Архивов и документации вко материалы международной научно практической конференции



жүктеу 5.65 Mb.
Pdf просмотр
бет31/39
Дата03.03.2017
өлшемі5.65 Mb.
1   ...   27   28   29   30   31   32   33   34   ...   39

СУЛТАНОВ Е.М. 

Кокшетауский технический институт КЧС МВД Республика 

Казахстан, г. Кокшетау, kti-tjm.kz 

 

МОЙ ДЕД, УЧАСТНИК СТАЛИНГРАДСКОЙ БИТВЫ 

В  период  Великой  Отечественной  войны  Сталинград 

приобрел  всемирную  славу  легендарной  борьбы  против 

фашистских  агрессоров.  Сталинградская  битва  отличалась 

грандиозными  масштабами,  невероятно  высоким  началом 

борьбы.  В  ходе  ее  советские  воины  проявили  высочайшую 

стойкость, самопожертвование, боевое мастерство. 

Даже  спустя  70  лет,  Сталинградская  битва  продолжает 

привлекать  большое  внимание  историков  и  писателей,  как  в 

нашей  стране,  так  и  за  ее  пределами  [1,  с.  15].  Традиционно 

считается,  что  битва  за  Сталинград  продолжалась  200  суток 

(17.07.1942  –  2.03.1943).  В  этот  день  ударная  группировка 


494 

 

армейской группы «Вейхс» перешла в наступление против войск 



Брянского  фронта  –  была  начата  «главная  операция»  летней 

кампании  1942  года,  планом  которой  предусматривалось 

овладение Сталинградом и нефтеносными районами Кавказа. 

В  развернувшемся  ожесточенном  сражении  участвовали 

миллионные  армии,  многие  тысячи  единиц  боевой  техники. 

Чрезвычайно  велики  были  потери  сторон.  Войска  Германии 

потеряли  1,5  млн.  человек  (что  составило  примерно  четвертую 

часть  действовавших  на  советско-германском  фронте  сил). 

Красная  армия  –  1  млн.  130  тыс.  человек.  Поражение  под 

Сталинградом  явилось  настоящей  катастрофой  для  сторон 

фашистского  блока.  Во  всем  мире  Сталинград  стал 

восприниматься как символ стойкости советского народа, символ 

победы над фашизмом.  

Окружение  и  разгром  советскими  войсками  вражеской 

группировки  под  Сталинградом  справедливо  признается 

решающим  событием,  предопределившим  изменение  военно-

стратегической  обстановки  в  пользу  стран  антигитлеровской 

коалиций  знаменовавшим  коренной  перелом  в  ходе  Великой 

Отечественной и Второй Мировой войны [2, с .6]. 

 К  середине  лета  1942  г.  сражения  Великой  Отечественной 

войны  дошли  до  берегов  Волги.  В  план  крупномасштабного 

наступления  на  юге  Советского  Союза  (Кавказ,  Крым) 

командование  фашисткой  Германии  включает  и  Сталинград 

(директива  Гитлера  №  41  от  5  апреля  1942  г.)  Цель:  овладеть 

промышленным  городом,  предприятия  которого  выпускали 

военную  продукцию,  выйти  к  Волге,  по  которой  в  кратчайшие 

сроки  можно  было  попасть  в  Каспийское  море,  на  Кавказ,  где 

добывалась неисходимая для фронта нефть.  

17 июля 1942 г. стал днем начала Сталинградской битвы. 

Начальное  соотношение  сил  было  в  пользу  немцев. 

Немецко-фашисткие войска превосходили советские: 

в личном составе в 1,7 раза; 

в артиллерии и танках в 1,3 раза; 

в самолетах почти в 2 раза. 



495 

 

18  июля  1942  г.  выходит  приказ  наркома  обороны  №227  с 



требованием  «Ни  шагу  назад!».  В  нем  говорилось  о  полной 

мобилизации сил на отпор врага. В кровопролитных июльских и 

августовских  боях  советские  войны  проявляли  стойкость, 

самоотверженность и воинское мастерство [3, с. 17]. 

Подвиг  Защитников  Сталинграда  известен  всему  миру. 

Именно  здесь  в  1942-43  годах  решались  дальнейшие  судьбы 

планеты.  Для  гитлеровцев  этот  город  имел  особое  значение  не 

только,  как  важный  военно-политический,  экономический  и 

транспортный  центр.  Они  прекрасно  понимали,  что  город,  где 

взошла  звезда  Сталина,  город-символ  носящий  его  имя,  играет 

ключевую  роль  в  патриотическом  сознании  советского  народа. 

Именно  поэтому  они  с  такой  яростью  обрушили  на  него  бомбы 

23 августа 1942 года, а потом атаковали вновь и вновь. Военная 

машина  вермахта  захлебнулась  на  берегу  Волги.  Беспримерный 

подвиг  советских  солдат  и  офицеров,  стоявших  на  смерть  200 

огненных дней и ночей, сказавших себе и другим « За Волгой для 

нас  места  нет!»,  сломавших  хребет  фашисткому  зверю,  получил 

огромный  резонанс  в  мире,  спасенном  от  «коричневой  чумы»  и 

стал началом конца гитлеровской Германии. Сталинград выстоял 

потому,  что  именно  в  нем  воплотился  весь  смысл  Родины. 

Именно  потому  больше  нигде  в  мире  не  было  такого  массового 

героизма.  Здесь  сконцентрировалась  вся  духовная,  моральная 

сила нашего народа [4]. 

Сталинградская  битва  условно  делится  на  два  периода: 

оборонительный  и  наступательный.  Оборонительный  период 

начался  с  17  июля  1942  г.  и  завершился  18  ноября  1942  г.  С  13 

сентября 1942 г. по 2 февраля 1943 г. в городе шли ожесточенные 

уличные 


бои. 

Наступательный 

период 

начался 


с 

контрнаступления  советских  войск  19  ноября  1942  г.  и 

завершился победными залпами 2 февраля 1943 г. 

На  отдельных  этапах  в  сражении  участвовало  более  2 

миллионов человек. Однако не только бойцы армии участвовали 

в  обороне  Сталинграда.  Мирное  население  сыграло  огромную 

роль [5, с. 21]. 


496 

 

Казахстан  граничил  со  Сталинградской  областью  на 



протяжении  500  км  от  Каспийского  моря  до  Александра  Гая, 

поэтому  в  театр  военных  действий  Сталинградского  фронта 

оказалась  втянутой  широкая  полоса  станций  и  населенных 

пунктов Западно-Казахстанской области.  

Осенью  1942  года  Указом  Президиума  Верховного  Совета 

СССР  в  бассейне  Каспия  было  введено  военное  положение.  11 

сентября 1942 года образовался Гурьевский комитет обороны. В 

день появления первого вражеского самолета под Гурьевым – 10 

сентября 1942 года было организовано полное затемнение города, 

сел  и  аулов  области,  круглосуточное  дежурство  по  охране 

порядка  и  общественной  безопасности  на  всех  предприятиях,  в 

жилых  кварталах,  организованы  истребительные  батальоны, 

специальные  подразделения  местной  противовоздушной  и 

химической  обороны.  В  Западный  Казахстан  были  направлены 

для  размещения  личного  состава  и  материальных  ценностей 

более  120  частей  Сталинградского  фронта,  в  том  числе  8-я 

воздушная армия.  

На  станциях  Сайхан,  Джанибек  и  Шунгай,  кроме 

авиационных  частей,  разместились  склады:  1-й  танковой  и  57-й 

армии.  В  боях  на  Сталинградском  направлении  принимали 

участие  солдаты  и  офицеры  29-й  стрелковой  дивизии, 

сформированной  в  Акмолинске  и  включенной  в  состав  64-й 

армии В.И.Чуйкова. 

Две  казахстанские  дивизии  27-я  гвардейская  и  292- 

стрелковой  –  приняли  участие  в  боях  на  северо-западе 

Сталинграда. Активно содействовали обороне твердыни на Волге 

и воины 28-й армии, сражавшиеся в калмыцких степях. 

Сталинград  защищали  и  отстояли  представители  всех 

советских  народов,  чье  боевое  содружество  явилось  одним  из 

решающих условии невиданной стойкости города-героя на Волге. 

Воины-казахстанцы  еще  теснее  сплотились  с  боевыми  друзьями 

из всех республик и областей советской страны и усилили удары 

по врагу. 

 Сын  великого  акына  Жамбыла  Алгадай  командовал 

пулеметным расчетом в 19-м гвардейском кавалерийском полку, 


497 

 

7-й  гвардейской  кавалерийской  дивизии  и  геройски  погиб  в  г. 



Синельниково.  73-я  гвардейская  дивизия  под  командованием 

полковника Гани Сафиуллина уничтожила 120 вражеских танков 

и  800  автомашин.  Защищая  подступы  к  тракторному  заводу, 

совершили  бессмертный  подвиг  43-зенитчика  батареи,  которой 

командовал  казахстанец,  выпускник  Томского  артиллерийского 

училища    М.А.  Баскаков.  В  неравном  бою  23  августа  1942  года 

они  подбили  от  2  фашистских  танков.  36  зенитчиков  батареи 

погибли,  но  не  отступили,  ни  на  шаг.  Посланец  горняцкой 

Караганды  летчик  Нуркен  Абдиров  19декабря  1942  года,  в 

воздушных боях в районе Боковская-Пономаревка направил свой 

самолет  в  гущу  вражеских  танков  и  погиб  вместе  с  экипажем 

смертью героя. 

Если  так  перечислять  наших  казахстанских  героев,  то  не 

хватит  листов  бумаги.  Так  как их  было  очень  много.  Среди  них 

был и мой дед, Нурдыбаев Зарлыкан.  

Нурдыбаев Зарлыкан (1919-1979 гг.) 

Я родился в счастливое, мирное время, но я много слышал о 

войне,  ведь  горе  и  беда  не  обошли  стороной  и  моих  родных  и 

близких.  Своего  дедушку  Зарлыкана  я  знаю  лишь  по  рассказам 

своей  мамы,  которая  бережно  хранит  его  орденскую  книжку  и 

фронтовые реликвии. К сожелению, я не знал его, потому что он 

умер  до  моего  рождения.  Он  умер  из-за  боевых  ранений  после 

войны.  

В  дни,  когда  на  Волге  решался  исход  войны,  трудящиеся 

Казахстана  обратились  к  своим  посланцам:  истреблять 

гитлеровские  орды,  отбросить  их  от  Волги.  Воины  поклялись 

выполнить  наказ  земляков.  Среди  них  был  и  мой  дедушка 

Нурдыбаев  Зарлыкан.  Клятву  они  сдержали.166-  стрелковая 

дивизия  не  пропустила  врага  в  Сталинград  и  тем  обеспечила 

бесперебойную  работу  заводов,  ремонтировавших  танки, 

измотала  и  подточила  силы  врага.  Эта  же  дивизия  громила 

окруженные части немцев в Сталинграде.  

Родился  Зарлыкан  Нурдыбаев  13  февраля  1919  года  в  селе 

Алексеевка  Маркокольского  района.  Это  скупные  строки 

биографии  мужественного  человека.  Но  что  за  ними?  Каким  он 


498 

 

остался в памяти людей, знавших его? В 1942 году добровольцем 



ушел  на  фронт.  И  сразу  же,  после  двухмесячных  курсов,  был 

направлен на Сталинградский фронт. 

Город Сталинград выстоял в жестокой схватке с фашистами. 

Там  принял  первый  бой  пулеметчик  Нурдыбаев  Зарлыкан.  Что 

такое  Сталинградское  сражение,  нам  известно  из  истории.  А  по 

воспоминаниям  моего  дедушки  –  это  была  стальная  мясорубка. 

Сквозь  смотровые  щели  ничего  не  было  видно,  и,  если  в  поле 

зрения  попадал  крест,  нарисованный  на  броне  немецкого  танка, 

то тут же стреляли. 

И  в  памяти  всплывает  строки  из  стихотворения  А. 

Твардовского «Я убит подо Ржевом»: 

 

Подсчитайте, живые, 



Сколько сроку назад 

Был на фронте впервые 

Назван вдруг Сталинград. 

Удержались ли наши 

Там, на Среднем Дону? 

Этот месяц был страшен, 

Было все на кону [6, с. 28]. 

 

В  этот  день  дед  подбил  немецкий  танк  и  самоходку.  За 



проявленное  мужество  он  был  награжден  медалью  «За  Отвагу», 

но  получил  дед  эту  медаль  уже  после  госпиталя.  Его  тяжело 

ранили в ногу.  

Пробыв в госпитале 6 месяцев он попросился на передовую. 

С  30  декабря  по  2  февраля  1943  года,  прошла  завершающая 

операция  «Кодык»,  в  ходе  которой  армия  Паулюса  была 

рассечена и 2 февраля капитулировала. 

Сталинградская  битва  стала  началом  коренного  перелома. 

Отважный  дедушка  сражался  из  последних  сил,  не  жалея  себя, 

свою  жизнь.  За  мужество  и  отвагу  был  награжден  медалью  «За 

боевые  Заслуги».  Мы  храним  военные  фотографии  наших 

дедушек  –  Зарлыкана  и  Садыкова  Умарбека.  На  снимках  они 



499 

 

совсем  молодые  мальчишки,  которые  уже  повидали  войну,  но 



все-таки остались добрыми и веселыми. 

В  1944  году  из-за  тяжелого  ранения  в  ногу  его 

демобилизовали. Вернувшись в родное село, он начал заниматься 

мирным  трудом.  Женился  на  достойной  девушке  Ермекпаевой 

Мапуре из села Кальжир. Прожили с ней много лет, воспитали 6 

детей.  В  арсенале  дедушки  много  боевых  наград,  есть 

юбилейные.  

Но мои редкие воспоминания – это отрывки слов бабушки и 

мамы; как они курили между боями, какие были минуты счастья, 

когда военные получали письма из дома. В сущности, я не знаю о 

них  ничего.  Их  давно  нет.  Но  у  нас  есть  память  о  них: 

рассказываю  о  них  младшему  брату,  остались  медали  и  ордена, 

портсигар.  

Чувство,  что  дедушки  участвовали  в  освобождении  нашей 

Родины  –  гордое  чувство.  По  нашему  мнению,  подрастающее 

поколение  должно  знать  и  уважать  наших  дедов,  которые  до 

последнего бились, чтобы в будущем мы могли жить дружной и 

мирной жизнью. 

Литература: 

1  Василевский  А.  М. Дело  всей  жизни.  Издание  третье.  М., 

Политиздат, 1978. – 552 с. 

2  Локтионов  И.И.  Волжская  флотилия  в  Великой 

Отечественной войне. М., 1974. – 325 с. 

3Воронин А.И. Щит и меч Сталинграда. Волгоград, 1982.  –

128 с. 

4 Лисицкий А. В. Устремляясь в будущее, извлекая уроки из 



прошлого. 

Электронный 

ресурс. 

Окно 


доступа: 

http://testent.ru/index/0-78 (дата обращения: 28.03.2015) 

5  Туменбаев  Т.К.,  Хасенова  Л.Н.,    Кайсаккызы  С.  Ерлік  – 

ұрпаққа мұра., 2010. – 300 с. 

6  Твардовский  А.  Стихотворения.  Россия  –  Родина  моя. 

Библиотечка русской советской поэзии в 50-ти книжках. Москва: 

Художественная  литература,  1967.  Электронный  ресурс.  Окно 

доступа: 

http://rupoem.ru/tvardovskij/ya-ubit-podo.aspx. 

(дата 


обращения: 28.03.2015) 

500 

 

УДК 908 



ТОЧЕНОВ С.В. 

Ивановский государственный университет Российская 

Федерация, г. Иваново, stochenov@rambler.ru 

 

ИВАНОВСКАЯ ОБЛАСТЬ НА НАЧАЛЬНОМ ЭТАПЕ 

ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ 

(ЛЕТО – ОСЕНЬ 1941 ГОДА) 

Великая  Отечественная  война  занимает  особое  место  в 

истории нашей страны. Такого масштабного военного конфликта 

еще  не  было  в  истории  человечества.  В  течение  почти  четырех 

лет  советский  народ  героически  отстаивал  свою  свободу  от 

фашистской  агрессии.  В  результате  этого  масштабного 

противостояния  мы  потеряли  около  двадцати  семи  миллионов 

человек, понесли огромные экономические потери. 

Вторжение  на  территорию  СССР  неприятельских  войск 

стало переломным моментом в жизни всего советского народа. В 

один  день  рухнули  все  планы  и  надежды  миллионов  людей. 

Главной  стала  задача  спасения  Отечества  от  порабощения, 

сохранения его независимости и территориальной целостности. 

Ивановская  область  на  момент  начала  войны  представляла 

собой  довольно  крупную  территориально-административную 

единицу.  После  реорганизации  Ивановской  Промышленной 

Области в 1936 году к ней отошли территории бывшей Иваново-

Вознесенской и Владимирской губерний, и до 1944 года границы 

области  не  изменялись.  На  июнь  1941  года  область,  имея  0,3% 

территории  и  1,5%  населения  страны,  производила  2,9%  всей 

промышленной  продукции  Советского  Союза.  В  ее  состав 

входило  43  района,  включавших  в  себя  11  тыс.  населенных 

пунктов (в том числе 31 город и 26 рабочих поселков), 12,5 тыс. 

предприятий (из них около 1,5 тыс. – крупных) [1, л. 10, 21, 26].  

В  1941  году  основной  отраслью  промышленности  являлась 

текстильная. На фабриках и комбинатах с общим числом рабочих 

218  тысяч  выпускалось  50%  всех  хлопчатобумажных  тканей, 

вырабатываемых  в  Советском  Союзе.  Хорошо  были  развиты 

металлообрабатывающая  и  химическая  отрасли.  С  началом 


501 

 

войны  экономика  области  в  достаточно  короткие  сроки  была 



переведена  на  «военные  рельсы».  Большая  часть  предприятий 

текстильной,  химической  отраслей  были  переориентированы  на 

производство военной продукции.  

Особенно  сложными  были  первые  месяцы  войны.  Из-за 

серьезных просчетов руководства партии и правительства страна 

была  фактически  не  готова  к  отражению  агрессии.  Несмотря  на 

принимаемые  меры,  ситуация  на  фронте  и  в  стране  в  целом  в 

начале  войны  была  близка  к  катастрофической.  Понадобились 

героические  усилия,  чтобы  хоть  как-то  стабилизировать 

ситуацию,  остановить  стремительное  продвижение  вражеских 

войск.  Основной  удар  в  июне  1941  года  приняли  на  себя 

западные  области,  но  очень  скоро  боевые  действия 

переместились в центральные районы страны. Подойдя вплотную 

к  столице  советского  государства,  враг  уже  к  концу  лета  1941 

года перевел в статус прифронтовых и Ивановскую область.  

В  первые  дни  войны  органы  государственной  власти  на 

местах  в  своей  деятельности  руководствовались  указом 

Президиума Верховного Совета СССР  от  22  июня  1941  года  «О 

военном положении» и директивой СНК и ЦК ВКП(б) от 29 июня 

«Партийным 

и 

советским 



организациям 

прифронтовых 

областей». 

Уже  днем  22  июня  состоялось  первое  заседание  бюро 

обкома ВКП(б), рассмотревшее вопрос «О мероприятиях в связи 

с начавшимися военными действиями с фашистской Германией и 

объявлением  мобилизации».  Проблемы  с  ходом  выполнения 

мобилизационных заданий, отправки призванных в ряды Красной 

Армии  на  фронт,  организации  истребительных  батальонов, 

охраны  стратегических  объектов,  работы  госпиталей  и  вокзалов 

стали 

самыми 


значимыми 

на 


собраниях 

партийно-

государственного  актива  области.  Совещания  проходили  в 

оперативном режиме практически ежедневно в первые дни войны 

и с периодичностью в 2–3 дня – в последующие. Всего за первый 

месяц войны состоялось 17 заседаний.  

В  условиях,  когда  войска  противника  быстро  продвигались 

вглубь  страны,  а  мы  терпели  поражение  за  поражением,  особая 



502 

 

роль  в  обеспечении  безопасности  была  определена  для  органов 



государственной  безопасности  и  внутренних  дел.  Необходимо 

понимать, что практическая деятельность этих структур в начале 

войны в условиях тоталитарного государства нередко порождала 

различные противоречия с точки зрения конституционных норм, 

особенно  касательно  прав  человека.  Однако,  говоря  об  этом, 

нельзя не учитывать всю сложность той конкретно исторической 

ситуации,  которая  была  характерна  для  первых  месяцев  войны. 

Речь  шла  о  существовании  государства  как  такового,  поэтому 

вполне  понятно,  что  государственные  интересы  на  начальном 

этапе  войны  ставились  властью  выше  интересов  и  прав 

отдельного человека. 

1  июля  во  исполнение  директивы  НКГБ  СССР  от  24  июня 

1941  года  был  издан  приказ  «О  создании  вооруженного  взвода 

при Управлении НКГБ по Ивановской области». Его численный 

состав  определялся  в  50  человек,  контингент –  сотрудники 

Управления.  Основным  направлением  деятельности  было 

«быстрое и решительное пресечение всякого рода антисоветских 

проявлений»  [2,  л.  93].  5  июля,  опережая  Москву,  за  день  до 

принятия известного указа Президиума Верховного Совета СССР 

«Об  ответственности  за  распространение  в  военное  время 

ложных слухов…» начальник областного Управления НКГБ А. С. 

Блинов  дает  указания  «…принять  самые  энергичные  меры  к 

пресечению 

всех 


и 

всяких 


провокационных 

слухов, 


распространяемых антисоветскими элементами и паникерами»[3, 

л. 108]. 

Особое  внимание  в  первые  дни  войны  территориальные 

органы  госбезопасности  уделяли  «социально  опасным  лицам», 

чье  «…пребывание  в  пределах  Ивановской  области  на  период 

военных  действий  будет  нежелательным»  [3,  л.  111].  В 

соответствии  с  Указом  Президиума  Верховного  Совета  от  22 

июня  1941  года  местным  военным  властям  было  предоставлено 

право  выносить  решения  о  взятии  на  учет  и  выселении 

определенных категорий лиц. К ним относились: бывшие члены 

антисоветских  политических  партий;  участники  различных 

контрреволюционных организаций и групп; кадровые троцкисты 



503 

 

и правые; отбывшие сроки наказания по обвинению в шпионаже, 



диверсии,  терроре,  вредительстве  или  повстанчестве;  лица, 

исключенные из ВКП(б) по политическим мотивам; уголовники-

рецидивисты и т.д. [3, л. 111–112]. 

Основным 

направлением 

работы 


оперативных 

подразделений  Управления  НКВД–НКГБ  на  территории 

Ивановской области была борьба с разведывательно-шпионской, 

диверсионно-террористической 

деятельностью 

спецслужб 

иностранных  государств  (прежде  всего,  немецкой),  а  также 

выявление и разоблачение лиц, сотрудничавших с врагом. Уже к 

концу  июля  по  подозрению  в  шпионаже  было  задержано  34 

человека.  Арестованные  по  признакам  шпионажа  по  линиям 

иностранных  разведок  распределялись  следующим  образом:  27 

человек  –  немецкая,  4  –  английская,  2  –  финская,  1  –  японская. 

Понятно,  что  в  такие  короткие  сроки  (месяц  с  момента  начала 

войны)  можно  было  разоблачить  только  тех  лиц,  которые  уже 

были  в  разработке  или  под  подозрением  еще  до  начала  войны. 

Также  очевидно,  что  значительная  их  часть  была  арестована  в 

профилактических  целях,  так  как  в  массе  своей  еще  ничего  не 

успела  совершить.  Но  складывающаяся  в  стране  летом-осенью 

1941  года  ситуация,  близкая  к  панике  и  развалу,  подталкивала 

органы  к  проведению  жестких  мер  в  отношении  лиц,  которые 

потенциально могли быть опасны.  

Искали  летом  1941  года  шпионов  и  агентов  немецких 

спецслужб и среди тех, кто попал в Советский Союз с территорий 

сопредельных  государств  еще  до  начала  войны.  Особое 

подозрение  органов  госбезопасности  вызывали  так  называемые 

«осадники»,  сто  семей  которых  проживали  в  Макарьевском 

районе  в  двух  спецпоселках.  В  разработке  находились  и  576 

заключенных  Ивановской  тюрьмы  №  1,  эвакуированные  сразу 

после начала войны из Станиславской тюрьмы Украинской ССР. 

Все  они  были  перебежчиками  из-за  кордона,  задержанными  в 

период с апреля по июнь 1941 года на участке 95-го погранотряда 

(стык  Венгерской,  Румынской  и  Германской  границ)  [4,  л.  195–

197]. 


504 

 

Составной  частью  борьбы  с  «контрреволюционными 



преступлениями» этого периода было выявление и привлечение к 

ответственности 

лиц, 

распространяющих 



листовки, 

и 

противодействие  растущему  в  годы  войны  влиянию  церкви.  В 



военное  время  распространение  анонимных  листовок  и 

документов на территории Ивановской области носило массовый 

характер.  В  первые  месяцы  войны  их  распространением 

занимались в основном немцы путем разбрасывания с самолетов. 

Известно  несколько  таких  случаев  в  период  с  июля  по  ноябрь 

1941 года. 

Еще 

одним 


направлением 

деятельности 

органов 

государственной  безопасности  была  работа,  направленная  на 

охрану от аварий, «диверсионной деятельности и вредительства» 

стратегически  важных  объектов,  имевших  существенное 

значение для обороны страны и устойчивого функционирования 

различных отраслей народного хозяйства. 

Особое 

внимание 



уделялось 

борьбе 


с 

уголовной 

преступностью  и  дезертирством,  которое  приобрело  массовый 

характер. 

Важным  организационным  мероприятием  по  укреплению 

тыла в первые месяцы войны, тесно связанным с деятельностью 

органов 

государственной 

безопасности, 

было 


создание 

истребительных батальонов. 

Они  организовывались  во  исполнение  постановления  СНК 

СССР  от  24  июня  1941  года  и  приказа  НКВД  от  25  июня  «О 

мероприятиях  по  борьбе  с  парашютными  десантами  и 

диверсантами  в  прифронтовой  полосе».  В  соответствии  с  этими 

документами  появился  штаб  в  НКВД  СССР,  а  в  областных 

управлениях  –  оперативные  группы.  Истребительные  батальоны 

численностью  100–200  человек  создавались  при  городских, 

районных  отделах  НКВД  и  комплектовались  из  «проверенных, 

смелых, 

самоотверженных 

коммунистов, 

комсомольцев, 

советских  активистов,  способных  владеть  оружием»  [3,  л.  153]. 

Начальниками  назначались  опытные  оперативные  работники 

НКВД.  


505 

 

Бойцы  истребительных  батальонов  освобождались  от 



мобилизации  в  Красную  Армию  и  призыва  в  народное 

ополчение, им выдавались специальные удостоверения личности. 

Чуть  позже  с  осложнением  ситуации  на  фронте,  когда  наиболее 

активная  часть  населения  была  мобилизована,  основную  часть 

истребительных  батальонов  составили  беспартийные,  среди 

которых преобладали колхозники, рабочие и служащие. 

Бойцы 

также 


освобождались 

от 


работы 

на 


производственных  предприятиях  и  учреждениях  с  сохранением 

заработной  платы.  Все  они  были  переведены  на  казарменное 

положение, с ними проводились регулярные занятия по военной 

подготовке. 

Перед  контингентом  истребительных  батальонов  были 

поставлены  следующие  задачи:  защита  стратегически  важных 

промышленных 

сооружений, 

узлов 

и 

линий 



связи, 

электростанций, 

железнодорожных 

объектов; 

ликвидация 

последствий  воздушных  налетов  и  бомбардировок,  тушение 

пожаров, 

оказание 

помощи 

пострадавшим; 



борьба 

с 

парашютными десантами и диверсантами противника. 



Впервые  вопрос  о  создании  истребительных  батальонов  в 

Ивановской  области  был  поднят  на  закрытом  заседании  бюро 

обкома  ВКП(б)  27  июня  1941  года.  Предполагалось  создание 

батальонов  в  городе  Иваново,  Ковровском,  Владимирском, 

Кольчугинском,  Кинешемском,  Шуйском  и  Комсомольском 

районах  [5,  л.  227].  Ходатайство  почему-то  достаточно  долго  не 

удовлетворялось,  поэтому  на  очередном  заседании  бюро  обкома 

19  августа  опять  поднимался  вопрос  об  истребительных 

батальонах, но уже в контексте не «создания», а «узаконения их 

деятельности»  [5,  л.  182–183].  Мы  можем  только  предполагать, 

что работа по организации истребительных батальонов в области 

началась гораздо раньше принятия решения в Москве, и к концу 

августа какие-то организационные структуры уже существовали

Формально  истребительные  отряды  (батальоны)  были 

созданы  на  территории  Ивановской  области  несколько  позже, 

чем в других прифронтовых областях – 30 августа 1941 года. 



506 

 

В  середине  октября  в  связи  с  осложнением  обстановки  на 



фронтах  и  тяжелой  ситуацией  под  Москвой  бюро  Ивановского 

обкома  ВКП(б)  и  исполком  областного  совета  депутатов 

трудящихся 

приняли 


постановление 

«Об 


усилении 

истребительных  батальонов  области  и  приведении  их  в  боевую 

готовность».  Оно  предусматривало  увеличение  количественного 

состава истребительных батальонов в Иванове и Коврове – до 300 

человек,  во  Владимире,  Кольчугине  и  Александрове  –  до  200 

человек, в Шуе, Кинешме, Комсомольске – до 150 человек [5, л. 

222]. Здесь же говорилось о необходимости создания батальонов 

в  Тейкове  и  Вязниках  (по  100  человек),  в  Киржаче  и  Гусь-

Хрустальном (по 150 человек).  

Анализ архивных документов позволяет сделать вывод, что 

решение  о  создании  истребительных  батальонов  было 

своевременным  и  правильным.  Несмотря  на  отсутствие 

масштабных  операций  и  непосредственных  столкновений  с 

крупными силами врага, они активно действовали на территории 

Ивановской  области  в  1941  году,  а  по  мере  удаления  линии 

фронта потребность в них стала уменьшаться, и с 1943 года они 

стали  расформировываться.  Их  создание  было  вынужденной 

мерой, продиктованной необходимостью обезопасить тыл РККА 

и  обеспечить  приемлемую  ситуацию  в  прифронтовых  районах. 

Для этой цели не оказалось иных резервов, как вооружение части 

населения. 

Еще одним организационным мероприятием по укреплению 

тыла  в  первые  месяцы  войны  было  совершенствование  системы 

противовоздушной обороны (ПВО) области. 

Впервые  о  значимости  системы  ПВО  заговорили  на 

заседании  бюро  обкома  25  июня,  когда  председатель 

исполнительного  комитета  областного  Совета  Пелевин  к 

основным  проблемам  отнес  отсутствие  должного  количества 

противогазов для населения области (химическая атака с воздуха 

рассматривалась как вполне реальная), бомбоубежищ и «щелей», 

ненадлежащий  порядок  в  охране  стратегических  объектов  и 

соблюдении правил светомаскировки [5, л. 45]. 

Все эти проблемы, обсуждавшиеся в июне-июле, и принятые 


507 

 

решения,  безусловно,  не  носили  отвлеченного  характера  и  были 



направлены на ликвидацию имеющихся серьезных недостатков в 

системе ПВО области. По мере приближения фронта руководство 

области  активизировало  усилия  по  укреплению  системы 

противовоздушной  обороны.  19  августа  на  закрытом  заседании 

бюро  обкома  настоятельно  прозвучала  мысль  о  создании 

дополнительных  постов  наблюдения  за  пролетом  вражеских 

самолетов.  Была  озвучена  информация,  что  в  Иванове  будет 

расположен  зенитный  дивизион  с  двенадцатью  орудиями 

среднего и шестью мелкого калибра, а также шестью зенитными 

пулеметами. 

Одна 

его 


батарея 

должна 


охранять 

железнодорожный 

вокзал, 

станцию 


«Сортировочная» 

и 

прилегающие  к  ним  промышленные  предприятия.  Вторая  – 



аэродром и окрестные территории, третья – подступы к городу [5, 

л. 173]. 

К  началу  осени  1941  года  войска  фашистской  Германии 

подошли  к  границам  Ивановской  области  достаточно  близко, 

авиация  противника  получила  возможность  периодически 

беспокоить силы противовоздушной обороны и соответствующие 

службы,  отвечающие  за  безопасность  населения  и  защиту 

наиболее  значимых  объектов.  Как  правило,  вражеским  налетам 

подвергалась  территория  нынешней  Владимирской  области, 

входившая до 1944 года в состав Ивановской. 

Наибольшая  активность  немецкой  авиации  пришлась  на 

октябрь  1941  года –  самый  разгар  битвы  под  Москвой. 

Имеющиеся  в  нашем  распоряжении  документы  позволяют 

говорить  о  целой  серии  бомбардировок,  осуществленных  в  этот 

период. 8–9 октября были нанесены удары по городу Карабаново 

Александровского  района,  торфопредприятию  Киржачского 

района,  железнодорожным  веткам  близ  деревни  Дубровка 

Меленковского  района  и  станции  Волосатая  Судогодского 

района. 

Самая серьезная бомбардировка произошла 31 октября 1941 

года  на  станции  Бельково  Ярославской  железной  дороги.  Ее 

результатом  стала  гибель  тридцати  трех  и  ранения  двадцати 

шести  человек.  Раненых  разместили  в  Киржачской  больнице, 


508 

 

убитых 



похоронили 

на 


Бельковском 

кладбище. 

При 

бомбардировке было полностью уничтожено пять вагонов и семь 



вагонов  повреждено.  Кроме  того,  был  разрушен  магазин, 

получили  повреждения  железнодорожная  станция  и  три  жилых 

дома [1, л. 61]. 

Вопреки  существующим  легендам  областной  центр  – 

Иваново  –  бомбардировкам  не  подвергался,  по  крайней  мере, 

найти  факты,  это  доказывающие,  нам  не  удалось.  Хотя 

документальное подтверждение полета вражеского самолета над 

Ивановым  есть.  Речь  идет  о  тринадцатом  октября  1941  года. 

Целью  этого  полета,  к  счастью,  была  не  бомбардировка  жилых 

районов и промышленных объектов, а всего лишь разбрасывание 

большого количества агитационных листовок. 

Налеты немецкой авиации фиксировались и позднее, однако 

каких-либо серьезных разрушений и жертв за собой не несли. По 

мере  удаления  фронта  возможность  добраться  по  воздуху  до 

территории  Ивановской  области  уменьшалась,  но  бдительность 

части ПВО должны были сохранять где-то до конца 1943 года. 

Организация  системы  противовоздушной  обороны  была 

тесно  связана  с  работой  по  строительству  глубинных 

оперативных аэродромов и взлетно-посадочных полос. 

К началу войны на территории области было более десятка 

аэродромов  гражданского  и  военного  назначения,  в  течение 

продолжительного  периода  в  системе  Осоавиахима  проводилась 

подготовка  пилотов  в  7  аэроклубах,  каждый  из  которых  – 

Ивановский, 

Владимирский, 

Кинешемский, 

Вичугский, 

Вязниковский,  Ковровский,  Кольчугинский  –  имел  свой 

аэродром.  Понятно,  что  с  началом  военных  действий  и  угрозой 

приближения врага встала задача строительства дополнительных 

взлетных  полос,  прежде  всего,  военного  назначения  в  районах, 

непосредственно граничащих с Московской областью (нынешняя 

Владимирская область), а также на более удаленных от столицы 

территориях. 

Вопрос  строительства  новых  аэродромов  и  взлетно-

посадочных  полос  активно  обсуждался  на  закрытом  заседании 

бюро  областного  комитета  партии  17–18  июля.  В  первый  день 


509 

 

были  внесены  предложения,  выстраивающие  следующую  схему 



расположения  объектов:  первый  аэродром  –  в  трех  км  к  юго-

востоку  от  Кинешмы;  второй  –  в  двенадцати  км  от  Кинешмы  в 

деревне  Салтаниха;  Ковровский  узел  –  включал  в  себя  четыре 

аэродрома,  из  которых  два  запасных  и  два  основных, 

располагавшихся на территории совхоза «Гигант» в десяти км от 

Коврова  и  около  станции  Большаково;  Гаврилово-Посадский 

узел – четыре аэродрома (один – с восточной стороны у деревни 

Жердинское,  второй –  к  югу  от  районного  центра  в  деревне 

Шишково,  третий  –  с  восточной  стороны  деревни  Володятино, 

четвертый – к северу от Гаврилово-Посада у деревни М. Юшка) 

[5, л. 147]. 

Параллельно  со  строительством  новых  аэродромов 

предполагалось 

реконструировать 

уже 

находящиеся 



в 

пользовании.  Еще  19  июля  было  принято  решение  «О 

расширении и устройстве Западного аэродрома города Иваново». 

В  сентябре  1941  года  на  заседании  бюро  обкома  было 

заслушано  сообщение  заместителя  начальника  Управления 

аэродромного  строительства  НКВД  Горбачева,  где  он 

констатировал, что строительство семи оперативных аэродромов 

закончено  своевременно  к  3  сентября,  и  все  они  сданы  в 

эксплуатацию  с  оценками  «хорошо»  (5  площадок)  и 

«удовлетворительно» (2 площадки).  

Несмотря  на  огромные  трудности,  а  порой  и  существенные 

недостатки  в  осуществлении  работ,  надо  отдать  должное  их 

масштабу  и,  конечно,  трудовому  героизму  жителей  области. 

Поставленные  руководством  страны  задачи  по  охране 

воздушного  пространства,  защите  от  бомбардировок  крупных 

военных  и  гражданских  объектов,  населения  областных  и 

районных  центров,  поселков  и  деревень  были  в  целом  успешно 

выполнены.  Эксплуатации  оперативных  аэродромов  и  взлетно-

посадочных полос была особенно актуальна в начальный период 

войны,  по  мере  продвижения  советских  войск  на  запад  ее 

значимость постепенно уменьшалась. 

К осени 1941 года ситуация еще более усложнилась. Красная 

Армия  терпела  поражения,  войска  неприятеля  вплотную 


510 

 

приблизились к столице. Понятно, что в такой обстановке нужны 



были быстрые, четкие и ответственные решения власти с целью 

воспрепятствовать  продвижению  войск  противника  вглубь 

страны.  Это  и  стало  толчком  к  идее  строительства 

оборонительных 

сооружений 

на 


территориях 

областей, 

граничащих с Московской. 

Рекогносцировка  и  строительные  работы  были  начаты  в 

Ивановской  области  в  октябре  1941  года.  Строительство 

оборонительных  сооружений  осуществляло  4-е  Управление 

оборонительных работ Народного Комиссариата Обороны СССР, 

включавшее в свой состав семь полевых строительств [5, л. 4–5]. 

Кадры  командно-административного  персонала  Управления 

и  полевых  строительств  состояли  в  основном  из  работников 

НКВД,  различных  московских  и  ряда  местных  строительных 

организаций.  Инженерно-технические  работники  в  большинстве 

своем уже имели значительный опыт работы. 

Полевые  строительства  располагали  различной  по  составу 

рабочей  силой.  Наибольшей  по  своему  удельному  весу  были 

рабочие,  мобилизованные  из  населения  Ивановской  области.  На 

строительстве  Владимирского  рубежа  и  Ивановского  обвода  к 

концу  1941  года  среднесписочная  численность  рабочих  по  всем 

полевым  строительствам  составляла  29,6  тыс.  человек,  в  том 

числе  15,4 тыс.  (52%)  –  мобилизованные  из  числа  местного 

населения.  Остальную  массу  работающих  составляли  бойцы 

строительных  батальонов  (11,8  тыс.)  и  кадровые  рабочие  (2,0 

тыс.). Кроме того, на строительстве было занято четыре бригады 

3-й саперной армии [5, л. 5–6]. 

Мобилизация  местного  населения  на  оборонительные 

работы  производилась  по  постановлению  Ивановского  обкома 

ВКП(б)  и  Областного  Совета  депутатов  трудящихся  от  29 

декабря  1941  года  в  соответствии  с  предшествующим  ему 

решением ГКО. Всего из местного населения должно было быть 

мобилизовано  60  тыс.  человек,  но  фактически  на  строительстве 

могло  находиться  чуть  более  15  тыс.  человек  [5,  л.  7].  Это 

объяснялось  тем,  что  часть  районов  проводила  мобилизацию  со 

значительным  опозданием,  и,  наряду  с  приходом  рабочих  из 


511 

 

одних  районов,  шел  обратный  процесс  оттока  в  порядке 



самовольных  уходов  или  отзыва.  Организации  области  и  города 

оказали  4-му  Управлению  большую  помощь  в  обеспечении 

оборонительных 

работ 


продовольствием 

(снабжение 

осуществлялось 

Ивановским 

Облторготделом 

и 

сетью 



потребкооперации) и инструментами. Из местных ресурсов была 

покрыта  потребность  в  металле,  балках,  швеллерах  и  рельсах, 

цементе. 

Было 


получено 

строительное 

оборудование: 

камнедробилки, 

бетономешалки, 

лебедки, 

грейдеры, 

электромоторы.  Исключительно  за  счет  местных  ресурсов  шло 

снабжение  полевых  строительств  вещевым  довольствием  – 

ватным  обмундированием,  валяной  и  кожаной  обувью, 

постельными принадлежностями, бельем.  

В результате проведенных работ на территории Ивановской 

области  был  построен  оборонительный  рубеж,  создающий  узлы 

сопротивления 

достаточной 

мощности 

на 

основных 



стратегически важных направлениях.  

В  начале  строительства  обстановка  на  фронте  требовала 

создания  оборонительных  рубежей,  предназначенных  для 

отражения  возможного  нападения  противника  в  зимние  месяцы. 

Впоследствии  победоносное  наступление  Красной  Армии 

позволило  отказаться  не  только  от  строительства  некоторых  из 

ранее намеченных рубежей, но и от зимних видов сооружений, в 

частности, 

снежных 

валов, 


обледенения 

естественных 

ландшафтов и т.п. 

Изменение 

военной 

обстановки 

заставило 

также 


пересмотреть очередность строительства объектов. Некоторые из 

них,  прикрывающие  стратегически  важные  направления,  где  в 

зимних условиях промерзшие болота были легко проходимы для 

противника,  при  расчете  на  возможное  ведение  военных 

действий  в  летних  условиях  оказались  ненужными,  т.к.  эти 

болота  в  летний  период  представляли  собой  непроходимое 

препятствие.  Кроме  того,  новые  тактические  соображения 

позволили 

вместо 

строительства 



сплошной 

линии 


оборонительных  сооружений,  требовавшей  затраты  чрезмерно 

большого количества рабочей силы, перейти к этому времени на 



512 

 

создание  укрепленных  узлов  сопротивления,  прикрывающий 



фронт с наименьшей затратой ресурсов на их возведение. 

В  начале  1942  года  рубеж  был  сдан  приемочной  комиссии 

Московского  Военного  Округа  с  оценкой  «отлично».  Но 

фактически он был уже не нужен, и с формальной точки зрения 

все  те  усилия,  которые  были  вложены  десятками  тысяч  наших 

земляков  в  строительство  оборонительных  сооружений,  были 

напрасны.  Победа  под  Москвой  ликвидировала  опасность 

продвижения  войск  врага  вглубь  страны.  Тем  не  менее,  такая 

оценка  –  упрощенная  и  неправильная.  Еще  в  течение  довольно 

длительного  промежутка  времени  оставалась  потенциальная 

опасность  оккупации  прифронтовых  областей,  еще  достаточно 

долго  не  наступал  «коренной  перелом».  В  этом  контексте, 

превентивные  усилия  властей  по  созданию  оборонительных 

рубежей  на  прилегающих  к  Московской  области  территориях, 

трудовой подвиг местного населения и специалистов-строителей, 

сумевших  в  короткие  сроки  в  тяжелейших  условиях  выполнить 

поставленные задачи, просто не могут быть недооценены. 

Испытания  осени  1941  года  нанесли  тяжелейшую 

психологическую  травму  миллионам  советских  граждан.  Враг 

стоял  у  ворот  столицы.  Развеялось  сформированное  под 

влиянием  пропаганды  представление  о  войне  с  фашистской 

Германией  как  о  скорой  и  блистательной  победе  над  врагом, 

достигнутой  малой  кровью  и  на  его  территории.  Крушение 

идеологического мифа вызвало сомнения и колебания, породило 

растерянность и страх. 

Среди населения прилегающих к Москве районов и областей 

началась  паника,  усугубляемая  отсутствием  достоверной 

информации.  События  разворачивались  в  атмосфере  всеобщего 

страха:  и  страха  оказаться  в  зоне  боевых  действий,  и  страха 

голодной смерти, и чувства неуверенности в завтрашнем дне [6, 

с. 111].  

В  сентябре  1941  года  на  ряде  текстильных  фабрик 

Ивановской  области  начались  беспорядки,  выразившиеся  в 

форме  самовольного  ухода  с  предприятий,  невыхода  на  работу, 

срыва  деятельности  цехов  в  выходные  дни,  попытки  сбора 


513 

 

подписей  под  коллективным  заявлением  в  ЦК  профсоюзов  об 



отмене 10-часового рабочего дня. 

Недовольство  было  вызвано  снижением  заработной  платы 

текстильщиков 

летом 


1941 

года, 


резким 

ухудшением 

продовольственного  снабжения,  плохой  работой  торговых 

организаций  и  фабричных  столовых.  Заработная  плата  из-за 

перехода  на  производство  новых  видов  продукции,  простоев 

оборудования  вследствие  неквалифицированного  обслуживания 

и  недостатка  тары,  упала  на  30–50%.  Продовольственное 

снабжение  текстильщиков,  отнесенных  к  так  называемому 

второму списку и получающих 600 граммов хлеба, осложнялось 

отсутствием  в  рабочих  центрах  картофеля  и  овощей, 

значительным ростом цен на рынках, огромными очередями. При 

многократном 

росте 

количества 



людей, 

пользующихся 

общепитом,  его  база  оставалась  прежней,  штаты  персонала  не 

увеличивались, качество питания неукоснительно снижалось. 

Все  это  вместе  взятое  плюс  непродуманные  действия 

администрации  фабрик  (не  узаконенные  сверхурочные  работы, 

использование выходных для покрытия невыполнения плановых 

заданий  и  т.п.)  и  практически  полная  запущенность 

разъяснительной  работы  о  ситуации  в  стране  привели  к  началу 

волнений.  Отсутствие  ответов  на  волнующие  их  вопросы  дало 

повод  рабочим  к  обсуждению  возможности  начала  забастовок  и 

даже  к  постановке  проблемы:  при  ком  будет  лучше  жить  –  при 

советской  власти  или  немцах?  Звучали  такие  высказывания: 

«Если  нас  в  армию  возьмут,  мы  покажем  коммунистам,  как  нас 

голодом  морить»,  «Сохрани  Бог  от  победы  советской  власти,  а 

вас  всех,  коммунистов,  перевешают»,  «Долой  советскую  власть, 

да здравствует батюшка Гитлер!» 

5, л. 114–117



Предпринятые  партийными  властями  меры  по  устранению 



недостатков  в  работе  текстильных  предприятий  не  дали 

долговременного  положительного  эффекта.  Тяжелое  положение 

на  фронтах  и,  прежде  всего,  под  Москвой,  ухудшающаяся 

экономическая  ситуация  привели  к  очередному  всплеску 

недовольства  и  последовавших  за  ним  волнений  в  октябре  1941 

года. 


514 

 

Беспорядки  имели  место  19–20  октября  в  Иванове  на 



Меланжевом  комбинате,  на  фабриках  имени  Дзержинского  и 

имени Балашова, на «Красной Талке», а также в Приволжске – на 

Яковлевском льнокомбинате. Поводом для них послужили слухи 

о  демонтаже  оборудования  для  вывоза  его  в  восточные  районы 

страны.  Действительно,  еще  15–16  октября  по  указанию 

Наркомата текстильной промышленности была начата работа по 

демонтажу  части  оборудования.  При  этом  все  делалось  тайно, 

никакой 


разъяснительной 

работы 


среди 

текстильщиков 

предварительно проведено не было. Реакцией рабочих, большую 

часть которых составляли женщины, были несанкционированные 

собрания,  митинги  с  обвинениями  в  адрес  руководства 

предприятий («Все главки сбежали из города, мы остаемся одни», 

«Наркомат, НКВД, обком вывезли свои семьи, а наши остались» 

и т.п.) и требованиями прекратить демонтаж оборудования 

5, оп. 


7,  д.  106,  л.  84

.  Ситуация  еще  более  осложнилась  после 



непродуманных заявлений о возможных взрывах фабрик в случае 

приближения  врага  к  городу.  Результатом  всего  этого  стали 

угрозы  рабочих  в  адрес  руководства  и  прибывших  на  фабрики 

партийных  функционеров,  попытки  штурмовать  кабинеты 

начальников цехов, избиение директора Меланжевого комбината, 

поход на железнодорожную станцию с целью проверки слухов об 

отправке хлеба и оборудования. Городским и областным властям 

на стихийных митингах предъявлялись требования по отмене 10-

часового  рабочего  дня,  снижению  норм  выработки,  увеличению 

снабжения 

хлебом, 

обеспечению 

рабочих 

бесплатной 

мануфактурой. 

Беспорядки  на  Яковлевском  льнокомбинате,  проходившие 

по  сходной  схеме,  кроме  того,  имели  поводом  объявленную 

цифру  разнарядки  для  участия  в  сооружении  оборонительного 

пояса  вокруг  Иванова.  Цифра  –  четыре  тысячи  человек  –  была 

абсолютно  нереальной,  в  списки  мобилизованных  включали 

подростков  до  16  лет,  стариков  и  многодетных  матерей,  что  и 

вызвало недовольство рабочих. 

Ситуация была с трудом урегулирована к вечеру 20 октября. 

Потребовались  серьезные  усилия  властных  структур,  чтобы  она 



515 

 

окончательно  не  вышла  из-под  контроля.  К  счастью,  19–20 



октября  обошлось  без  активного  вмешательства  карательных 

структур.  Несмотря  на  то,  что  в  беспорядках  участвовала 

значительная  часть  рабочих  этих  предприятий,  вся  вина  была 

возложена 

на 

«вражеские 



элементы 

и 

шпионов, 



спровоцировавших  несознательную  рабочую  массу».  Среди 

участников  событий  активно  выискивались  люди  с  «темным» 

прошлым,  родственники  репрессированных  или  хотя  бы 

уголовники. 

В  течение  месяца  после  беспорядков  местные  партийные 

власти  подготовили  два  постановления  по  исправлению 

недостатков,  отослали  несколько  отчетов  в  Москву.  Были 

смещены 


со 

своих 


постов 

директора 

и 

секретари 



парторганизаций  Меланжевого  комбината  и  фабрики  имени 

Дзержинского,  остальные  отделались  выговорами.  Что  касается 

участников  беспорядков,  то  часть  из  них  получила  до  10  лет 

лишения свободы, а несколько человек были расстреляны. 

К  концу  1941  года  ситуация  в  стране  несколько 

стабилизировалась.  Контрнаступление  советских  войск  под 

Москвой  позволило  отодвинуть  границу  непосредственного 

столкновения от территории Ивановской области. 

Естественно,  спектр  действий  по  подготовке  к  возможному 

отражению  агрессии,  предпринимаемых  властями  Ивановской 

области летом-осенью 1941 года, был более широк, нежели то, о 

чем  мы  указали  выше.  Но  это  были,  на  наш  взгляд,  наиболее 

значимые  мероприятия  по  обеспечению  безопасности  и 

нормальному  функционированию  всех  сфер  жизнедеятельности 

практически уже ставшей прифронтовой Ивановской области. 

Литература: 

1 Архив Управления Федеральной службы безопасности РФ 

по Ивановской области (далее АУ ФСБ РФ по ИО). Ф. 11. Гр. 3. 

Оп. 1. Д. 2. 

2 АУ ФСБ РФ по ИО Ф. 1. Гр. 2. Оп. 21. Д. 2.  

3 АУ ФСБ РФ по ИО Ф. 1. Гр. 2, Оп. 21. Д. 5 

4 АУ ФСБ РФ по ИО Ф. 11. Гр. 3. Оп. 5. Д. 7.  



516 

 

5  Государственный  архив  Ивановской  области.  Ф.  327.  Оп. 



19. Д. 13. 

6  Смятение  осени  1941  года  Документы  о  волнениях 

ивановских текстильщиков // Исторический архив. 1994. № 2.  

 

УДК 32 




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   27   28   29   30   31   32   33   34   ...   39


©emirsaba.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет