Истоки музыкально-педагогического творчества казахского народа



жүктеу 118.93 Kb.
Pdf просмотр
Дата12.03.2017
өлшемі118.93 Kb.

6

УДК 37.013  А. А. Момбек, А. Б. Айтбаева, г. Алматы, Казахстан

ИСТОКИ МУЗЫКАЛЬНО-ПЕДАГОГИЧЕСКОГО 

ТВОРЧЕСТВА КАЗАХСКОГО НАРОДА

У статті розкривається проблема виховання національної 

самосвідомості особистості на пострадянському просторі, відро-

дження культурних цінностей і традицій, що обумовлює посилення 

інтересу до вивчення спадщини минулого, дослідження життя і 

побуту казахського народу, відновлення історичної правди. Зокрема, 

розглянуто питання розвитку музично-культурних і музично-педа-

гогічних традицій казахського народу.

На основі дослідження історичної сутності казахської народної 

творчості виявлено витоки музично-педагогічної думки і проаналі-

зовано жанри казахської музичної творчості (жир, олені, жоктау й 

інші) у контексті відображення художніх, моральних, виховних цін-

ностей, що сформувалися в результаті тривалого історичного роз-

витку. 


Ключові слова: культура, мистецтво, музика, музична освіта, 

традиції, творчість, жанри, казахський народ.

В современных условиях общественного развития гума-

нистическое начало приобретает все большую значимость в 

важнейших областях жизни и деятельности человека, особый 

смысл получает рассмотрение вопросов приобщения подрас-

тающего поколения к художественным ценностям, отража-

ющим общечеловеческие идеалы и устремления. Значение 

отмеченной проблемы определяется всевозрастающей ролью 

музыкального искусства в формировании духовной культуры 

современного человека, его способностью полноценно воспри-

нимать произведения искусства, сохранять и приумножать 

достояния культуры прошлого и настоящего.

Вхождение Казахстана в мировое образовательное про-

странство определило стратегическую задачу развития наци-

онального образования, искусства и культуры страны. Разви-

тие музыкально-культурных и музыкально-педагогических 

традиций казахского народа совпадают с духовными устоями 

многих современных этносов Евразийского географического 

и культурного пространства. В настоящее время ярко пробуж-

дается национальное самосознание народов, возрождаются 

культурные ценности и традиции, усиливается интерес к изу-

чению наследия прошлого, раскрываются ранее неизведанные 

страницы, восстанавливается правда [18]. 



7

В изучении духовной культуры казахского народа, вос-

создании целостной картины и тенденций ее духовно-куль-

турного развития выявление отдельных, неповторимых осо-

бенностей ее становления, анализ современного состояния и 

прогнозирования перспектив принадлежит исследователям-

историкам. В этих условиях все больше возрастает интерес к 

истории становления педагогической мысли вообще, и педа-

гогики музыкального образования в частности [13]. 

Адекватная оценка истории музыкального образования 

чрезвычайно важна не только для современного этапа ее раз-

вития, но и для ее обозримого будущего. Академик А. К. Жуба-

нов, характеризуя проблематику истории наук, подчеркнул, 

что для развития будущего музыкального искусства обраще-

ние к ее историческому прошлому – научная необходимость, 

позволяющая определить основные, перспективные линии 

становление и развития важнейших направлений. В свою 

очередь, мы считаем, что становление и развитие педагогики 

музыкального образования освещает не только прошлое, но и 

настоящее, во многом способствуя пониманию будущего [8]. 

Историки музыкального образования, исследуя пути раз-

вития от одного периода становления науки – к другому, от 

характеристики взглядов одного ученого – к анализу воззре-

ний другого способствуют их теоретическому оформлению с 

перипетиями истории и во взаимосвязи со смежными облас-

тями знаний [7].

Как известно, музыкальное искусство Казахстана уходит 

корнями вглубь веков, имеет богатые многовековые традиции 

и является неотъемлемой частью национальной культуры. В 

процессе общественно-исторической практики народа «про-

изошел отбор именно таких видов и родов музыкальной 

культуры и художественного творчества, которые были наибо-

лее приемлемы для мира кочевья. У казахов ими стали поэзия 

и музыка. В течение многих веков музыкально-поэтическое 

и инструментальное искусство сосредоточивало в себе 

духовные силы народа, выражало его нравственные законы, 

взгляды и убеждения» [11, с. 55-60].

Исследование процессов становления и развития 

музыкального образования в Казахстане дает нам основа-

ние выделить национально 

-специфическую особенность 

музыкальной культуры казахов: синкретизм  – как совокуп-

ность различных видов искусств (в данном случае музыки 

и поэтического творчества). На основе национально- 



8

специфической особенности музыкальной культуры 

складывались и единые традиции, и своеобразная сис-

тема музыкального воспитания и образования. Становится 

актуальным осознание целесообразности современных 

научных положений о педагогическом, общекультурном 

потенциале, а также способах их использования.

В связи с возрождением народных обычаев и традиций 

все большую актуальность приобретает формирование цен-

ностного отношения к культурному и духовному наследию 

своего народа. При этом очень важно выявить прогрессивные 

и демократические элементы, найти пути педагогически гра-

мотного и эффективного их использования на практике.

Музыкальная культура казахского народа служила 

объектом исследований многих ученых, в том числе 

этнографов, путешественников, писателей, фольклористов. 

Труды А. Алекторова, Л. Гумилева, С.  Рыбакова, Н.  Савичева, 

А. Эйхгорна о казахской музыке не потеряли своей научной 

ценности и в наше время.

Богатая история, самобытная культура казахского народа 

выражена в самых различных областях духовного наследия. По 

мнению выдающегося ученого-тюрколога Л.  Гумилева, «ника-

кое развитие культуры немыслимо без знания своей истории и 

определенного отношения к ней» [6, с. 338]. Веками сохраняясь 

и развиваясь, традиционное музыкальное искусство переда-

валось из поколения в поколение в устной форме. О наиболее 

древних образцах казахской культуры свидетельствуют древ-

ние памятники письменности, наскальные рисунки, каменные 

изваяния и знаки (тамгалы, тамгабыл).

По мнению ученых, наскальные рисунки (около 2 тысяч 

изображений) урочища Тамгалы (170 км от Алматы) являются 

уникальными памятниками эпохи бронзы – сакский и тюрк-

ский периоды, на которых изображены дикие и домашние 

животные, солнцеголовые божества, всадники, сцены охоты 

и ритуальные танцы; передают жизнь и быт древних сакских 

племен и свидетельствуют не только об изобразительном, но 

и хореографическом искусстве, демонстрируют распростра-

нение древних образцов письменности – иероглифов петро-

графии (< гр. рetra – скала, камень + < гр. grapho – пишу) [16, 

с. 375]. 

Традиции образования и воспитания казахского народа 

нашли отражение в жанрах казахского народного творчества 

(пословицах, поговорках, сказках, играх, загадках), обрядах и 


9

обычаях. Народная педагогика, в которой сконцентрирован 

воспитательный опыт многих поколений, представляет собой 

драгоценный материал.

Огромную роль в развитии общественной и духовной 

жизни казахского народа играли жыршы (сказитель, певец, 

исполнитель). Как правило, жыршы были профессионалами, 

создавали свои школы и передавали свой репертуар и навыки 

из поколения в поколение [10, с.  365]. «Жыршы» происхо-

дит от слова «жыр» – эпическая песня; отсюда – «жыршы» – 

мыслитель, слагатель, творец, поэт, скази тель эпоса и легенд. 

Излюбленный жанр исполнения жыршы: «толгау»  – стихот-

ворное повествование, философское размышление, раздумья, 

назидания. В своем творчестве они затрагивают важные фило-

софские, социальные, проблемы, социокультурные изменения 

в обществе, вопросы защиты Отчизны, патриотизма, заботы 

правителя о народе и т. д.

Условия общественной жизни кочевого народа, 

устойчивые, выработанные веками художественные тра-

диции обусловили формирование в казахской среде 

профессиональных деятелей музыкально-поэтического искус-

ства устной традиции: «акыны» – поэты, певцы-композиторы; 

«анши» или «оленши» – певцы; «кюйши» – композиторы-

инструменталисты (дом бристы); «кобызшы» – композиторы-

инструменталисты (кобызисты) и др.

Склонность казахов к поэтическому искусству, высокую 

одаренность народных певцов, исключительную роль устной 

поэзии в жизни народа подчеркивал Ч. Валиханов [3].

Все древние произведения, благодаря способности и 

памяти импровизаторов создавать и запоминать песни, пре-

дания и сказки о подвигах своих предков сохранились до сих 

пор в довольно чистом виде. Импровизаторское искусство 

казахских певцов, их умение держать в памяти и безошибочно 

воспроизводить большие по объему стихотворные произведе-

ния, исключительная устойчивость текста в процессе устного 

бытования в жизни народа высоко оценивается исследовате-

лями [3, c. 16]. 

Впервые классификация жанров устного музыкально-

поэтического творчества на пять групп сделана Ч. Валихановым 

в работе «О формах казахской народной поэзии»: жыр – 

эпические сказания; олен – лирические песни; жоктау – песни-

плачи; кайым – свадебные песни; кара олен – песни на истори-

ческие темы [4, с. 17]. 


10

Наиболее древний в казахском народном фольклоре 

жанр жыр – поется речитативом под аккомпанемент казах-

ских музыкальных инструментов (домбра, кобыз). Академик 

З.  Ахметов писал: «Жыр – древнейшая форма казахского 

эпоса в песенной поэзии, вместе с тем древний эпический 

стих, известный и у многих тюркоязычных народов. Напри-

мер, в форме жыр создано монументальное творение устного 

эпического искусства киргизов «Манас» – одно из сокровищ 

мирового эпоса» [1, с. 259]. В форме жыр также созданы казах-

ские героические эпосы «Кобыланды-батыр», «Алпамыс-

батыр», «Камбар-батыр» и другие.

Удивительная тонкость проявляется при характеристике 

жанровой формы – олен, которая получила широкое распро-

странение еще в середине прошлого века и употреблялась 

исполнителями как самая удобная для импровизации. При 

этом исполнение песни (олена) в сопровождение музыкального 

инструмента (домбры, кобыза) придавало жанру необычайно 

художественный колорит и являлось наиболее распростра-

ненной формой передачи музыкально-поэтического опыта 

народа. Здесь необходимо упомянуть, что известная поэма 

«Козы-Корпеш – Баян-Сулу» была пересказана Ч. Валиханову 

в форме олен знаменитым Жанаком [1, c. 4]. 

В казахских народных песнях (олен) мотивы труда встре-

чаются в самых разнообразных видах и различны по содер-

жанию – от детских песенок, задушевной лирики до величе-

ственного эпоса. Например, содержание воспитательно-нази-

дательная песни «Бала уату» (Утешение ребенка) с раннего 

детства воспитывает положительное отношение к труду как 

повседневной обязанности каждого члена семьи: «Большой 

палец – утенок, средний – тополь, погремушка, ты вставай 

за баранами смотреть; мизинец ребеночек – ты вставай за 

лошадьми смотреть и т. д.

Эпос, как основной вид художественного творчества 

древности, постепенно трансформировался, проникновением 

нравоучительных и назидательных элементов; направлен на 

решение воспитательных и образовательных задач. Большин-

ство эпических произведений XIV, XV, XVI  веков дошло до 

наших дней. Поднимая вопросы о народном героическом эпосе

его историческом значении, подчеркивая их художественные 

достоинства и национальное своеобразие, Ч.  Валиханов 

писал: «Любовь к старине и богатство преданий составляет 

особое достояние кочевых народов... Эти предания свято  


11

сохраняются или в виде родовых воспоминаний в памяти 

старейшины или в форме эпоса передаются из рода в 

род особенным сословием певцов» [12, с.  35]. Описывая 

их музыкально-стилевое своеобразие, ученый дает 

точные научные наблюдения, меткий анализ, носящий 

музыковедческий характер. Образцом музыкального вопло-

щения эпоса в его вокальной разновидности является герои-

ческий эпос «Короглы».

Традиционным было то, что все события и изменения 

в общественной и личной жизни казахов сопровождались 

мелодией, песней. В степи, под песню человек рождался, под 

песню – жоктау его сопровождали в последний жизненный 

путь. Такая традиция была результатом многовекового суще-

ствования казахского народа. Как отмечает В. Радлов, казах-

ский народ «ценит в своих песнях не какой-то чудесный и 

сказочный мир, напротив, он воспевает в них собственную 

жизнь, свои собственные чувства и стремления» [15, с. 7]. 

Этнографически близкие формы традиционной народной 

поэзии казахов – жоктау (песни-плачи, поминальные песни) и 

кайым (свадебные песни, кайым айтыс, кайымдасу), который 

существует в виде поэтических состязаний во время свадьбы 

и других культовых мероприятий. Ч. Валихановым достаточно 

четко выявлены наиболее характерные этнографические 

атрибуты традиционных жанровых форм устного музыкально-

поэтического творчества, дается описание песней-плачей и 

отмечается, что они обычно исполняются женщинами с имп-

ровизацией [2].

В казахском музыкальном фольклоре многие историчес-

кие события запечатлены в произведениях глубокой художе-

ственной выразительности, которые имели жизненно важное 

значение в судьбах народа и подразделяются на два вида:

– в первый входят сочинения, воспроизводящие 

художественные образы, реальные события – чаще всего это 

инструментальные произведения. Перед исполнением (на 

домбре или кобызе) кюйши рассказывал содержание, а затем 

воспроизводил его. Такая традиция не только способствовала 

восприятию слушателями концептуальной основы кюйя, но и 

закрепляла в их памяти важнейшие события истории

– во второй – самобытные жанровые традиции казах-

ского музыкального фольклора, песни и кюйи, содержа-

щие отдельные эпизоды из древних сказаний или из жизни 



12

выдающихся личностей, т.  е. художественное воплощение 

образов людей и животных. 

К наиболее ранним произведениям на исторические темы 

(середина XV века) относятся кюйи (инструментальное сочи-

нение для казахских народных музыкальных инструментов) 

«Смерть хана Орманбека» и «Прощание с десятью родами 

ногайцев» неизвестного автора. 

Необходимо отметить высокое импровизаторское искус-

ство казахских акынов (акын – народный поэт-импровизатор 

и певец). В IX столетии акын стал главной поэтической 

фигурой в казахской степи. Для него характерно мгновен-

ное поэтическое вдохновение, акыном признавали лишь 

того, кто мог искрометно сложить песню. Способность имп-

ровизировать – характерное качество каждого акына, оно 

вырабатывалось и совершенствовалось в процессе длитель-

ного творчества и получило свое ярчайшее выражение в 

форме айтыс (песенное состязание акынов, традиционная 

форма устного народного творчества) – состязания в искус-

стве импровизации.

В 1868 году при встрече с выдающимся композитором-

домбристом Курмангазы Сагырбаевым уральский журна-

лист, поэт и художник любитель Никита Федорович Савичев 

был восхищен его исполнительским мастерством и отметил: 

«Словом – Сагырбаев редкая музыкальная душа, и получи 

он европейское образование, то был бы в музыкальном мире 

звездой первой величины» [18]. 

К почти исчезнувшим явлениям, связанным с музыкой, 

принадлежат врачевательные обряды баксы (шаманов): «В 

общем баксы являются, конечно, пережитком темного про-

шлого и в настоящее время осуждены на исчезновение. Тем 

более приходится сожалеть, что их колдовская музыка оста-

ется незаписанною». Баксы мог «обращаться» с духами, он был 

своего рода знахарем, колдуном, но при этом талантливым 

актером и музыкантом [8, с. 49]. 

Важные сведения об искусствах баксы, описанные 

Ч. Валихановым, представляют огромную ценность: «Шаманы 

почитались как люди, покровительствуемые небом и духами, 

шаман – человек, одаренный волшебством и знанием выше 

других, он поэт, музыкант, прорицатель и вместе с тем врач» 

[5, с.123]. Следствием исчезновения шаманизма в казахской 

степи стало проникновение ислама и повсеместное гонение 



13

шаманов, которые подвергались преследованию со стороны 

религии. 

Основу древнетюркского эпоса составляли сказания о 

батырах (Кобланды-батыр, Алпамыс-батыр, Ер-Таргын и др.). 

Одним из образцов, восходящим к эпохе первых тюркских 

каганатов, является легенда об Алпамыс-батыре. Во всех ска-

заниях, благодаря которым «мы можем представить себе не 

только то, что провозглашали тюркские правители, но и то, 

что рассказывали и слушал их народ», присутствует сильный 

воспитательно-назидательный аспект [1, с. 346].

В связи с этим примечательна сравнительная характе-

ристика древнетюркских текстов с современными образцами 

тюркского фольклора, включая и произведения казахского 

народного творчества. Они сохранились в виде высеченных на 

камне надписей на памятниках, посвященных историческим 

событиям. Л. Гумилев отмечает сходство не только их содер-

жания, но и распевного характера исполнения. В качестве при-

мера ученый приводит небольшую надпись в Хойто-Тамире: 

«Эта надпись представляет двойной интерес, являясь не 

только историческим документом, но памятником культуры. 

Насколько известно, это первое тюркское стихотворение… в 

VIII веке музы гостили в войлочных шатрах древних тюрок» 

[6, с. 320-321].

Во всех обрядах и магических действах музыка выступала 

как важный фактор разностороннего воздействия на сознание 

людей с целью донесения до них смысла ритуалов. Подтверж-

дение этому Л.  Гумилев находит в описаниях византийских 

историков. Во время визита к правителю тюрков в 568 году 

византийский посол Земарх прошел через ритуал «огненного 

очищения», при звоне колоколов и ударах в тимпан, и только 

после этого «был допущен к хану» [6, с. 84-85].

Музыка – искусство интонаций. Она живет в момент 

исполнения и хранится в памяти музыканта-исполнителя, 

передается в виде изустных традиций или сохраняется в виде 

письменных знаков – семиологии (учение о знаках) – комплексе 

научных теорий, изучающих различные свойства знаковых 

систем, или семиографии – науке о нотописании. Музыку 

нельзя воспринять наглядно, как памятники архитектуры или 

произведения изобразительного искусства. 

Исследователь Б.  Затаевич утверждает: «В музыкальной 

культуре казахского народа наряду со сформировавшимися 

к ней различными видами и жанрами профессионального 


14

искусства продолжает развиваться народное музыкальное 

творчество. Одновременно сохраняются и непрерывно шли-

фуются самые разнообразные по идейному содержанию и 

выразительным средствам произведения музыкального фоль-

клора. Эти произведения прошли испытание временем, они 

отбирались народом из бесчисленного количества творений

возникших в процессе его трудовой деятельности и обще-

ственной жизни, в пору больших социально-экономических 

сдвигов в его истории» [9, с. 5].

Немало выдающихся акынов-жырау, поэтов, мыслителей, 

ученых, которые внесли весомый вклад в развитие духовной 

культуры вообще, музыкального – в частности. Духовная 

культура казахского народа представляла собой синтез тра-

диций и обычаев, из которых сформировалась современная 

казахская нация. 

Вместе с тем, в общественно-политической, социально-

экономической жизни наблюдались взаимные связи в 

различных областях, а совместная борьба против иноземных 

захватчиков порождала в материальной и духовной культуре 

разных наций и народностей много сходных, общих черт 

поведения и образа жизни. Все идеи и достижения разных 

цивилизаций в течение VI-XIX веков, которые впитывали и 

перерабатывали наши предки, являются существенным вкла-

дом в сокровищницу мировой цивилизации.

Музыкальность казахского народа отмечают многие 

путешественники, объясняя ее влиянием красоты окружа-

ющей природы. Французские ученые Калю и Бюнвало, путе-

шествовавшие по семипалатинским и семиреченским аулам, 

утверждали, что: «Казахская мелодия зародилась в степях, 

им она обязана всеми своими прелестями. Походка коня 

или мерный шаг верблюда определяют размер и ритм пения; 

необозримый про стор степи вызывает протяжные мелодии; 

ветер, волнующий степную траву, научает певца попеременно 

усиливать и ослаблять свой голос, и придавать рельефность 

пению посредством всевозможных оттенков, естественно 

прочувствованных и вовсе не рассчитанных на эффект» [14, 

с. 45-46].

К наиболее ранним описаниям музыкального быта казах-

ского народа, связанного с трудовой деятельностью и отдыхом, 

относятся наблюдения Ф. Назарова: «Казахи сидели бес печно, 

поджавши ноги у курящихся огней, и рассказывали друг другу 

о време нах давно прошедших; некоторые, лежа уединенно на 


15

зеленеющих при горках, и играя унылые песни на сыбызгы, 

пасли стада, а женщины выде лывали кожи, ткали и валяли 

войлок. К вечеру, казахи собирались толпою на берег, боро-

лись, бегали взапуски, стреляли из луков в цель; иные из них 

игра ли подле юрт на домбре, а молодые девушки, сидя в ряд у 

решеток в юртах и приподняв полы войлока, сопровождали 

сию музыку голосами» [14, с. 21-22].

Приведенный отрывок показывает этику аульного бытия, 

которая не позволяет девушкам и юношам сидеть при людях 

рядом и исполнять любимые песни, такое допускалось лишь 

через кереге (остов юрты). Хотя аульная этика не позволяла 

молодым юношам и девушкам прилюдно общаться, все же 

необходимо отметить определенную свободу действий казах-

ских девушек и женщин. Так, казахские женщины, в отличие 

от других женщин Востока, никогда не закрывали лица, кроме 

церемонии, когда девушка выходила замуж. Антрополог и 

этнограф А. Харузин отмечает, что «не только мужчины поют 

и импровизируют, но и казашки сочиняют песни, передавая 

их свои подругам в наследство» [19, с. 138]. 

Уникальное явление для женщин Востока, а именно актив-

ное участие казахских женщин в музыкально-поэтических 

соревнованиях – айтысах, описано К.  А.  Белиловским. На 

основе своих наблюдений о семейной жизни народа во время 

разъездов по аулам ученый отмечает, что казахская женщина 

«правдива, терпелива, в семье кротка..., никогда не забудет раз 

сделанного ей добра или оказанной услуги» [14, с. 186].

Многочисленная плеяда народных исполнителей удер-

живала в своей памяти сотни интереснейших образцов 

исконно народного музыкального творчества. Богатейший 

музыкальный фольклор передавался из поколения в поко-

ление. Поэтому анши, оленши, кюйши, жырши являлись не 

просто исполнителями, но и пропагандистами творчества 

выдающихся предшественников, способствовали распро-

странению бессмертных музыкальных шедевров, имеющих 

воспитательное значение. В истории народа историчны и 

специфичны не только события, влияющие на общество в 

целом, но также и события семейной жизни. В казахской 

народной педагогике как одно из средств воспитания исполь-

зовалось народное творчество, составной частью которого 

являлось музыкальное.

Музыкально-поэтическое искусство имело большое зна-

чение в духовной жизни, общественном и семейном быту, 


16

трудовой деятельности народа. Почти все, чем была заполнена 

жизнь казаха, находило свое художественное отражение в 

музыке. Посредством песен и кюйев из поколения в поколе-

ние сохранялись и передавались традиции семейного уклада и 

общественные устои аула, эпические сказания и исторические 

события, преподносились нравоучительные сентенции (лат. 

sententia – мысль, изречение, приговор). То есть, музыкально-

поэтический фольклор казахского народа являлся средством 

воспитания и коммуникации поколений.

Периодизация жизненного цикла – явление, извест-

ное многим народам. У казахов существовали традиционно 

установленные половозрастные периоды развития, опред-

еляющие их личностно-общественное положение: «наресте» – 

ребенок до года; «бобек» – мальчик и «бопе» – девочка от года 

до двух; «бульдиршин» – ребенок с 2 до 3 лет; «балдырган» – с 3 

до 7 лет; «ойын баласы» – подросток 8-12 лет; «сыгыр» – отрок 

с 13 до 15 лет; «ересек бала» – юноши 15-16 лет; «бозбала» – 

молодой человек 16-19 лет и т. д. На каждом возрастном этапе 

ребенок получал новый социальный и личностный статус и 

полномочия [17]. 

Огромное воздействие на духовно-нравственное, тру-

довое воспитание и развитие личности, привитие умений 

и навыков, необходимых в жизни и быту, оказывала семья. 

Основополагающей традицией казахского семейного воспи-

тания было привитие почитания, послушания по отношению 

к старшим; уважения и заботы – по отношению к младшим. В 

казахской семье присутствовало половозрастное разделение, а 

также отличалось воспитание мальчиков и девочек [17].

Исходя из вышесказанного, можно утверждать, что по 

умственному, физическому и другим измерениям развития 

молодое поколение казахского народа, ведущего кочевой 

образ жизни, ни в чем не уступало народам ремесленно-зем-

ледельческим. Различие наблюдалось в содержании, формах 

и средствах воспитания и обучения, а также в национальной 

специфике и особенностях результатов воспитания.

Исследуя и раскрывая историческую сущность 

музыкального творчества казахского народа, были выявлены 

истоки музыкально-педагогической мысли, выступающие как 

отражение практики обучения и воспитания. В жанрах казах-

ского музыкального творчества отражены художественные, 

нравственные, воспитательные ценности, сформировавшиеся 

в результате длительного исторического развития. Считаем, 


17

что проведенное исследование не затрагивает всех проблем 

музыкально-педагогического образования. Ждут своего реше-

ния многие вопросы, связанные с тенденциями фундамента-

лизации, гуманитаризации, дифференциализации, информа-

тизации, технологизации системы образования в целом.



Литература

1.  Ахметов З. Казахское стихосложение / Заки Ахметов. – Алма-

Ата : Наука, 1964. – 303 с.

2.  Валиханов Ч. Дневник поездки на Иссык-Куль // Собрание 

сочинений : в V т. / [редкол.: А. Х. Маргулан (отв. ред.) и др.] ; 

АН КазССР, Ин-т истории, археологии и этнографии им. 

Ч. Ч. Валиханова. - Алма-Ата : Главная редакция Казахской 

советской энциклопедии, 1985. – Т. 3. - 416 с.

3.  Валиханов Ч. Киргизское родословие / Валиханов Чoкан 

Чингисович // Собрание сочинений : в V т. / [редкол.: 

А. Х. Маргулан (отв. ред.) и др.] ; АН КазССР, Ин-т истории, 

археологии и этнографии им. Ч. Ч. Валиханова. – Алма-Ата : 

Казахская Советская Энциклопедия, 1985. – Т. 2. - С. 148-166.

4.  Валиханов Ч. О формах казахской народной поэзии / Вали-

ханов Чокан Чингисович // Собрание сочинений : в V т. / 

[редкол.: А. Х. Маргулан (отв. ред.) и др.] ; АН КазССР, Ин-т 

истории, археологии и этнографии им. Ч. Ч. Валиханова. – 

Алма-Ата : Казахская Советская Энциклопедия, 1984. - Т. 1. – 

432 c.

5.  Валиханов Ч. Следы шаманства у киргизов // Собрание сочи-



нений : в V т. – Алма-Ата, 1985. - Т. 2.

6.  Гумилев Л. Н. Древние тюрки / Лев Николаевич Гумилев. – 

М. : Тов-во Клышников и Комаров, 1993. – 526 с.

7.  Жарыкбаев К. Б. Развитие педагогической мысли в дорево-

люционном Казахстане : автореф. дисс. на соиск. уч. степени 

доктора пед. наук : спец. 13.00.01 / Жарикбаев А. К. – Киев, 

1982. – 51 с.

8.  Жубанов А. К. Струны столетий / Жубанов Ахмет Куанович. – 

Алма-Ата : Казгослитиздат, 1967. – 398 с. 

9.  Затаевич А. В. 100 песен казахского народа / Александр Викто-

рович Затаевич. – Москва : Музгиз, 1963. – 606 с.

10. Казахстан. Национальная энциклопедия : в 3 т. Т. 2 / гл. ред. 

Б. Аяган. – Алматы : Казак энциклопедиясы, 2005 – 560 с.

11. Караулов Б. О. О некоторых средствах традиционного 

музыкального искусства Казахстана / Караулов Б.О. // 

Известия АН РК. – 1974. – № 3.

12. Кузембаева С. А. Лекции по истории казахской музыки / 

С.А. Кузембаева, Т. Ж. Егинбаева. – Алматы, 2005. – 271 с. 



18

13. Момбек А. А. Основные направления развития высшего 

музыкального образования Казахстана в годы незави-

симости  / А. А. Момбек // История и современность: 

музыкальное образование на постсоветском пространстве 

(опыт, проблемы, перспективы). – Курск-Пермь, 2014. – 292 с.

14. Назаров Ф. Записки о некоторых народах и землях средней 

части Азии / текст подготовил В. А. Ромодин ; примечания 

В. А. Ромодина и В. А. Урвалова ; указатели и карта составлены 

В. А. Урваловым ; Институт народов Азии АН СССР. - М. : 

Наука (ГРВЛ), 1968. - 80 с. - (Русские путешественники в 

странах Востока).

15. Радлов В. В. Образцы народной литературы северныхъ 

тюркскихъ племенъ собраны В. В. Радловымъ. Ч. 5.: Наречие 

каменныхъ киргизов / В. В. Радловъ. – Санктпетербургъ : 

[б. и.], 1885. – 599 с.

16. Словарь иностранных слов / под ред. В. В. Пчелкина. – 14-е 

изд., испр. – Москва : Русский язык, 1987. – 608 с.

17. Узакбаева С. А. Использование материалов казахской 

этнопедагогики при изучении педагогических дисциплин / 

С. А. Узакабаева, К. Ж. Кожахметова. – Алматы : Онер, 1998. – 

60 с.


18. Уральские войсковые ведомости. – 1868. – № 44.

19. Харузин А. Киргизы Букеевской орды. Антрополого-

этнографические очерки. Вып. 1 / Алексей Харузин. – Москва : 

Типографія А. Левинсонъ и Компанія, 1889. - 559 с.



А. А. Момбек, А. Б. Айтбаева

Истоки музыкально-педагогического  

творчества казахского народа

Казахский национальный педагогический университет  

имени Абая (13, пр-т Достык, г. Алматы, Казахстан)

В статье раскрывается проблема воспитания национального 

самосознания личности на постсоветском пространстве, возрож-

дения культурных ценностей и традиций, что обусловливает уси-

ление интереса к изучению наследия прошлого, исследованию жизни 

и быта казахского народа, восстановления исторической правды. 

В частности, рассматриваются вопросы развития музыкально-

культурных и музыкально-педагогических традиций казахского 

народа.

На основе исследования исторической сущности казахского 



народного творчества выявлены истоки музыкально-педагогической 

мысли и проанализированы жанры казахского музыкального твор-

чества (жыр, олени, жоктау и другие) в контексте отображения 


19

художественных, нравственных, воспитательных ценностей, сфор-

мировавшихся в результате длительного исторического развития.

Ключевые слова: культура, искусство, музыка, образование, 

традиции, творчество, жанры, казахский народ.



A. A. Mombek, A. B. Aitbaieva

The Origins of Musical and  

Pedagogical Creativity of the Kazakh People

Abai Kazakh National Pedagogical University  

(13 Dostyk av., Almaty, Kazakhstan)

The article deals with the problem of education of national self-

consciousness in the post-Soviet space, revival of cultural values and 

traditions, resulting in increased interest in studying the legacy of the past, 

the study of life and living conditions of the Kazakh people, the restoration 

of historical truth. In particular, the issues of development of musical culture 

and musical-pedagogical traditions of Kazakh people are considered.

On the basis of research into the historical essence of Kazakh folk art, 

the origins of musical and pedagogical thought are revealed, and the genres 

of Kazakh musical art (zhyr, oleni, zhoktau etc.) are analyzed in the context 

of artistic, moral and educational values, formed as a result of long historical 

development.



Keywords: culture, art, music, education, tradition, creativity, genres, 

Kazakh people.



References

1.  Akhmetov, Z. (1964). Kazakhskoe stykhoslozhenie [Kazakh 

prosody]. Alma-Ata: Nauka.

2.  Valikhanov, Ch. (1985). Dnevnik poezdki na Issyk-Kul []. Sobranye 

sochynenyi v V t. – T.3. Alma-Ata: Glavnaia redaktsiia Kazakhskoi 

sovetskoi entsiklopedii.

3.  Valikhanov, Ch. (1985). Kyrgizskoe rodoslovie [Kyrgyz gene-

alogy]. In Sobranie sochinenii: Vol. 2 [Collected Works]. Alma-Ata: 

Kazakhskaia Sovetskaia Entsiklopediia.

4.  Valikhanov, Ch. (1984). O formakh kazakhskoi narodnoi poezii 

[On forms of Kazakh folk poetry]. In Sobranie sochinenii: Vol. 1 

[Collected Works]. Alma-Ata: Kazakhskaia Sovetskaia Entsiklope-

diia.

5.  Valikhanov, Ch. (1985). Sledy shamanstva u kirgizov [Traces of 



shamanism in the Kirghiz]. In Sobranie sochinenii: Vol. 2 [Collected 

Works]. Alma-Ata. 

6.  Gumilev, L. N. (1993). Drevnie tiurki [Ancient Turks]. Moscow: 

Tov-vo Klyshnikov I Komarov.



20

7.  Zharykbaev, K. B. (1982). Razvitie pedagogicheskoi mysli v 

dorevoliutsionnom Kazakhstane [Development of educational 

thought in prerevolutionary Kazakhstan] (Dissertation Abstract, 

Kyiv).

8.  Zhubanov, A. K. (1967). Struny stoletii [Strings of centuries]. 



Alma-Ata: Kazgoslitizdat. 

9.  Zataevich, A.V. (1963). 100 pesen kazakhskoho naroda [100 songs 

of Kazakh people]. Moscow: Muzgiz.

10. Kazakhstan.  Natsionalnaia entsiklopediia: Vol. 2 [National 

Encyclopedia]. (2005). Alm-Ata: «Kazak entsiklopediiasy».

11. Karaulov, B. O. (1974). O nekotorykh sredstvakh traditsionnogo 

muzykalnogo iskusstva Kazakhstana [On some means of 

traditional musical art of Kazakhstan]. Izvestyia AN RK, 3. 

12. Kuzembaeva, S. A., & Eginbaeva, T. Zh. (2005). Lektsii po istorii 

kazakhskoi muzyki [Lectures on the history of Kazakh music]. 

Alma-Ata.

13. Mombek, A. A. (2014). Osnovnye napravleniia razvitiia vysshego 

muzykalnogo obrazovaniia Kazakhstana v gody nezavisimosti 

[The basic directions of development of higher music education in 

the years of independence Kazakhstan]. In Istoriia i sovremennost: 

muzykalnoe obrazovanie na postsovetskom prostranstve (opyt, 

problemy, perspektivy). Kursk-Perm.

14. Nazarov, F. (1968). Zapiski o nekotorykh narodakh i zemliakh 

srednei chasti Azii [Notes on some of the peoples and lands of the 

middle part of Asia]. Moscow: Nauka. 

15. Radlov, V. V. (1885). Obraztsy narodnoi literatury severnykh tiurk-

skikh plemen sobrany V. V. Radlovym. Ch. 5.: Narechie kamennykh 

kirgizov [Samples of folk literature of Turkic tribes of northern 

collected V. V. Radlov. Vol. 5: Dialect of stone Kirghiz. St. Petersburg.

16. Pchelkin, V. V. (Ed.). (1987). Slovar inostrannykh slov [Dictionary 

of foreign words] (14

th

 ed.). Moscow: Russkii yazyk.



17. Uzakbaeva, S. A., & Kozhakhmetova, K. Zh. (1998). Ispolzovanie 

materialov kazakhskoi etnopedagodiki pri izuchenii pedagogicheskikh 

distsiplin [Usage of material of Kazakh ethno-pedagogics in the 

study of pedagogical disciplines]. Alma-Ata: Oner.

18. Uralskie voiskovye vedomosti: Vol. 44 [Ural army bulletin]. (1868).

19. Kharuzin, A. (1889). Kirhizy Bukeevskoi ordy. Antropologo-

etnograficheskie ocherky: Vol.1. [Kirghiz of Bukeev hordes. 

Anthropological and ethnographic essays]. Moscow: Typografiia 



A. Levinson i Kompaniia.


Поделитесь с Вашими друзьями:


©emirsaba.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет