: 
1.
 
Реплики-просьбы:  Would  you  stop  that  noise,  please?  Would  you 
kindly stор smoking, please?   
2.
 
Реплики, включающие модальные глаголы.   
Общевопросительные  предложения  с  модальным  глаголом  must  вы-
полняют  коммуникативную  функцию  вежливого  побуждения  к  прекраще-

54 
 
нию действия, выполняемого адресатом: Must you make so much noise? (Stop 
making so much noise). 
Если  have  to  сигнализирует  о  том,  что  обязательство  накладывается 
извне, в силу действия внешних факторов, то must означает, что обязатель-
ство  накладывается  самим  говорящим:  You  must  stop  smoking.  (I  want  you 
to); You have to stop smoking. (The doctors say so). 
В официальном стиле may not употребляется в значении не разреша-
ется: Borrowers may not (are not permitted to) take out of the library more than 
two books at a time. 
3.
 
Герундиальные обороты: You know, smoking is not allowed here.  
Таким  образом,  речевой  акт  запрещения  является  коммуникативно 
опасным и представляет собой совмещение значений запрещения и побуж-
дения,  при  котором  адресант  не  разрешает  совершить  или  требует  прекра-
тить какое-либо действие. 
© Архипова Е.В., Кузнецова Е.В., 2012 
 
 
УДК 811. 111'276.6:355 
Каталог: Books
Books -> Мақалалар, баяндамалар жинағы
Books -> 1 Бес томдық шығармалар жинағы Телжан Шонан лы Оқу құралдары, оқулықтар
Books -> Ғылым комитеті М. О. Әуезов атындағы Әдебиет және өнер институты Сейіт Қасқабасов
Books -> Ббк 83. 3 (5 Қаз) 82 Қазақстан Республикасының Мәдениет және ақпарат министрлігі Ақпарат және мұрағат комитеті «Әдебиеттің әлеуметтік маңызды түрлерін басып шығару»
Books -> Бағдарламасы бойынша шығарылып отыр Редакция алқасы
Books -> Құл-Мұхаммед М., төраға
Books -> Ербол шаймерден°лы шы армалары бесінші том


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   31


©emirsaba.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет