Кинематограф арабского востока: пути развития и поиски национальной идентичности



Pdf көрінісі
бет17/37
Дата07.01.2022
өлшемі2.59 Mb.
#20709
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   37
ГЛАВА I. КИНЕМАТОГРАФ ЕГИПТА 

 

§ 1. КИНЕМАТОГРАФ В ХЕДИВСКОМ ЕГИПТЕ И В ПЕРИОД   



БРИТАНСКОГО ПРОТЕКТОРАТА  (1896 – 1922) 

 

а) 

КИНЕМАТОГРАФ В ХЕДИВСКОМ ЕГИПТЕ (1896 – 1914) 

На  рубеже XIX – XX веков  Египет  представлял  собой  вассально 

зависимую  от  Великобритании  страну,  хотя  и  считался  юридически 

составной  частью  Османской  империи.  Реальная  власть  в  стране 

принадлежала  не  хедиву,  а  «генеральному  консулу»  Лондона,  который, 

следуя  инструкциям  Вестминстера,  опирался  на  силы  дислоцированной  в 

стране  британской  оккупационной  армии,  а  также  коллаборационистские 

местные  феодальные  круги  и  посредническую  компрадорскую  буржуазию. 

Совместно  с  другими  западными  державами  Англия  превращала  Египет  в 

источник  дешевого  сырья  и  рынок  сбыта  собственных  товаров  фабричного 

производства,  получая  одновременно  большие  дивиденды  от  эксплуатации 

зоны  Суэцкого  канала.  Развитие  капиталистического  сектора  экономики 

колониальные  чиновники  допускали  в  тех  отраслях,  которые  отвечали  

интересам  и  запросам  иностранных  монополий.  Засилье  иноземного 

капитала, влиявшего на экономическую и политическую ситуацию в Египте, 

замедляло  рост  национального  самосознания.  В  то  же  самое  время  оно 

стимулировало  у  египтян  чувство  собственной  неполноценности, 

препятствовало  процессу  консолидации  антиколониально  настроенных 

патриотических 

сил, 


осознававших 

настоятельную 

необходимость 

модернизации  общественно-политической,  хозяйственной  и  культурной 

жизни страны.     

Вместе  с  тем  ускорившееся  распространение  в  конце XIX века 

акционерного  предпринимательства  способствовало  укреплению  торгово-

производственного  сектора  капиталистического  типа,  что,  в  свою  очередь, 

вело  к  увеличению  численности  социальной  группы  нарождавшейся 

 

30




национальной  буржуазии  и  усилению  ее  влияния  в  египетском  обществе. 

Ради упрочения своих позиций она охотно перенимала доступные ей формы 

хозяйственной  и  культурной  деятельности,  сформировавшиеся  к  тому 

времени в промышленно развитых государствах капиталистического Запада. 

На    исходе XIX столетия  в  стране  функционировали  телеграфная  и 

телефонная  связь,  строились  железные  дороги,  развивалось  пароходство, 

быстро увеличивались тиражи газет  и журналов, издававшихся на  арабском 

языке.  


В  сфере  духовной  и  культурной  жизни  также  наметились  эволюционные 

перемены.  Реформация  ислама,  связанная  с  именами  авторитетных 

богословов  Джамаль  ад-Дина  аль-Афгани  и  Мухаммеда  Абдо,  логично 

вписывалась  в  контекст  обозначившегося  во  второй  половине XIX века 

общего  культурного  возрождения  – ан-Нахды.  Процессы  обновления 

наблюдались  и  в  области  национальной  литературы,  где  возникали  и 

получали  развитие  новые  темы  и  жанровые  формы.  Что  касается 

театрального искусства, то наряду с адаптацией пьес европейских писателей 

египтянами предпринимались попытки создания собственных, оригинальных 

драматургических  произведений – как  на  исторические  темы,  так  и 

посвященных 

актуальным 

общественным 

событиям 

и 

явлениям 



национальной действительности. 

В  ряду  знаменательных  достижений  западной  научно-технической  мысли 

рубежа XIX – XX  веков  было изобретение кинематографа. В  Египте о нем 

впервые  узнали  из  опубликованной 23 апреля 1896 года  на  первой  полосе 

газеты «Аль-Ахрам» статьи под таинственным для того времени названием – 

«Синематограф,  или  движущееся  изображение».  В  ней  отмечалось: 

«Движущееся  изображение – одно  из  наиболее  удивительных  и 

превосходных 

изобретений 

современности. 

Изумительные 

и 

необыкновенные  виды,  созданные  при  помощи  техники.  Изображение 



способно передавать любые образы и картины – будь то отдельные предметы 

или люди. Последние при этом предстают перед взором реально, в движении, 

 

31



в  различных  местах  и  ситуациях…  Можно  увидеть  разнообразные  виды 

природы,  великолепные  чудеса  промышленности,  наблюдать  человека 

сидящего,  а  затем  одевающегося,  занятого  едой,  пьющего,  бегущего, 

играющего, смеющегося…»

1

.  


Спустя полгода выходившая в  Александрии на французском языке газета 

«Ла Реформ» в номере от 4 ноября 1896 года известила читателей о том, что в 

главном  портовом  городе  Египта  заканчивается  подготовка  к  организации 

сеанса  «движущихся  картинок».  А  вечером  следующего  дня, 5 ноября,  в 

одном  из  помещений  хлопковой  биржи  Тусун-паша  состоялась  их 

премьерная  демонстрация.  Выбор  места  для  проведения  дебютного 

публичного  кинопоказа  был  не  случайным.  Здание  биржи,  располагавшееся 

на оживленной улице Баб аль-хадид, состояло из нескольких этажей, и в нем 

имелся  ряд  отличавшихся  по  своим  размерам  залов,  использовавшихся 

иностранными  землячествами  Александрии  для  проведения  в  них 

танцевальных  вечеров  и  разного  рода  деловых  и  торжественных 

мероприятий. 

6 ноября газета «Ла Реформ» поместила  дополнительную информацию – 

уже рекламно-просветительского характера. В ней сообщалось: привезенный 

из  Европы  аппарат  братьев  Люмьер  представляет  собой  нечто  вроде 

«волшебного фонаря», но большого размера, с находящимся внутри особым 

механизмом,  вращающим  рулон  целлулоидной  пленки,  содержащей 

моментальные фотографические снимки. В конце статьи авторы настойчиво 

призывали  своих  читателей  познакомиться  с  сенсационным  «последним 

достижением  человеческого  гения»,  обещая  при  этом  приятное  и 

незабываемое 

времяпрепровождение 

на 

получасовых 



киносеансах, 

организуемых ежедневно с 5 и до 11 часов вечера.  

Первым  посетителям  демонстрационного  зала  в  александрийской  бирже 

были  предложены  довольно  разнообразные  по  тематике  информационно-

                                                           

1

 Цит. по: Хадари, Ахмед аль‐. Тарих ас‐синима фи миср. Аль‐Джуз аль‐аввал (на араб. яз.). 



Каир. 1989, С. 16. 

 

 



32


хроникальные  кинозарисовки: «Борцы», «Жители  Мадагаскара», «Танец 

«Канкан», «Польский лес», «Кузнецы», «Выход рабочих из завода», «Весна в 

Париже», «Боксеры», «Ловля креветок», «Площадь Оперы в Париже», «Море 

в  Гавре».  Громкий  успех  необычного  вида  зрелища  привлек  внимание 

городских  властей,  и 14 ноября  в  сопровождении  официальных  лиц 

«кинематографическое  представление»  удостоил  личным  посещением 

губернатор Александрии. Просмотрев изумившие всех собравшихся «живые 

фотографии»,  он  распросил  владельцев  аттракциона  о  механизмах  и 

принципах 

функционирования 

проекционной 

аппаратуры. 

Весьма 

примечательный факт: по распоряжению муниципальных властей, во второй 

половине  ноября  в  просмотровом  зале  биржи  Тусун-паша  вместе  с 

преподавателями  побывали  учащиеся  городских  школ  и  лицеев,  где 

получили  ценную  и  полезную  в  познавательном  отношении  информацию, 

связанную с техническими аспектами показа «двигающихся фотографий». 

В  Каире  дебютный  киносеанс  состоялся 28 ноября 1896 года  в  квартале 

Аль-Азбакийя  в  зале  «Хамам  Шнайдер».  На  приглашение  приехавшего  из 

Александрии  агента  братьев  Люмьер  Анри  Делло  Строголо  увидеть  «чудо-

изобретение» 

откликнулись 

губернатор 

столичной 

провинции, 

высокопоставленные чиновники, также на просмотр пришли деятели науки и 

искусства,  журналисты  и  писатели.  Как  и  в  Александрии,  каирская  пресса 

отреагировала  на  «живые  картинки»  в  основном  одобрительно,  напечатав 

хвалебные,  а  временами  и  восторженные  отзывы.  Например,  влиятельная 

каирская  газета «Аль-Мукаттам» 1 декабря поместила большую  статью, где 

говорилось  о  том,  что  присутствовавшие  в  кинозале, «увидев  движущиеся 

изображения,  испытали  восхищение  и  даже  вообразили,  будто  перед  ними 

предстали  некие  привидения  и  призраки,  у  которых  нет  только  голоса»

2



Сеанс завершился аплодисментами всех собравшихся, после чего губернатор 



Каира  порекомендовал  владельцу  аттракциона  Анри  Делло  Строголо 

                                                           

2

 Цит. по: Хадари, Ахмед аль‐. Тарих ас‐синима фи миср. Аль‐Джуз аль‐аввал (на араб. яз.). 



Каир, 1989, С. 24. 

 

 



33


устраивать  специальные  кинопросмотры  отдельно  и  для  женщин. 

Высказанное  пожелание  было  принято,  и  днем  с  4 до 6 часов  зал  «Хамам 

Шнейдер» продавал входные билеты исключительно для женской аудитории, 

а  с      6      до  11  часов      вечера    –      для        мужской.  Популярный      журнал    

«Аль-Хилаль»  в  номере  от 16 декабря,  в  разделе  «Хроника»,  отметил: 

«Французская  компания,  чья  резиденция  находится  неподалеку  от  здания 

Египетского  телеграфа,  демонстрирует  фотографии,  которые  «зрителям 

кажутся  наполненными  живым  движением.  Люди  сбегаются  на  их  

просмотр» 

3

.  Газета  «Миср»  в  тот  же  день  написала: «движущиеся 



изображения» производят очень сильное и глубокое  впечатление, и при этом 

они «радуют сердце и чаруют разум»

4

. Вместе с тем в периодической печати 



встречались  и  иные  высказывания,  отражавшие  противоположную  точку 

зрения. Как свидетельствует авторитетный  каирский журнал «Аль-Кавакиб», 

новый  вид  зрелища  оценивался  в  тот  период  частью  египтян  не  иначе,  как 

«волшебные игры Запада» и даже «злонамеренные проделки дьявола»

5



Владелец  люмьеровского  патента  Делло  Строголо  оказался  человеком 



инициативным  и  предприимчивым,  и  быстро    смог  получить  лицензию  на 

открытие  в  Александрии  первого  в  Египте  «кинематографического  театра». 

Под  «Синематограф  Люмьер»,  оснащенный  доставленной  из  Европы 

киноаппаратурой,  власти  выделили  место  в  центральной  части  города,  на 

улице Мухаррам-бек, между биржей Тусун-паша и театром Аль-Хамбра. Его 

открытие состоялось 30 января 1897 года. Премьерную программу составили 

западноевропейские 

короткометражные 

киноленты: «Площадь 

кафедрального  собора  в  Турине», «Шествие  берсальеров»,  «Деревенский 

праздник»,  «Отъезд на автомашине», «Группа игроков в карты», «Любовная 

записка», «Путешественник  и  воры».  Любопытно  следующее.  Среди 

демонстрировавшихся  «живых  фотографий»  особым  успехом    пользовались 

                                                           

3

 Цит. по: Хадари, Ахмед аль‐. Тарих ас‐синима фи миср. Аль‐Джуз аль‐аввал (на араб. яз.). 



Каир, 1989, С. 31. 

4

  Там же. 



5

 Журнал «Аль‐Кавакиб». Киссат ас‐синима фи миср (на араб. яз.). Каир, 1960, № 448, С. 57. 

 

 

34




«экзотические» хроникальные сюжеты о торжественной коронации в Москве 

русского  царя  Николая II и  его  посещении  столицы  Франции  Парижа. 

Удовлетворяя  просьбы  зрителей,  администрация  кинотеатра  неоднократно 

принимала  решение  показывать  их  на  бис.  Как  и  раньше,  в  дневное  время 

«Синематограф Люмьер» устраивал специальные отдельные просмотры – для 

женщин-европеек и мусульманок. 

Важным событием кинематографической жизни явился приезд в Египет в 

марте 1897 года  сотрудника  братьев  Люмьер  Промио.  В  сопровождении 

Анри  Делло  Строголо  он  совершил  довольно  продолжительную  поездку  по 

стране и отснял тридцать пять хроникальных эпизодов. В их числе – «Семья 

итальянского консула посещает «синематограф» в Александрии», «Поездка к 

пирамидам», «Площадь Мухаммеда Али», «Хедив и его эскорт», «Процессия 

махмаля (паланкина с покрывалом и другими дарами для Каабы)», «Бедуины 

на  верблюдах», «Похоронная  процессия», «Площадь  Цитадели», «Площадь 

Оперы», «Мост  Каср  ан-Нил», «Площадь  Сулейман-паши», «Улица  Ас-

Сейиди  Зайнаб», «Нильские  плотины», «Деревня  Саккара», «Пирамиды», 

«Спуск  с  Большой  пирамиды», «Отъезд  из  Банхи», «Отъезд  из  Каира», 

«Панорамы  берегов  Нила».  В  мае-июне 1897 года  документальные 

кинозарисовки,  сделанные  на  территории  Египта  и  с  большим  энтузиазмом 

воспринятые  местной  зрительской  аудиторией,  на  протяжении  многих  дней 

демонстрировались в «Синематографе Люмьер».

 

На  начальном  этапе  кинематограф  получил  наибольшее  распространение 



не  в  столице,  а  в  Александрии,  где  проживала  довольно  многочисленная  и 

влиятельная  колония  европейцев,  которые  активно  приветствовали  и 

поддерживали  идеи  об  увеличении  импорта  иностранных  кинофильмов, 

поступавших тогда в основном из Франции и Италии. Сыграло свою роль и 

то  обстоятельство,  что  в  главном  портовом  городе  Египта  «индустрия 

развлечений»  на  рубеже XIX – XX вв.  была  несравненно  богаче  и 

разнообразней, чем в Каире. Здесь находились многочисленные кафе, мюзик-

холлы,  дансинги  и  другие  увеселительные  заведения.  За  умеренную  плату 

 

35



публика  получала  возможность  увидеть  «ошеломляющие»  кинопрограммы, 

состоявшие  из  нескольких  роликов  продолжительностью  по 2 – 3 минуты. 

Фильмокопии  эксплуатировались  их  хозяевами  до  полного  материального 

износа.    

Между  тем  довольно  скоро  кинопрокатчики-иностранцы  столкнулись  с 

проблемами – после первых, казалось бы, обнадеживающих успехов «живых 

фотографий», интерес к ним со стороны зрительской аудитории постепенно 

стал снижаться. Однотипная зарубежная кинохроника, скучно и примитивно 

передававшая жизнь других стран и народов, прежнего ажиотажа у публики 

уже  не  вызывала.  Попытки  изменить  неблагоприятно  складывавшуюся 

конъюнктуру  к  лучшему,  даже  за  счет  уменьшения  стоимости  входных 

билетов, к желаемому результату не приводили, и «Синематограф Люмьер», 

обязанный  перечислять  во  Францию 50 % кассовой  выручки  от  показа 

импортировавшихся в Египет кинофильмов, свою деятельность прекратил. 

В  начале 1900-х  годов  в  Египте,  как  и  в  Европе,  кинематографическое 

зрелище,  утратив  былую  привлекательность  и  новизну,  переместилось  в 

общественные  сады  и  парки.  Местная  пресса  информацию  о  нем  давала 

крайне  редко.  Еще  одним  спасительным  оазисом  для  кино  послужили 

помещения городских театров и мюзик-холлов. Однако в них хроникальные 

ленты  предпочитали  показывать  всего  лишь  в  качестве  приложения  к 

театральным спектаклям и разного рода эстрадным представлениям. 

 Упоминания  об  этом  содержат  египетские  периодические  издания  того 

времени. Франкоязычная газета «Ла Реформ» 10 января 1900 года сообщала, 

что 


в 

александрийском 

театре 

Аль-Хамбра 

пройдет 

концерт 


гастролировавшей в стране известной английской певицы Лиз Дублин, после 

чего 


вниманию 

публики 


будут 

предложены 

разнообразные 

кинематографические  сюжеты.  Газета  «Аль-Ахрам»,  редакция  которой  в 

ноябре 1899 года  переехала  из  Александрии  в  Каир,  в  номере  от 22 ноября 

1901  года  писала: «Сегодня  вечером  в  Египетском  театре  (Ат-Тиатру  аль-

мисрий)  будут  идти  кинофильмы – вслед  за  песенными,  танцевальными, 

 

36




гимнастическими и комическими номерами»

6

. Та же «Аль-Ахрам» 2 декабря 



1901  года  поместила  анонс  о  развлекательном  мероприятии  в  Египетском 

театре  в  Каире  с  забавной  инсценировкой  о  короле  джиннов  и  демонов, 

программой  «двигающихся  фотографий»  и  танцами  под  оркестр. «Живые 

фотографические  картинки»  систематически  демонстрировались  и  после 

окончания  спектаклей  популярной  каирской  театральной  труппы Искандера 

Фараха  «Аль-Джук  аль-мисрий»,  в  которой  выступал  выдающийся  

египетский  певец, музыкант  и  актер  шейх Саляма Хигази. 

Примерно  через  десять  лет  после  первых  показов  «движущихся 

фотографий» в Египте в кинопредпринимательской сфере произошла «смена 

лидеров».  На  передний  план  выдвинулась  компания  основоположника 

французской  киноиндустрии  Шарля  Пате.  Обладая  значительными 

финансово-организационными  возможностями  и  имея  в  распоряжении 

богатую  коллекцию  разнообразных  фильмов,  он  начал  экспортировать  на 

египетский  рынок  не  только  короткометражные  хроникально-докумен-

тальные,  но  и  постановочные  кинокартины.  При  этом  некоторые  из  них 

демонстрировались  на  экране  уже  не  в  черно-белом,  а  в  цветном 

изображении.  

Как  и  во  многих  других  странах  мира,  в  Египте  в    репертуаре 

просмотровых  залов  во  второй  половине  первого  десятилетия XX века 

произошли  серьезные  качественные  изменения.  В  нем  ощутимо  возрос 

удельный  вес  игровых  короткометражных  кинофильмов  и  фарсов, 

заключавших  в  себе  законченное  сюжетное  повествование,  рассказывавших 

какую-либо  увлекательную  житейскую  историю.  Интерес  к  экранному 

зрелищу  поэтому  снова  заметно  оживился,  и  это  способствовало  росту 

кинопосещаемости.  

С  целью  привлечь  к  кинематографу  максимальное  число  зрителей 

отдельные  кинопрокатчики,  по  примеру  пришедшей  на  египетский  рынок 

                                                           

6

 Цит. по: Хадари, Ахмед аль‐. Тарих ас‐синима фи миср. Аль‐Джуз аль‐аввал (на араб. яз.). 



Каир, 1989, С. 57. 

 

 



37


еще одной французской кинокомпании – «Гомон», – попытались преодолеть 

немоту  экранного  повествования,  включая  во  время  сеанса  установленные 

возле  киноэкрана  граммофонные  пластинки.  Однако  из-за  проблем 

технического  порядка  добиться  соответствующей  гармонии  изображений  и 

закадровых  звучаний  в  тот  период  времени  было  крайне  сложно,  и  от 

данного приема владельцам фильмокопий в итоге пришлось отказаться.  

Со  второй  половины  первого  десятилетия XX века  наряду  с  французами 

заметную  активность  в  сфере  киноторговли    и  показа    фильмов  в  Египте 

начали  проявлять  итальянцы.  В 1906 году  в  Александрии  они  оборудовали 

большой  и  комфортабельный  кинозал  «Синематограф  Ирбанура»,  имевший 

несколько  вентиляторов  для  проветривания  воздуха  и  удобные  кресла,  и 

тоже  приступили  к  прокату  кинолент  западноевропейского  производства. 

Чтобы  придать  своему  детищу  дополнительную  респектабельность, 

владельцы  кинотеатра,  теперь,  в  отличие  от  недавнего  прошлого, 

организовывали  в  качестве  приложения  к  экранному  зрелищу  выступления 

артистов-кукольников,  профессиональных  музыкальных  оркестров  и 

исполнявших итальянские песни певцов в антрактах между длившимися 20 – 

30 минут драматическими, комедийными и фантастическими фильмами.  

Для  иностранного  кинокапитала  Егиет  с  самого  начала  представлял 

интерес  не  только  как  рынок  сбыта  экранной  продукции,  но  и  как 

благодатное  место  для  съемок  бесценных  памятников  истории  и  культуры, 

величественные  виды  и  панорамы  которых  можно  было  бы  с  успехом 

показывать  в  прокатной  сети  многих  стран  мира.  В  ноябре 1906 года  в 

«страну  пирамид»  прибыл  сотрудничавший  с  братьями  Люмьер  известный 

французский  кинооператор  Феликс  Месгиш.  По  сравнению  со  своим 

предшественником  Промио,  он  имел  более  совершенную  киноаппаратуру, 

много  метров  пленки,  да  и  программа  его  пребывания    оказалась  гораздо 

богаче  и  насыщенней.  Помимо  документальных  фрагментов  из  жизни 

современного Египта – проезда конного эскорта и кареты хедива и его свиты 

по  улицам  Каира;  квартала  мусульманского  богословского  университета 

 

38



«Аль-Азхар»;  египтян  и  египтянок  в  национальных  одеждах;  египетских 

политических  деятелей – Месгиш  отснял  многочисленные  мечети  и 

минареты, надгробия султанов и мамлюков, построенную при Салах ад-Дине 

Цитадель.  А  чтобы  убедительнее  доказать  зрителям-иностранцам 

справедливую  истину  о  том,  что  нигде  так  быстро  не  падаешь  в  глубь 

времен,  как  в  Египте,  кинематографист  запечатлел  пирамиды  в  Гизе, 

Сфинкса, храмы в Луксоре и Карнаке, Долину царей, на границе с Суданом – 

храм 


Абу-Симбел, 

а 

также 



многочисленные 

античные 

достопримечательности греко-римского периода. 

 

В  конце 1900-х  годов,  несмотря  на  слабость  техники  пожарной 



безопасности  и  происходившие  в  кинозалах  возгорания,  рыночная 

конъюнктура кинематографа все-таки заметно изменилась в лучшую сторону 

и «география»  киносеансов  существенно расширилась.  Зарубежные фильмы 

стали демонстрировать не только в Александрии и Каире, но и в Порт-Саиде 

и  Мансуре.  Одновременно  происходило  обогащение  жанрово-тематической 

палитры  предлагавшегося  египтянам  экранного  репертуара.  Наряду  с 

постановочными  в  возраставших  количествах  показывались  новые  по 

содержанию  видовые  документальные  и  научно-популярные  киноленты, 

например, – «Зимние  виды  спорта  в  Швейцарии», «Путешествие  по  Новой 

Зеландии», «Рабочие  слоны  Индии», «Соревнования  по  преодолению 

препятствий», «Море  при  лунном  свете».  Неординарный  интерес  у 

зрительской  аудитории,  по  свидетельству  газеты  «Аль-Ахрам»  от 3 апреля 

1907 года,  вызвали японские документально-пропагандистские кинофильмы, 

рассказывавшие  об  упорной  многомесячной  осаде  Порт-Артура  и  об 

обстановке,  сложившейся  в  Японии  после  окончания  войны 1904 – 1905 

годов с Россией. 

Рассматривая  ранний  период  истории  кино  в  Египте,  уместно  сказать  о 

следующем  факте.  В  июне 1907 года  хедив  Аббас II Хильми  посетил 

Александрию, чтобы ознакомиться с подготовкой специалистов и процессом 

обучения  в  престижном  Высшем  институте  при  мечети  Сейиди  Абу  аль-

 

39



Аббас.  Впервые  отдельные  моменты  данной  поездки  были  отсняты  на 

кинопленку  постоянно  проживавшим  в  Египте  оператором-итальянцем 

Альвизи  Орфанелли,  сделавшим  это  по  поручению  своих  земляков, 

известных  александрийских  фотографов  и  предпринимателей, – Азиза  и 

Дореса.  Спустя  месяц,  вечером 20 июля,  в  принадлежавшем  им  кинотеатре 

«Синематограф  Азиз  и  Дорес»  они  публично  продемонстрировали 

хроникальные  эпизоды  пребывания  хедива  в  Александрии.  Как  полагает 

известный  современный  египетский  кинокритик  Али  Абу  Шади,  этот  день 

«можно  считать  точкой  отсчета  в  истории  кинопроизводства  в  Египте, 

поскольку  данный  фильм  был  произведен  египетской  компанией,  на 

египетские  деньги  и  реализован  в  Египте»

7

.  В  августе  того  же  года  Азиз  и 



Дорес  побывали  в  другом  александрийском  учебном  заведении  и  сняли 

короткометражный  видовой  хроникальный  фильм  «Спортивный  праздник  в 

Школе  Аль-Фарир»,  которая  в  те  времена  в  разговорном  обиходе 

александрийцев чаще фигурировала под названием «Школа Сант-Катрин». 

Между тем, захвативший доминирующие позиции в кинопрокатной сфере 

француз  Лагарен,  агент  компании  «Братья  Пате»  на  Ближнем  Востоке,   

действовал    в  соответствии  с  правилами  своего  парижского  патрона. 

Поступавшие  из-за  границы  киноленты  он  распределял  среди  владельцев 

просмотровых  залов,  предварительно  сообщая  через  местную  прессу  об 

отличном качестве и поразительных достоинствах полученных им очередных 

фильмокопий. Так, 13 августа 1907 года александрийская газета «Ла Реформ» 

написала  о  том,  что  к  Лагарену  поступило  множество  увлекательных 

кинокартин,  и  владельцы  всех  без  исключения  синематографов  имеют 

возможность  в  любой  день  придти  за  ними  в  его  представительство  и 

подобрать  соответствующие  их  вкусам  и  интересам  кинофильмы.  В  номере 

от 26 ноября  она  же  поместила  такой  анонс: «…фильм  «Али-Баба  и  сорок 

разбойников», одна из сказок «Тысячи и одной ночи», – полностью  цветной, 

                                                           

7

  Абу  Шади,  Али.  Вакаи  ас‐синима  аль‐мисрийя  фи‐л‐карн  аль‐ишрин  (на  араб.  яз.).. 



Дамаск, 2004, С. 11. 

 

 



40


имеет  продолжительность 30 минут  и  принадлежит  к  числу  самых 

значительных  произведений, созданных компанией «Пате»

8

.  


Тем  не  менее,  несмотря  на  рост  количества  просмотровых  залов,  по 

мнению иностранцев, их посещаемость оставалась в целом на низком уровне. 

Проблема  заключалась  в  том,  что  среди  арабов  мало  кто  владел 

европейскими  языками,  а  показывавшиеся  киноленты  субтитрировались  на 

языках  стран-производителей.  Для  расширения  контингента  зрительской 

аудитории  за  счет  коренных  жителей  Египта  при  каждом  кинотеатре  стали 

вводить  специальную  должность  переводчика,  обязанного  громко  и  внятно 

произносить на арабском языке  все  появлявшиеся  на экране пояснительные 

надписи.  Как  правило,  переводчик    располагался      вблизи    экрана    и  

«озвучивал» диалоги экранных персонажей. Но нередко на последних рядах 

из-за  отвлекающего  стрекотания  кинопроектора  зрители  ничего  не  могли 

расслышать – тогда  владельцы  кинозалов  увеличивали  количество 

«драгоманов»  до 3 – 4 человек  и  рассаживали  их  вдоль  всего 

демонстрационного  помещения.  Хотя  подобное  нововведение  и  принесло 

определенный  успех,  многие  европейцы  и  знавшие  и  понимавшие 

иностранные  языки  арабы  переставали  ходить  в  кино,  не  желая  лишаться 

удовольствия  непосредственного  восприятия  находивших  в  прокате 

кинофильмов.  К  тому  же  и  качество  перевода  зачастую  оставляло  желать 

много  лучшего.  В  конце  концов,  компромиссное  решение  было  найдено: 

титры на арабском литературном языке стали печатать сначала на отдельном 

боковом экране, а в дальнейшем – на пленке самого оригинала.  

Как  и  в  других  странах,  с  целью  привлечь  к  кинотеатрам  как  можно 

больше  публики  кинопоказчики  ввели  дифференцированную  плату  за 

входные билеты. Нумерация сидений покончила и с суетой по «овладению» 

лучшими  местами.  В  отличие  от  театров,  посадочные  места  в 

синематографах  в  первых  рядах  стоили  дешевле,  а  в  последних – дороже. 

                                                           

8

  Цит.  по:    Хадари,  Ахмед  аль‐.  Тарих  ас‐синима  фи  миср.  Аль‐Джуз  аль‐аввал  (на  араб. 



яз.).. Каир, 1989, С. 84. 

 

 



41


Самые же высокие цены устанавливались для тех, кто предпочитал смотреть 

фильмы  с  особым  комфортом  в  отдельной  ложе.  Например,  в 1908 г. 

стоимость  одного  посадочного  места  в  ложе  равнялась 40 пиастрам 

(киршам),  в  партере  она  составляла – 7 пиастров,  а  в  первых  его  рядах – 4 

пиастра. Для детей делались скидки: билеты для них обходились родителям в 

2 – 4 пиастра.  Своим  постоянным  зрителям  владельцы  кинотеатров  начали 

предлагать  за 24 пиастра  действительные  в  течение  месяца  просмотровые 

абонементы      и      в      придачу    –    курьезное,  с  сегодняшней  точки  зрения, 

вознаграждение:  возможность  шесть  раз  бесплатно  сняться  в  специальной 

фотографической студии 

9



Реклама  кино  уже  тогда  отличалась  выдумкой  и  относительным 



разнообразием.  Информация  о  кинопремьерах  публиковалась    на  страницах 

египетских    газет  и  журналов.  Разрисованные  яркие  афиши  и  плакаты 

устанавливали  на  повозках  и  возили  по  городским  улицам.  Как  правило,  в 

повозке  находилась  группа  музыкантов,  которые  под  удары  барабана 

энергично  играли  на  музыкальных  инструментах.  Проехав  определенное 

расстояние,  арба  останавливалась,  и  мужчина – обычно  обладатель  хорошо 

поставленного  громкого  голоса – объявлял  название  кинофильма  и 

«живописно»  рассказывал  прохожим  о  наиболее  волнующих  и  важных  его 

эпизодах. 

В  канун  Первой  мировой  войны  в  программах  просмотровых  залов 

Александрии, 

Каира 


и 

других 


городов 

появился 

французский 

информационный  «Киножурнал  Пате»,  демонстрировавшийся,  как  и  в 

Европе,  перед  показом  игровых  кинофильмов.  Хотя  зрители  ходили  в 

кинотеатры для просмотра, в первую очередь, постановочных картин, тем не 

менее, бывали случаи, когда максимальная  посещаемость залов  достигалась 

за  счет  показа  в  кинохронике  интересовавших  египтян  явлений 

политического  характера.  В  частности,  закономерно  большой  интерес  у 

арабской зрительской аудитории вызвал специально доставленный в Египет 

                                                           

9

 См. Хадари, Ахмед аль‐. Ук. соч., С. 91. 



 

 

42




номер  «Киножурнала  Пате»  о  событиях  младотурецкой  революции 1908 – 

1909  гг.  о  перипетиях  отстранения  от  власти  султана  Абдул  Хамида II и 

последовавшего вступления на османский престол нового монарха Мехмеда 

V.  Массовый  наплыв  зрителей-арабов  вызвал  и  короткометражный 

хроникальный  фильм  о  похоронах  умершего  в 1908 году  в  возрасте 34 лет 

основателя  партии  «Ватан»,  видного  политического  деятеля,  талантливого 

оратора  и  публициста  Мустафы  Камиля,  боровшегося  за  освобождение 

Египта  от  британской  оккупации  и  его  широкую  автономию  в  рамках 

Османской империи. 

Не было ничего странного в том, что первыми кинооператорами в Египте 

становились  представители  иностранных  землячеств.  По  сравнению  с 

египтянами-арабами  они  располагали  гораздо  более  благоприятными 

возможностями  заняться  кинематографом  практически.  Ко  времени 

появления кино на территории Египта они прошли школу профессиональных 

фотографов, умели обращаться со съемочной техникой и аппаратурой, к тому 

же им не составляло особого труда устанавливать контакты и деловые связи 

с  господствовавшими  тогда  в  кинематографической  жизни  Египта 

европейцами.  Первопроходцами  оказались  упоминавшиеся  выше  итальянцы 

Альвизи  Орфанелли  и  Умберто  Дорес.  Натурализовавшиеся    в  Египте 

выходцы  из  Европы  в  начале 1910-х  годов  смогли  снять  и  показать 

хроникально-документальные  короткометражные  кинофильмы  «Стадион 

Каср  ан-Нил  в  Гизе», «Возвращение  хедива  из  Мекки», «Соревнование  в 

районе  Мина-Хауса», «Отправка  махмаля  из  Египта»  и  другие

10

.  Однако 



организационных, 

финансовых 

и 

художественных 



возможностей, 

позволявших  приступать  к созданию  игровых  кинофильмов,  ни   они,  ни  

тем    более    арабы-египтяне    еще    не    имели.  Потребности    в  экранном 

зрелище  удовлетворялись  исключительно    за    счет  импорта    кинолент, 

созданных за границей  иностранными компаниями. 

                                                           

10

 Абу Шади, Али Ук. соч., С. 12‐13. 



 

43



В  начале 1910-х  годов  наряду  с  французскими  и  итальянскими  в 

кинопрокате  Египта  появились  фильмы  американского  и  датского 

производства. 

Между 


зарубежными 

кинокомпаниями 

усилилась 

конкурентная  борьба  за  местного  зрителя,  приобретавшая  временами 

достаточно  неожиданные  формы.  Для  привлечения  дополнительного 

контингента  зрителей  в  синематографах,  принадлежавших  иностранцам, 

начали проводиться денежные лотереи. С целью придать респектабельность 

и  престижность  новым  просмотровым  залам,  на  церемонии  их  открытия 

приглашались  представители  иностранного  дипломатического  корпуса  и 

элиты  египетского  общества,  при  этом  организовывались  выступления 

духовых  оркестров,  в  небо  запускались  стаи  голубей,  гостям  на  западный 

манер предлагались бокалы с шампанским. В центральных газетах появились 

специальные  информационные  колонки,  где  помещались  заказные 

публикации, в радужных тонах рассказывавшие о том, какие замечательные 

и превосходные фильмы будут демонстрироваться в тех или иных кинозалах. 

В  силу  возросшего  притока  зарубежной  экранной  продукции,  желая 

опередить  конкурентов,  арендаторы  фильмокопий  в  контролировавшихся 

ими «электротеатрах» меняли кинопрограммы по два, а иногда и по три раза 

в неделю. 

Действительно, в отличие от кризисного периода начала 1900-х гг., теперь 

«кинематографическое  меню»  стало  несравненно  разнообразнее.  Однако 

неуклонно возраставший наплыв зарубежной экранной продукции имел свои 

специфические  особенности.  Наряду  с  новаторскими  и  интересными  в 

идейно-художественном  отношении  игровыми  лентами – такими,  как, 

например, «Убийство  герцога  Гиза»  французской  фирмы  «Фильм  д’Ар», 

показ  которой  сопровождала  музыка  Камиля  Сен-Санса,  и  где  снялись 

ведущие  актеры  театра  «Комеди  Франсез»,  а  также  разноплановыми  по 

тематическому  содержанию,  запоминающимися  картинами  с  участием 

выдающихся  мастеров  немого  кино:  Сары  Бернар,  Асты  Нильсен  и  Макса 

Линдера – в  кинопрокат  начали  проникать  бульварные  кинопостановки 

 

44



фривольного  содержания,  камуфлировавшиеся  в  каталогах  западных 

компаний  под  определением  «фильмы  гривуазных  сцен  пикантного 

характера».  

То,  что  ситуация  в  кинопрокате  на  территории  Египта  стала 

разворачиваться  именно    в  таком  направлении,  объясняло  следующее 

обстоятельство:  во  Франции,  Италии,  а  затем  и  в  Дании  выпуск  подобного 

рода  продукции  возник  и  получил  развитие  едва  ли  не  с  самых  первых 

«синематографических»  лет.  В  просмотровых  залах  Европы,  вопреки 

официальным  запретам,  преследованиям  со  стороны  исполнительных 

властей,  и  проклятиям  в  периодической  печати,  экранная  «клубничка»,  тем 

не менее, относительно свободно и широко демонстрировалась на вечерних 

киносеансах  под  прикрытием  ограничительного  товарного    знака: «только 

для взрослых».  

В  Египте – стране  традиционного  распространения  ислама,  где 

сложившаяся  система  семейных  отношений  существенно  отличалась  от 

европейской,  где  в  процессе  исторического  развития  укоренились  иные 

нравственные критерии и господствовали гораздо более строгие пуританские 

установки,  ситуация  аналогичным  образом,  конечно,  развиваться  не  могла. 

Тогдашние  западноевропейские  кинофильмы  «нескромного  содержания», 

кажущиеся сейчас безобидными и наивными, трактовались в мусульманском 

ареале,  особенно  по  критериям  начала XX века,  как  недопустимые  и 

откровенно  «порнографические».  У  египетских  властей,  равно  как  и  у 

подавляющего большинства местной зрительской аудитории, они  вызывали 

несравненно  больше  тревоги  и  возмущения,  нежели  в  странах 

«цивилизованного Запада».  

С  целью  пресечь  отчетливо  наметившуюся  тенденцию  превращения 

городских просмотровых залов в легальные «кинематографические притоны» 

проблемами  кинопроката  вполне  закономерно  заинтересовалась  хедивская 

цензура.  Впервые  «гром  грянул»  в  мае 1911 года,  когда  губернатор  Каира, 

чтобы  отвадить  зрительскую  аудиторию  от  возможного  повторения  в 

 

45



реальной  жизни  увиденных  на  экране  аморальных  поступков  и  иных 

преступных  деяний,  издал  циркуляр,  согласно  которому  в  кинотеатрах 

запрещалась  демонстрация  «чрезмерно  натуралистических  фильмов»

11

.  При   



кажущейся,  на  первый    взгляд,  расплывчатости    принятой    властями 

формулировки, последняя, тем не менее, предоставляла широкий простор для 

корректировки  и  жесткого  регламентирования  репертуара,  применения 

репрессивных  мер  против  распространителей  экранной  продукции  так 

называемого 

«парижского 

жанра». 

Что 


касается 

должностной 

ответственности  за  проведение  в  жизнь  данного  постановления,  то  она 

возлагалась  на  маамуров  (начальников  городских  округов),  обязанных 

тщательным  образом  отслеживать  и  контролировать  функционирующий 

репертуар  просмотровых  залов  и  в  случае  устройства  в  них 

«порнографических  киносеансов»  ставить  в  известность  аппарат  каирского 

губернатора. 

Спустя  два  месяца  с  аналогичным  распоряжением,  но,  уже  на  более 

высоком,  правительственном  уровне,  выступил  министр  внутренних  дел 

Египта.  В  его  приказе  от 17 июля 1911 года  отмечалось: «Не  разрешается 

демонстрировать изображения, актерские перевоплощения, а также встречи и 

свидания,  которые  вступают  в  противоречие  с  общественным  порядком  и 

нравственностью.  Полиции  дается  право  на  практике  осуществлять 

надлежащие  запретительные  мероприятия  и  закрывать  театры  в  случае 

необходимости»

12

. Параллельно в министерском распоряжении содержалось 



знаменательное  указание  на  то,  что  функциями  полномочных  цензоров 

«кинематографических  зрелищ»  наделялись  не  рядовые,  а  исключительно 

офицерские  чины  полиции.  Вмешательство      официальной        хедивской    

цензуры в проблемы местного кинопроката и кинопоказа свидетельствовало 

о  сравнительно  быстро  возросшей  роли  и  значимости  кинематографа  в 

                                                           

11

 Абу Шади, Али. Ук. соч. С. 13. 



12

  Там же. 

 

 

46




общественной жизни Египта – за какие-то пятнадцать лет с момента первых 

сеансов «движущихся фотографий», состоявшихся осенью 1896 года.  

Конечно,  в  контексте  происходивших  в  стране  процессов  обновления 

передовая  часть  египетского  общества  рассматривала  потенциальные 

возможности  кинематографического  предприятия  не  однозначно,  а  в 

комплексе  и  разносторонне.  Научная,  педагогическая  и  художественная 

интеллигенция  Египта  справедливо  интерпретировала  кинематограф  не 

только как популярный способ проведения горожанами свободного времени, 

но  и  как  важное  средство  нравственного  воспитания  и  повышения 

образовательного 

уровня 

национальной 

зрительской 

аудитории. 

Подтверждением тому служат публиковавшиеся в  возраставшем  количестве 

в  арабоязычной  печати  требования  о  целесообразности  заимствовать 

накопленный  в  Западной  Европе  позитивный  опыт  использования 

киноэкрана при обучении студентов различных высших учебных заведений, 

особенно  медицинских,  а  также  в  деле  профессиональной  переподготовки 

специалистов  в  различных  областях  научно-исследовательской  и 

практической деятельности.   

В  издании  «Египетская  киноиндустрия»,  выпущенном  на  английском 

языке  в 1977 году  в  Каире  Министерством  культуры  Арабской  Республики 

Египет,  содержится  примечательная  информация:  в  ряду  показанных  в  тот 

период  постановочных  немых  кинокартин  особенно  многочисленные 

одобрительные  отклики  зрительской  аудитории  вызвали  западные 

короткометражные  ленты  «Возвращение  отца»  и  «Расточительный  сын». 

Первая из них рассказывала об утратившем человеческий облик алкоголике и 

отражала беды и страдания детей от порочного пьянства родителя, вторая – 

обличала  бездумное  растранжиривание  денег  утратившим  жизненные 

ориентиры  растленным  молодым  отпрыском  богатой  фамилии.  По  мнению 

египетских  авторов,  обе  они  пользовались  заслуженным  успехом,  прежде 

всего, благодаря своему полезному нравственно-воспитательному посылу

13



                                                           

13

 The Motion Picture Industry in Egypt. Cairo, 1977, P. 6. 



 

47



В начале 1910-х годов интерес к завоевавшему зрительскую популярность 

экранному  аттракциону  оживился  и  среди  ведущих  представителей 

национальной литературы и театра. Помимо всего прочего они выступали за 

то,  чтобы  вынести  демонстрацию  фильмов  за  пределы  кинотеатров,  кабаре, 

гостиниц  и  казино  и  начать  организовывать  публичные  кинопросмотры 

также  и  на  открытом  воздухе.  В  условиях  южного  сухого  египетского 

климата  подобные  идеи  были  вполне  оправданы.  Одним  из  свидетельств 

таких настроений служит, в частности, напечатанная в газете «Аль-Ахрам» 3 

декабря 1912 г. статья под броским и привлекательным заголовком: «Добрый 

обычай».  В  ней  рассказывается  о  том,  что  в  программу  многолюдного 

свадебного торжества в саду служившего при дворе хедива Аббаса II Хильми 

популярного  египетского  поэта  и  драматурга  Ахмеда  Шауки  владелец 

кинозала  «Синематограф  Балас»  Жорж  Мутран,  брат  другого  выдающегося 

арабского  поэта  и  театрального  деятеля  Халила  Мутрана,  включил  показ 

нескольких игровых кинофильмов. Данный новаторский почин, как отметила 

одна  из  наиболее  влиятельных  общенациональных  газет,  всем  без 

исключения гостям «доставил массу радости»

14

 . 



Через пятнадцать лет после премьерного показа «двигающихся картинок» 

в  Александрии  в  начале 1912 г.  в  Египте  насчитывался 21 постоянно 

действующий  кинотеатр.  Территориально  они  распределялись  следующим 

образом: в Каире их было 8, в Александрии – 6 и по одному в Порт-Саиде, 

Асьюте,  Исмаилии,  Танте,  Мансуре,  Бенхе  и  Заказике.  По  утверждению 

египетского  кинокритика  доктора  Абдель  Мунейм  Саада,  возглавлявшего  в 

1970 – 1980-е годы каирский журнал «Кино и люди» («Ас-Синима ва-н-нас»), 

лишь  в  Асьюте  и  Порт-Саиде  просмотровыми  залами  владели  коренные 

египтяне – Тадрус Маккар и Мухаммед Усман. Остальные же находились в 

собственности  натурализованных  иностранцев  и  действовавших  в  Египте 

различных  акционерных  компаний.  Задача  предпринимателей  сводилась,  в 

                                                           

14

 Цит. по: Хадари, Ахмед аль‐. Ук. соч., С. 119. 



 

 

48




конечном  счете,  к  получению  максимальной  финансовой  прибыли  самыми 

разными,  порой  неожиданными  способами.  Любопытен,  к  примеру, 

относящийся к периоду немого кинематографа такой примечательный факт. 

Специализировавшаяся  на  производстве  шоколадных  изделий  «Рулан  ли-ш-

шукулата»  и  выпускавшая  сигареты  «Матусьян  ли-д-духхан»,  дабы 

активизировать  потребительский  спрос  на  основную  свою  продукцию, 

снижали  в  контролировавшихся  ими  демонстрационных  залах  стоимость 

входных билетов, если  кинозрители при их покупке доставали деньги около 

кассы из  шоколадной  обертки  или  коробки  сигарет, выпускавшихся выше 

названными компа-ниями 

15



Говоря  о  появлявшихся  новшествах  и  экспериментах  в  области 



кинопроката  и  кинопоказа,  стоит  упомянуть,  очевидно,  следующее.  После 

того,  как  в 1910-е  годы  на  египетский  рынок  начали  систематически 

поставляться 

полнометражные 

постановочные 

фильмы 


западного 

производства,  отдельные  владельцы  кинотеатров  принялись  показывать  их 

не  целиком  и  полностью,  а  в  виде  «сериалов» – не  на  одном,  а  на  двух  и 

иногда даже трех сеансах. Делалось это, в  первую очередь, для того, чтобы 

кинозрители,  уже  видевшие  пролог  той  или  иной  «большой»  игровой 

картины,  обязательно  приходили  в  тот  же  самый  просмотровый  зал 

досмотреть  ее  до  конца.  Что  касается  изменений  объема  печатных 

публикаций,  информировавших  египтян  о  постоянно  обновлявшемся 

прокатном  репертуаре,  то  накануне  Первой  мировой  войны  он  уже  не 

ограничивался,  как  раньше,  несколькими  строками  «пунктирного», 

рекламно-описательного  характера,  а  занимал  в  периодических  изданиях 

временами до половины газетной или журнальной полосы. 

Серьезные  последствия  в  общеисторическом  развитии  Египта,  который 

почти  четыре  века  (с 1517 года)  являлся  составной  частью  Османской 

                                                           

15

 Саад, Абдель Мунейм. Хамсун амм мин ас‐синима аль‐мисрийя. (на араб. яз.). Каир, 



 1977, С. 13. 

 

 



49


империи  и  был  тесным  образом  связан  с  ней  религиозно,  политически  и 

социокультурно,  инициировала  Первая  мировая  война.  Свои  значительные 

коррективы 

она 


внесла 

и 

в 



тенденции 

развития 

в 

стране 


кинематографического процесса. 

 



Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   37




©emirsaba.org 2022
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет