Программа «Культура России»


§ 9. Многоуровневые теории эквивалентности



бет77/182
Дата18.12.2023
өлшемі4,12 Mb.
#140394
түріПрограмма
1   ...   73   74   75   76   77   78   79   80   ...   182
§ 9. Многоуровневые теории эквивалентности
В.Н. Комиссаров, анализируя категорию эквивалентности, справедливо отмечал, что «сопоставление переводов с их ориги­налами показывает, что существует несколько типов эквивалент­ности, в каждом из которых разные части содержания исходного текста. Изучение уровней эквивалентности позволяет определить, какую степень близости к оригиналу переводчик может достичь в каждом конкретном случае»1. Мы уже убедились в том, что ре­альные переводы соответствуют оригиналам в разной степени, оставаясь при этом именно переводами, а не иными видами межъязыкового посредничества. Попытка построить типологию эквивалентности, найти те ступени, которые ведут от минималь­но возможной к максимальной эквивалентности, а также устано­вить объективную, обоснованную границу, отделяющую перевод от «неперевода», и приводит к теории уровней эквивалентности.
Наиболее известные теории уровней эквивалентности строятся на семиотических основаниях, точнее, на выделенных семиотикой трех типах отношений знака — прагматическом, семантическом и синтаксическом.
Понятие многоступенчатого переводческого эквивалента приобретает достаточно четкие очертания в теории Г. Егера2. Он приходит к понятию коммуникативной эквивалентности через понятие коммуникативной значимости, которая и составляет ос­нову этого типа эквивалентности. Коммуникативная значимость текста оказывается его свойством вызывать определенный комму­никативный эффект. Она возникает из функций языковых зна­ков, которые связаны с семантическим, синтаксическим и праг­матическим уровнями отношений. Эти отношения, согласно ги­потезе Черри, в нормальной речевой коммуникации находятся в определенных иерархических отношениях: семантический уровень подчиняет себе синтаксический, и оба они подчинены прагмати­ческому уровню. Внутри семантического значения различаются сигнификативное и денотативное. Таким образом, модель пере­водческой эквивалентности, отражающая иерархию отношений языковых знаков, выстраивается в следующих четырех уровнях:

  1. — прагматический (для чего говорить);

  2. — семантический 1 (денотативный) (о чем сказать);

  3. — семантический 2 (сигнификативный) (как сказать);

  4. — синтаксический (как расположить элементы высказыва­
    ния относительно друг друга).

1 Комиссаров В.Н. Современное переводоведение. С. 134.
2 См.: Егер Г. Коммуникативная и функциональная эквивалентность //
Вопросы теории перевода в зарубежной лингвистике. М. 1978. С. 137—156.
Полная эквивалентность, или собственно эквивалентность, между текстом оригинала и текстом перевода достигается тогда, когда на всех четырех уровнях значения ИТ инвариантны значе­ниям ПТ.
Данная концепция, и особенно идея о доминирующей функ­ции прагматических отношений, подчиняющей себе все другие типы, была проддержана многими исследователями. Швейцер ут­верждал, что «прагматический уровень занимает высшее место в иерархии уровней эквивалентности. В этой иерархии существует следующая закономерность: каждый уровень эквивалентности предполагает наличие эквивалентности на всех более высоких уровнях»1.
Прагматический уровень эквивалентности, возведенный в ранг главного, высшего, составляет то необходимое коммуникативное ядро, без которого эквивалентность не может быть достигнута. Прагматическое значение составляет некий минимум инвариант­ности, по достижении которого уже оказывается возможным го­ворить о переводе.
Рассмотрим гипотетическую речевую ситуацию. Переводчик сопровождает в аэропорту иностранца, не понимающего по-рус­ски. Их цель — встретить зарубежную делегацию. Переводчик слышит интересующее его и его клиента сообщение о том, что самолет, в котором летят те, кого они ждут, приземлился: «Про­извел посадку самолет авиакомпании "Эр-Франс", совершавший рейс № 2332 из Парижа». Переводчик может перевести данное высказывание полностью, так как оно не содержит каких-либо элементов, трудных для перевода. Но вполне возможно, что он просто скажет: «Ça y est, on a atterri». В этом случае на всех уров­нях, расположенных ниже прагматического, подобия значений в оригинальном тексте и в тексте перевода не отмечается. Но полу­чателю переводного сообщения не важно, что на языке оригина­ла сообщение было передано в клишированной форме, в которой использованы единицы выражения, принадлежащие официаль­ной речи. Переводчик же использовал формы выражения, свой­ственные разговорной речи. Ему также не важно, что предметная ситуация, в которой фигурируют самолет, владеющая им авиа­компания, рейс, не воспроизведена в тексте перевода и что пере­водчик местоимением on обозначил нечто неопределенное — то ли самолет, то ли делегацию, которую они ждут. Ему также без­различно, что в тексте перевода существительное посадка преоб­разовано в глагол a atterri, равно как и то, что во французском высказывании грамматический субъект стоит перед глаголом, а в оригинальной русской — после. Для него главное в том, что ожи-
1 Швейцер А.Д. Теория перевода. С. 85. 296
даемое им действие произошло. Иначе говоря, цель коммуника­ции — сообщение о свершении ожидаемого события — достигну­та. Возникает, правда, вопрос о том, можно ли считать высказы­вание переводчика переводом услышанного им сообщения. Или же здесь мы сталкиваемся с какой-либо иной формой межъязы­ковой коммуникации, близкой переводу, но все же не с перево­дом? Или же переводы могут различаться степенью эквивалент­ности, оставаясь все же переводом?
Разделив двуединый процесс перевода на два этапа и вычле­нив соответствующие единицы на каждом из двух этапов, а именно единицу декодирования и единицу репродукции, мы мо­жем сосредоточить внимание на этапе репродуцирования текста в переводе и установить, каким образом достигается эквивалент­ность фрагментов текстов оригинала и перевода.
Для этого обратимся вновь к некоторым теориям эквивалент­ности, построенным в виде уровневых моделей, и вспомним мо­дель, которая легко выводится из рассуждений Егера.
Швейцер предлагает уровневую модель эквивалентности, в которой прагматический уровень также доминирует над всеми остальными. По мнению Швейцера, «прагматический уровень, охватывающий такие жизненно важные для коммуникации фак­торы, как коммуникативная интенция, коммуникативный эф­фект, установка на адресата, управляет другими уровнями. Праг­матическая эквивалентность является неотъемлемой частью экви­валентности вообще и наслаивается на все другие уровни и виды эквивалентности»1. Швейцер представляет иерархию уровней эк­вивалентности в виде следующей таблицы:







Нетрудно заметить, что построенная Швейцером уровневая модель эквивалентности практически ничем не отличается от мо­дели Егера. Она лишь перевернута, но это не меняет сути отно­шений, устанавливаемых исследователями между оригинальным речевым произведением и его переводом. В ней обнаруживаются
1 Швейцер А.Д. Указ. соч. С. 86—87.
297
те же три основных уровня, построенных на трех основных типах отношений языкового знака: прагматический, семантический, синтаксический. Так же семантический уровень разделяется на два подуровня в соответствии с различением в семантике денота­тивных и сигнификативных значений. Так же доминирующим оказывается прагматический уровень. Швейцер, однако, пред­ставляет модель, предложенную Егером, в структурированном виде, что придает ей большую оперативную ценность.
Комиссаров строит более развернутую модель уровней экви­валентности. В последнем уточненном варианте предложенная им модель предполагает пять иерархически взаимосвязанных уровней:

  1. уровень цели коммуникации;

  2. уровень описания ситуации;

  3. уровень способа описания ситуации;

  4. уровень структуры высказывания;

  5. уровень лексико-семантического соответствия.

Сопоставив эту модель с той, которая предлагалась Швейце­ром, мы обнаруживаем определенное сходство на первых четырех уровнях: уровень цели коммуникации соответствует прагматиче­скому, уровень описания ситуации — семантическому референци-альному, уровень способа описания ситуации — семантическому компонентному и уровень структуры высказывания — синтакси­ческому. В модели Комиссарова по отношению к модели Швей­цера изменена иерархия двух уровней: уровень описания ситуа­ции подчиняет себе уровень способа описания ситуации. Иначе говоря, перевод на уровне способа описания ситуации предстает как более точный по отношению к уровню описания ситуации. С таким изменением иерархии уровней эквивалентности трудно не согласиться. Мы уже показывали на примере, заимствованном у Р. Барта, насколько обедняется текст перевода, если в нем пере­дается только информация о предмете речи (денотативное или референциальное значение) и опускается информация о том, как этот предмет отражается в сознании автора, что находит выраже­ние в выборе определенных речевых форм.
Комиссаров дополняет модель эквивалентности еще одним уровнем — уровнем лексико-семантического соответствия. Это дополнение представляется существенным, во всяком случае, по двум причинам. Во-первых, оно логически завершает иерархию уровней эквивалентности: начав с уровня цели коммуникации, где перевод оказывается максимально свободным, вольным (за верхним пределом этого уровня вряд ли можно уже говорить о переводе), Комиссаров доходит до уровня пословной эквивалент­ности, т.е. до уровня буквального перевода, который в опреде-
ленных случаях также возможен. Во-вторых, автор модели при­влекает внимание к слову, которое в реальном переводе весьма часто выступает в качестве единицы эквивалентности. Множество трансформационных операций, известных в теории перевода, связаны именно с преобразованием слов (конкретизация, генера­лизация и т.д.).
На первый взгляд, этот уровень эквивалентности переклика­ется с уровнем способа описания ситуации (компонентный уро­вень у Швейцера). Но это не так. В самом деле, на уровне спосо­ба описания ситуации Комиссаров рассматривает семантическую структуру не отдельного слова, а высказывания как речевой фор­мы отражения той или иной предметной ситуации, его компо­нентный состав.
Таким образом, выделение пяти уровней эквивалентности, различающихся степенью детализации, точности и полноты смыс­лов, представляется обоснованным.
Однако в типологии уровней эквивалентности Комиссарова угадывается некоторое противоречие. Первые три уровня выделя­ются на основе ономасиологического подхода к сравнению тек­стов оригинала и перевода, а оставшиеся два, напротив, семасио­логического. Ведь в первых трех случаях Комиссаров движется от значений (цель высказывания — ситуация — отражение ситуации сознанием автора) к формам их выражения в ИЯ и ПЯ, т.е. к знакам. В четвертом и пятом случаях он идет от форм выраже­ния, знаков (синтаксической структуры и слов) к их значениям.
Типология Егера — Швейцера менее подробна, но более логич­на. Она заявлена как функциональная и построена на установлен­ных лингвистикой функциях языкового знака, т.е. на отношениях между знаком и участниками акта коммуникации (прагматическая функция), между знаком и отражаемым в нем фрагментом реаль­ной действительности (семантическая функция) и между знаками в процессе коммуникации (синтаксическая функция). Разведение семантического уровня на два подуровня (Егером и Швейцером) с точки зрения строгости критериев типологии также некоррект­но. Ведь выделяемый в особый подуровень сигнификативный ас­пект семантического значения характеризует не столько отноше­ния между действительностью и знаком, сколько между знаком и коммуникантом, т.е. может рассматриваться в пределах прагмати­ческого аспекта. Если при одном и том же денотативном значе­нии высказываний «Злая собака» и «Осторожно: собака» мы уста­навливаем различия их сигнификативных значений, то должны признать, что различия эти обусловлены желанием, интенцией коммуниканта сказать именно так, а не иначе, т.е. в этих разли­чиях угадывается отношение между знаком и коммуникантом.
299
Последовательное, поэлементное сравнение уровней эквивалент­ности, описываемых Егером, Швейцером и Комиссаровым, пока­зывает, несмотря на внешнюю вариативность терминов, большое сходство в определении уровней эквивалентности и явную привя­занность к идее о семиотической природе перевода, о взаимодей­ствии в переводе трех типов отношений знака к окружающей действительности:




Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   73   74   75   76   77   78   79   80   ...   182




©emirsaba.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет