Қазақстан Республикасы Мәдениет және спорт министрлігі Тілдерді дамыту және қоғамдық-саяси жұмыс комитетіінің тапсырысы бойынша



жүктеу 4.99 Mb.

бет29/41
Дата15.03.2017
өлшемі4.99 Mb.
1   ...   25   26   27   28   29   30   31   32   ...   41
Тематическая  классификация  общей  тюрко-монгольской 

лексики. Ниже приводятся общие для уйгурского и монгольского языков 

слова, которые распределены нами по их тематическому содержа нию. В 

монгольской  части  приводятся  факты  ряда  родственных  монгольских 

языков, переводы которых даются только в том слу чае, если они отличаются 

от переводов в уйгурском языке.

27  Нанайский  язык,  который  относится  к  тунгусо-маньчжурской  семье  языков, 

обстоятельно исследован в трудах В.А. Авроринаи (см. Грамматика нанайского языка. М.; Л.; 

1959).


28 О тюркских и монгольских элементах в новоперсидском языке см: Derfer G. Turkischen 

und  Mongolischen  elemente  im  Neopersischen.  Band  I.  Mongolischen  elemente  im  Neopersichen. 

Wiesbaden, 1965; Band II Türkischen elemente im Neopersichen. Wiesbaden, 1965.


356

Термины родства: уйг. ака//аға «старший брат» ~ аха (письм.- монг., 

хал.-монг.), ах (ойр.-монг.); уйг. егичә «старшая сестра» ~ егечи (письм.-

монг.),.  эгэшэ  (бур.-монг.),  эгч  (хал.-монг.),  экч  (ойр.-монг.);  уйг.  бажа 

«свояки, мужья сестер» ~ база (письм.-монг., бур.-монг.), баз (хал.-монг.).



Названия  частей  тела  человека:  уйг.  пақалчәк  «голень»  ~  багалцук 

(письм.-монг.), багалцак (ойр.-монг.) «кисть руки»; уйг. бәл «талия, поясница, 

спина» ~ бәл (письм.-монг.), бел, белкуусн (ойр.- монг.), бэлхуус (хал.-монг.), 

бэлхууһэ(н) (бур.-монг.).

Слова,  характеризующие  человека,  его  качества:  уйг.  кекәч  «заика, 

косноязычный»  –  хелекей  (письм.-монг.),  хэлкий  (хал.-  -монг.),  хэлкэй  (бур.-

монг.),  келке  (ойр.-монг.);  уйг.  маймақ//майтуқ  «косолапый,  кривоногий»  ~ 

майга (хал.-монг.), маяа (бур.- монг.), маагак (ойр.-монг.); уйг. мәң «родинка, 

родимое пятно» ~ мэнгэ (письм.-монг.), мэнгэ (бур.-монг., ойр-монг., хал.-монг.).



Названия  предметов  одежды  и  материала  из  которого  они 

изготовлены: уйг. пәшмәт «бешмет» ~ бушмуд (ойр.-монг.) «легкое верхнее 

платье  молодых  людей»;  уйг.  бөз  «бязь,  мата,  ситец»  ~  бос  (хал.-монг., 

ойр.-монг)  «текстильный  товар,  материя,  мануфактура,  ткань»;  уйг.  пәләй 

«перчатки, рукавицы» ~ бегелей (письм.-монг.), бээлий (хал.-монг.), бээлэй 

(бур.-монг.), беела (ойр.-монг.).

Названия  предметов  ремесла,  материальной  культуры,  домаш ней 

утвари: уйг. палта (перс.) «топор» ~ балт (хал.-монг.), булта (бур.-монг.) 

«молот, кувалда»; уйг. полот (перс.) «сталь» ~ болод (ойр.-монг.), болд (хал.-

монг.),  булад  (бур.-монг.);  уйг.  бурға  «сверло,  бурав»  ~  бургу  (ойр.-монг.), 

бургы (бур.-монг.).

Слова,  связанные  с  жилищем:  уйг.  босуға  «порог»  ~  босога  (письм.-

монг.),  босого  (хал.-монг.,  ойр.-монг.),  босоһо,  боһоого  (бур.-монг.);  уйг. 



қотан «отара, овчарня, скотный двор, загон» ~ хотон (ойр.-монг., бур.-монг.) 

«группа юрт, стойбище скота», хото (хал.-монг.) «город, стойбище».



Названия продуктов питания: уйг. боза «буза» (род хмельного напитка) 

боза (бур.-монг.), боз (ойр.-монг.) «барда, густая мас са, оставшаяся после 

перегонки  молочной  водки;»  уйг.  қийма  «мяс ной  фарш»  ~  химе  (письм.-

монг.),  хим,  химе  (хал.-монг.)  «род  кол басы»,  кишме  (ойр.-монг.)  «кишка, 

начиненная мелкорубленным мясом».

Названия домашних животных и птиц: уйг. улақ «тягло, тягло вый скот» 

~  улага,  улаа  (письм.-монг.)  «подвода;  пикет»  (где  мож но  проезжающим 

брать  лошадей  и  экипажи),  улаа  нэхэх  (ойр.-  монг.)  «почтовая  гоньба», 

улаашан  (бур.-монг.)  улагачи  (письм.-  монг.),  улаач  (хал.-монг.)  «почтарь, 

ямщик; подводчик».



357

Названия диких зверей и птиц: уйг. арслан «лев», аслан «коте нок» ~ 

арслан,  арсалан,  арсала  (письм.-монг.),.  эрслэн  (хал.-монг.,  ойр.-монг.); 

уйг. ейиқ «медведь» ~ айдуу (ойр.-монг.), отог (хал. монг.) отеге, отегуу 

(письм.-монг.); уйг. болун «соболь» ~ булга(н) (бур.-монг., хал.-монг.).

Явления, связанные с космогонией: уйг. жил «гол» ~ жил (письм.-

монг., хал.-монг., ойр.-монг.), жэл (бур.-монг.); уйг. тәңри «бот» ~ танри 

(письм.-монг.),  тэнгэр  (хал.-монг.),  тэнгэри  (бур.-  монг.),  тенгр  (ойр.-

монг.)  «небо,  небеса,  небесный  свод»;  уйг.  Чолпан  «Венера»  ~  цолбон 

(письм.-монг.), цолмон (хал.-монг.), цолван (ойр.-монг.), солбон(г) (бур.-

монг.) «планета Венера, утренняя звезда».



Названия  географических  понятий:  уйг.  арал  «остров»  ~  арал  (во 

всех монг. языках); уйг. даван «перевал, горный проход, воз вышенность» 



~ дабаган (письм.-монг.), даваа(н) (хал.-монг., ойр.- монг.), дабаан, даба 

(бур.-монг.)  «переваливать»;  уйг.  қир  «склон,  косогор»  ~  хира  (письм.-

монг.) «предгорье, склон, скат горы», хяр (хал.-монг.), хяра (бур.-монг.) 

«гребень горы; возвышенность».



Названия  растений,  трав,  фруктов:  уйг.  буғдай  «пшеница,  хлеб» 

~  богудай  (письм.-монг.),  буудай  (хал.-монг.)  будаа  (бур.-монг.);  уйг. 



қариғай  «сосна»  ~  харгай  (письм.-монг.)  «лиственница,»  харгай  (ойр.-

монг.); уйг.үжүм «виноград» ~ монг. узээм (хал.-монг.), узум (ойр.-монг.).



Термины,  связанные  с  общественным  строем  (администрация, 

управление,  чины,  должности  и  т.  д.):  уйг.  аймақ  «округ,  край;  удел, 

княжество», (уст.) «племя, народность» ~ аймаг (бур.-монг., хал.-монг.), 

аамг (ойр.-монг); уйг. әнчә «доля в имуществе (дви жимом и недвижимом) 

умчи (письм.-монг.) «часть, пай, доля, наследство», омчи (хал.-монг.), 



умсэ (бур.-монг.) «собственность», онч (ойр.-монг.) «доля в наследстве»; 

уйг.  нөкәр  «свита»  (ист.)  ~  нокэр  (письм.-монг.)  «друг,  товарищ;  муж», 



нукэр (бур.-монг.) и др.

В  области  изучения  тюрко-монгольских  языковых  связей  алтаистами 

сделаны и делаются серьезные шаги. Однако вопрос этот все еще остается 

проблематичным.

Говоря  о  конкретных  взаимоотношениях  современного  уйгур ского 

литературного  языка  (преемственность  которого  с  древне-уйгурским 

очевидна) с монгольскими, следует отметить одно очень важное, с нашей 

точки зрения, обстоятельство.

Все  то,  что  составляет  уйгурско-монгольский  общий  лексико-

грамматический слой, не есть только результат предполагаемой общности 

и  генетического  родства  тюрко-монгольских  языков,  вос ходящих  к  так 


358

называемым  алтайской  и  хуннской  эпохам.  Опре деленная  часть  тюрко-

монгольских параллелей в уйгурском языке является также заимствованиями 

в  результате  непосредственных  и  длительных  контактов  уйгуров  с 

монгольскими народами в древ нетюркскую (V – X вв.), среднетюркскую (X 

– XV вв.), а также последующие эпохи.

Следовательно, общий уйгурско-монгольский лексико-грамматический 

слой  нужно  дифференцировать  как  а)  восходящий  к  об щей  тюрко-

монгольской языковой основе, б) напластование, обра зованное в результате 

длительного  исторического  контакта  уйгу ров  с  монголами,  в)  иноязычное 

(иранское, арабское, китайское) лексическое наслоение, в одинаковой степени 

проникшее в эти языки.

Первый  слой,  характеризующийся  глубоким  проникновением  во 

все  сферы  языка,  представлен  в  основном  словарном  фонде  и  выступает 

преимущественно в качестве производящих корневых морфем, от которых 

в уйгурском языке образовано множество го могенных производных основ.

Второй  слой  составляют  монгольские  заимствования  в  уйгурском 

языке, характеризуется он относительной подвижностью. Эта часть лексики 

в  зависимости  от  развития  общей  системы  языка  постоянно  обновляется 

и меняет свой состав. Так, монгольские заимствования либо переходили в 

разряд  историзмов  или  архаизмов,  либо  полностью  вытеснялись  новыми 

словами.  Причем  это  явление  выражено  неодинаково,  например,  в  языке 

уйгуров и уйгуров Синьцзяна. В последнем некоторые монгольские слова, 

перешедшие в языке советских уйгуров в разряд историзмов и архаизмов, все 

еще находятся в употреблении, что можно, пожалуй, объяснить их соседством 

и наличием уйгурско-монгольской языковой среды.

Третий слой, составляющий общую лексику как для уйгурского, так 

и для монгольского языков, представляют собой заимствованные слова 

из других языков. Их значительно меньше, чем слов первого и второго 

слоев, и составляют они в уйгурском и монгольском языках совершенно 

разную пропорцию.

В настоящее время из-за отсутствия непосредственных контактов в 

язык уйгуров Советского Союза монголизмы не проникают. Однако это 

нельзя уже сказать в отношении языка уйгуров Синьцзяна, где они все 

еще имеют с монголами (пока никем изученный) локальный контакт.

«Исследования по уйгурскому языку».

 –Алма-Ата: Наука КазССР.1988. С. 6-25.


359

Ұйғыр терминологиясы жөнінде

И.В.Сталин  өзінің  «Марксизм  және  тіл  білімі  мәселелері»  атты 

тарихи еңбегінде тілдің қоғам дамуының барлық дәуірінде бірдей өмір 

сүретін,  қоғам  мүшелерінің  бәріне  ортақ  қоғамдық  құбылыстарының 

қатарына жататынын ашып берді.

«...Тіл, – деп үйретеді Сталин жолдас, – атап айтқанда оның сөздік 

құрамы,  үздіксіз  дерлік  өзгеру  күйінде  болады.  Өнеркәсіп  пен  ауыл 

шаруашылығының,  сауда  мен  транспорттың,  техника  мен  ғылымның 

үздіксіз  өсуі  тілден  сөздік  қорын,  солардың  жұмысына  қажетті  жаңа 

сөздермен,  сөйлемшелермен  толықтырып  отыруды  талап  етеді. 

Сондықтан  тіл,  осы  қажеттерді  тікелей  өтей  отырып,  өзінің  сөздік 

қорын жаңа сөздермен толықтырады, өзінің грамматикалық құрылысын 

жетілдіреді».

Қоғам өмірінің әрбір дәуірі, әрбір тарихи кезеңі де тілге белгілі бір 

өзгерістер  енгізіп  отырады.  Бұл  өзгерістерді,  тарихи  даму  кезеңдеріне 

сәйкес әралуан лексикалық пластары бар ұйғыр тілінің сөздік құрамынан 

да көруге болады.

Ұйғыр  тілінің  лексика  құрамындағы  келелі  өзгерістер  совет 

дәуірінде,  әсіресе,  сталиндік  бесжылдықтар  кезеңінде  болды.  Оның 

сөздік  қоры  социалистік  өмірден  туған  жаңа  ұғымдарды  беретін  жаңа 

сөздермен,  терминдермен  және  сөз  тіркестерімен  ұдайы  толығып,  баи 

түсті.


Ұйғыр  тілінің  байып,  дами  түсуіндегі  орыс  тілінің  маңызына 

ерекше тоқтап өту қажет. Орыс тілі – жер жүзіндегі ең бай тіл, өскелең 

социалистік мәдениетті, оның ұлы табысы – ленинизмді жасаушы ұлы 

халықтың тілі. Орыс тілі – туысқан ССРО халықтарының, олардың бірі 

ұйғыр халқының тілін байытудың сарқылмас бұлағы.

Орыс тілінен енген: совет, партия, коммунист, комсомол, социализм, 

коммунизм, колхоз, совхоз т. с. көптеген сөздер ұйғыр тілінің лексикалық 

қорына  мүлдем  сіңісіп,  практикалық  қарым-қатынастың  тікелей 

құралына айналып отыр. Бұл сөздер тек советтік отанда ғана емес, одан 

тыс  елдердің  де  қалың  бұқарасының  аузына  көп  тараған,  әрі  түсінікті, 

әрі сүйікті сөздеріне айналды. В.И. Ленин ерекше мақтанышпен: «Біздің 

орыс сөзі «Совет» ең көп тараған сөздердің бірі, ол тіпті басқа тілдерге 

аударылмайды да, барлық жерде орысша айтылады» деген болатын.

Бірақ  совет  өкіметінің  алғашқы  жылдарында  буржуазияшыл 

ұлтшылдар,  пантюркистер  мен  панисламистер  ұйғыр  тілінің  сөздік 

құрамына  енген,  көпшілік  қабылдаған  орыс  және  халықаралық  термин 



360

сөздерді  ығыстырып,  оларды  ескірген,  не  көне  сөздермен,  немесе 

көңілге  қонымсыз,  қолданудан  қалған  араб-парсы  элементтерімен 

ауыстырғысы келді. Сөйтіп, орыс тілінің игілікті әсерін, ерекше маңызын 

жоққа  шығармақшы  болды.  Әрине,  бұл  сияқты  кері  кеткен,  зиянкестік 

тенденцияны зерттеушілердің алдына қойған мақсаты: ұйғыр халқы мен 

ұлы  орыс  халқының  арасындағы  экономикалық  және  мәдени  қарым-

қатынасты үзу еді.

Орыс және халықаралық термин сөздерді орыс тілінде қалыптасқан 

формасында алудан бас тартқан ұлтшылдар, оларды мына сияқты ойдан 

шығарылған «жаңа сөздермен» ауыстырғысы келді: трактор – «гүлдүрқош», 

велосипед – «шәйтанчақ», социализм – «тәң яшаш», «Советская власть» 

– «кеңәш һөкүмити» т.с.

Бірақ халық ұлтшылдардың бұл сандырағына ермей, жаңа ұғымдарды 

дәл бере алатын советтік және халықаралық термин сөздердің өзін артық 

деп тапты. Буржуазияшыл ұлтшылдардың зиянды, теріс теориясының күлі 

көкке ұшты. Ұйғыр тілі жаңа сөздермен, алдымен советтік, халықаралық 

терминологиямен толығып, баи түсті. Ұйғырлардың ұлы орыс халқымен 

бірге социалистік құрылыстың барлық саласында, еліміздің экономикалық, 

саяси  және  мәдени  тұрмысын  өркендете  түсу  күресіне  белсене 

қатынасуының  нәтижесінде  ұйғыр  тілі  ғылым  мен  техниканың  барлық 

саласынан  көптеген  терминдерді  қабылдап  отыр.  Мысалы:  диалектика, 



материализм, биология, астрономия, журнал, экскаватор, канал, агроном, 

комбайн, бригадир, парторг, МТС, профсоюз т.с.

Жаңа сөздердің енуімен қатар, кейбір: болус, старшин, молла, курвеши 

сияқты  сөздер  көнеріп,  қолданудан  шығып  қалды.  Бірқатар  сөздердің 

бұрынғы мағыналары өзгерді. Мысалы, йолдаш (жолдас), күрәш (күрес) 

деген сөздер саяси-әлеуметтік жаңа оттенкаларға ие болса, Вәтән (Отан), 

әмгәк (еңбек), муқаддәс (священный – ардақты) деген сөздердің мағынасы 

бүгінгі таңда мүлдем өзгеше.

Осындай көптеген сөздерді қабылдауға ұйғырлар екі принципті негіз 

етіп ұстайды: біріншіден, жаңа ұғымдарды беретін терминдерді ұйғыр 

тіліне дәлме-дәл аудару, екіншіден, егер тілде дәл аударуға келмесе, орыс 

тіліндегі  айтылуы  күйінде  қабылдау.  Сөйтіп,  тіліміздегі  терминдерді: 

орыс  тілінде  қалыптасқан  күйінде  алынған  терминдер  (конференция, 

демократия,  конституция,  забой,  звено,  заряд,  маевка,  субботник, 

воронка)  және  ұйғыр  тіліне  аударылған  баламалы  терминдер:  үстки 

қурулма  (қондырма),  сүрәт  (темп,  қарқын),  бәшжиллиқ  (бесжылдық), 

қочақ  девлити  (қуыршақ  мемлекет),  қозғулаң  (қозғалыс),  һөкүмранлиқ 


361

(билеп-төстеушілік), тәрғибат (насихат), тәшвиқат (үгіт) – деп екі сала 

етіп қарауға болады.

Сонымен  қатар,  көптеген  туынды,  қоспа  және  қысқарған 

терминдер  ұйғыр  тілінің  грамматикалық  тәсілдері  негізінде  жасалып, 

қалыптасып отырғанын көреміз. Мысалы: диалектикалиқ материализм 

(диалектический  материализм),  хияли  социализм  (утопический 

социализм), ишләп чиқириш құрал-әсваплири (орудия производство) т.с.

Осы  фактылардың  бәрі  ұйғыр  тілінің  өсіп-жетілгендігіне,  оның 

лексика құрамының әлдеқайда баи түскендігіне айқын дәлел бола алады.

Әйткенмен, ұйғыр тілінің терминін жасауда елеулі-елеулі кемшіліктер 

де  жоқ  емес.  Ол  кемшіліктерді,  сайып  келгенде,  терминологияның 

ғылыми  тұрғыдан  зерттелінбей  келгендігінің,  орыс  тілінен  енген 

терминдерді  аударуға  және  оларды  қолдануда  тиянақты  принциптің 

болмауының салдары деп қарауға болады.

Айта  кететін  нәрсе,  терминдерді  әркімнің  әртүрлі  аударып,  өз 

беттерімен  қолданып  жүруі.  Мұның  өзі  оқушыларды  шатастырады. 

Мысалы:  «экономика»,  «экономический  закон»  кейбір  шығармаларда: 

«иқтисад»,  «иқтисади  қанун»  деп  аударылса,  басқа  шығармаларда: 

«экономизм»  –  «экономизм»,  «экономисты»  –  «экономистар», 

«политэкономия» – «политэкономия» деп берілген. Егер біз «экономика»-

ны  «иқтисад»  деп,  «экономический  закон»  ды  «иқтисади  қанун»  деп 

алған  болсақ,  «экономисты»,  «политэкономия»  деген  терминдерді  де 

ұйғырша аударып, «иқтисадчилар», «сәяси иқтисад» деп неге алмаймыз?

Егер  «иқтисад»,  «экономизм»,  «экономия»  (топливы)  тағы  сол 

сияқты «экономияға» байланысты тума терминдердің баламалылығына 

жарамаса,  онда  неге  барлық  жерде  «экономика»-ның  өзін  алмаймыз? 

Сол сияқты, «художественная литература» әдетте «гөзәл әдебият» болып 

аударылады. Ал «художественные произведения»-ның «художествалиқ 

әсәрләр» болып аударылуы қисынсыз тәрізді.

Көпшілік  жағдайда,  жаңа  ұғымдардың  атаулары  араб-парсы 

элементтерімен беріліп, олардың халықтың ұғуына қиын, түсініксіз екені 

ескерілмейді.

Мысалы, кейінгі уақыттарға дейін «революция» – «инқилап», «съезд» 

– «курултай», «теория» – «нәзәрия» деп, ал нәзәр «союз» – «иттипақ», 

«прогресс» – «тәрәққийәт», «патриот» – «вәтәнпәрвәр» деп алынып жүр. 

Мұндай жағдайларда халықаралық терминдерді орыс тілінде қалыптасқан 

формасында алған тиімдірек сияқты. Кейде ұйғыр тіліндегі балама термин 

енген түбірлес, туынды және мағынасы жағынан жақын 3-4 терминнің 



362

орынбасары  ретінде  қолданылады.  Мысалы:  «грамматический  строй» 

– «грамматиқилиқ қурулуш», «строительство» – «қурулуш», «структура 

языка»  –  «тилниң  қурулуши»,  сол  сияқты,  «производить»  –  «шиләп 



чиқарамақ»,  «производство»  –  «шиләп  чиқариш»,  «производительные 

силы»  –  «ишләп  чиқирши  кучлири»,  «производственные  предприятия» 

– «ишләп чиқириш орнулири» болып аударылады. Осындай «бірбеткей» 

аударманың нәтижесінде өте ыңғайсыз сөйлемшелер туады. Сондықтан 

осы тәрізді тума, әсіресе, қоспа терминдерді аударуға өте шеберлікпен 

қарау қажет. «Частная собственность» дегенді ұйғырша «шәхси мүлүк» 

деп  аударуға  болса,  ал  «собственность  из  средства  производства» 

дегендегі  «собственность»-ті  «мүлүк»  деп  аударуға  келмейді.  Міне, 

осындай  ұйғыр  тілінде  алынған  балама  терминдер  орыс  тілінен  енген 

терминдердің  кездесетін  барлық  контекстінде  бірдей  ауыстыра  алмай, 

жалпы  мағынасына  нұқсан  келтіретін  жағдайда  ғана  жоғарыдағыдай 

әртүрлі термин алу керек болады. Кейбір аударма шығармаларда, әсіресе, 

оқулықтарда,  советтік  және  халықаралық  терминдерді  ұйғыр  тіліндегі 

баламаларымен қабаттап, қатарластыра қолдану практикасы бар. Әрине, 

бұл да терминология принципіне жат нәрсе. Мысалы: өтүнүш (петиция), 

топулаң (мятеж), жилнамә (летопись), тосқулаң (баррикада) т.б.

Терминология жасаудағы тағы бір негізгі кемшілік – ана тілінің байлығын 

сарқа  пайдаланбау.  Мысалы,  масса  (массовая  стачка),  корабль,  село,  луч 

(света),  мощность  сияқты  көптеген  сөздер  ұйғыр  тілінде  баламасы  бола 

тұрса да, аударылмайды. Әрине, бұл сияқты термин сөздерді В.И. Ленинннің 

шет тілден енген сөздерді орынсыз қолданудың қажетсіздігі туралы айтқан 

сындарын негіз ете отырып, аударғанымыз жөн болады.

Орыс  және  халықаралық  термин  сөздердің  ұйғыр  тіліндегі 

орфографиясында  да  кемшіліктер  жоқ  емес.  Мысалы,  «революционный», 

«грамматический»  формасында  айтылған  терминдердің  жазылуы  бірде 

«грамматиқилиқ», «революциялиқ», бірде «грамматик», «революцион».

Сол  сияқты,  екі  дауыссыз  «лл»-дың  қатар  келген  жерінде,  олардың 

арасына  «ь»  (жіңішкелік  белгісін)  қойып  жазу  да  ұйғыр  орфографиясына 

үйлеспейтін  нәрсе.  Мысалы,  рентабельлиқ,  формальлиқ,  қорабильлири 

сияқты.

Ұйғыр халқының әдеби тілі ұлы орыс халқының тілі мен мәдениетінің 



игілікті әсерінің арқасында ұдайы дамып өсуде, советтік және халықаралық 

термин  сөздермен  баи  түсуде.  Ол  –  үгіт-насихаттың  ең  күшті  құралы,  ол 

арқылы ұйғыр халқы ғылым мен техниканың жаңа табыстарымен танысады. 

Марксизм-ленинизм классиктерінің мәңгі өлмес шығармаларын, партия мен 



363

үкіметіміздің  күнделікті  қаулы-қарарларын  ұйғырлар  өзінің  өсіп  жетілген, 

орамды ана тілінде оқып үйренуге мүмкіншілік алып отыр.

Биылғы жылы Қазақ ССР Ғылым академиясының жанындағы ұйғыр-

дүнген мәдениеті секторының инициативасы бойынша қазіргі ұйғыр тілінің 

орфография, терминология мәселелерін талқылау мақсатымен тұңғыш рет 

мәслихат шақырылмақшы.

Бұл мәслихаттың алдына қойған негізгі мақсаты – орыс тілінен енген 

советтік және халықаралық термин сөздерді қолданудағы, аударудағы бүгінге 

дейінгі болып келген талас мәселелерді шешіп, елеулі кемшіліктердің бетін 

ашу.  Сөйтіп,  бұл  мәслихат  ұйғыр  әдеби  тілінің  ғылыми  терминологиясын 

жасау, терминдерді сұрыптау, белгілі бір жүйеге келтіру сияқты игілікті істің 

бастамасы  болмақшы.  Бұл  маңызды  істе  ұйғыр  мұғалімдері  ұйғыр  әдеби 

тілінің ғылыми терминологиясын жасауға атсалысуға тиіс.



«Қазақстан мұғалімі», 11 октябрь 1953.

Арабизм и иранизм‚ употребляющиеся в уйгурских 

пословицах и поговорках

Включение  иноязычных  лексических  заимствований  в  структуру 

идиоматических выражений‚ пословиц‚ поговорок и др. видов устойчивых 

словосочетаний  не  исключительное  свойство  уйгурского  языка.  Подобное 

явление  в  различной  форме  и  степени  распространения  имеет  место  и  в 

других тюркских языках‚ причем в сферу фразеологического употребления 

привлекаются  без  исключения  все  иноязычные  элементы‚  в  том  числе  и 

арабизмы‚ иранизмы.

Поэтому  своеобразный  интерес  в  этом  плане  может  представлять 

степень активности и частоты употребления арабизмов и иранизмов в каждом 

конкретном  языке.  Надо  сказать‚  что  уйгурский  язык  в  этом  отношении 

занимает среди других тюркских языков особое место. Обилие арабизмов и 

иранизмов и их глубокое проникновение в область образных и устойчивых 

фразеологических  единиц‚  выражающих  самые  различные  понятия‚ 

начиная от сложных и общих мировозренческих‚ философских категорий‚ 

кончая обыденными явлениями быта‚ в уйгурском языке не идут ни в какие 

сравнения с аналогичными фактами многих тюркских языков. Исключение 

может  составить  лишь  современный  узбекский  язык‚  в  котором  также  в 

большом количестве представлены арабизмы и‚ особенно‚ иранизмы.

В  качестве  иллюстративного  материала  можно  привести  сотни  и 

сотни  уйгурских  пословиц  и  поговорок  самой  различной  структуры‚ 

относящихся  к  различным  сферам  жизни  и  быта  уйгурского  народа: 



364

родина и любовь к родине‚ труд и трудовая деятельность народа‚ дружба 

и  братство‚  обычаи  и  традиции  народа‚  родственные  отношения  и 

гостеприимство‚ любовь и коварство‚ старость и молодость‚ бдительность 

и ротозейство‚ знание и невежство‚ животный и растительный мир и т.д. – 

таков далеко неполный перечень понятий и представлений‚ получивших 

свое отражение в этих пословицах и поговорках.

Надо  отметить‚  что  употребление  арабизмов  и  иранизмов  в 

пословицах и поговорках не относится к числу простых и обычных фактов 

функционирования заимствованных иноязычных элементов в языковую 

ткань  образных  и  метких  выражений‚  какими  являются  пословицы 

и  поговорки‚  прежде  всего  свидетельствует  о  прочном  их  освоении 

и  активном  употреблении  носителями  языка‚  что‚  конечно‚  могло 

случится  только  в  результате  длительного  исторического‚  культурного 

контакта и взаимного обмена материальными и духовными богатствами 

арабоязычных и ираноязычных племен и народов с уйгурами Восточного 

Туркестана.

Трудно  нам  судить  о  количестве  и  объеме  семантики‚  а  также 

частоте  употребления  арабизмов  и  иранизмов  в  структуре  уйгурских 

пословиц и поговорок‚ т.к. они еще полностью не собраны (и вряд ли 

это возможно) и опубликованы. Тем не менее‚ мы попытались на основе 

анализа уже опубликованного небольшого сборника уйгурских пословиц 

и поговорок

1

 дать некоторое общее представление о формах бытования и 



функционирования арабизмов и иранизмов в пределах зафиксированных 

пословицах  фразеологизмов.  Так‚  например‚  сборник  включает  в  себе 

всего 2207 пословиц и поговорок‚ которые в свою очередь составляют 

3500  стихотворно-пословичных  строк.  По  нашему  предварительному 

подсчету  во  всех  этих  пословицах  и  поговорках  в  общей  сложности 

употреблено 4506 слов арабского и иранского происхождения (с учетом 

повторяемости  отдельных  лексических  единиц  от  двух  до  5  раз). 

Следовательно на каждую пословичную строку в среднем приходятся по 

1-1‚5 арабских и иранских лексических элементов.

2

 Обратимся к фактам:



Ана жутуң аман болса‚

Рәңги-ройиң саман болмас 

***


Жапа күрмей‚ салавәт йоә‚

1 Уйгур макал вё тёмсиллири. Уйгурские пословицы и поговорки. Составили и перевили 



Г.Садвакасов и Ш.Кибиров. Отв. редактор А.Т.Кайдаров. Алма-Ата‚ “Наука”, 1978.

2  Примеры из этого сборника



365

Инаә болмай‚ саадәт йоә 

***


Иш иштәйни ачиду 

***


Сәвәп әил – тәләп әил 

***


Дехан болсаң‚ шудигәр әил‚

Молла болсаң‚ тәкрар әил 

***


Балилиә үй – гулстан

Балисиз үй – зимстан

***

Іиз әериса‚ әази болур‚



Іериғиму рази болур 

***


Хаманда уруә әалдур‚

Дунияда – нәсил

***


Адәм гулдин назук‚ таштин әаттиә 

***


Бехилдинпул алмаә –

Петир нандн әил алмаә

***


Давуз йоған – бир нан йоә‚

Сәллә йоған – иман йоә 

   ***


Маәтанма ғораз –

қунириң аз 

***


ңшкигә жан әайғуси‚

Іассапәа-яғ 

***


Сехиниң бәргиси кәлсә‚

Бехилниң ичи ағирипту 

***


Шамалниң алды-әуюн‚

Жедәлниң алди-оюн 

***


366

Яхшиниң – шарапити

Яманниц – касапити 

***


Мәртни мәйданда сина 

***


Күчүк басмас ширниң изини‚

Еси бар билиду гәпниң түзин 

***

Икки пил урушса‚ оттурида жин үләр 



***

Пули бар – залим киши‚

Пули йоә – алим киши 

В  приведенных  нами  уйгурских  пословицах  и  поговорках  все 

подчеркнутые  слова  являются  арабизмами  и  иранизмами‚  которые 

вполне  освоены  носителями  языка  и  самостоятельно  употребляются  в 

их языковой деятельности. К тому же‚ во всех этих примерах арабизмы 

и  иранизмы‚  несмотря  на  то‚  что  в  структуре  пословиц  и  поговорок 

передавались  из  поколения  в  поколение  в  основном  устно‚  все  же 

относительно больше‚ чем в некоторых родственных языках‚ сохранили 

свои  исходные‚  книжные  формы  и  номинативные  значения  языка-

источника.

Таким образом‚ в приведенных нами выше 20 уйгурских пословицах 

и поговорках‚ произвольно взятых из упомянутого сборника‚ употреблено 

50 лексических заимствований‚ из которых 25 составляют арабизмы и 22 

иранизмы (не считая трех повторений)‚ т.е. они представлены в данных 

примерах в равных соотношениях.

Арабизмы:  аман  благополучный,  благополучно,  благополучие; 

целый,  невредимый;  жапа  мука,  мучение;  салавәт  –  благодать, 

блаженство; саадәт счастье, удача; иштәй аппетит; cәвәп – повод, причина; 



тәләп  требование;  тәкрар  повторение,  повторный;  сази  –  кади,  кадий; 

рази  –  довольный;  согласный;  дуния  –  мир,  вселенная;  нәсил  –  порода; 

адәм  –  человек;  иман  –  вера  (в  бога),  вероисповедание;  сассап  мясник; 

сехи – щедрый, тароватый; шамал – ветер; жедәл – скандал, ссора, спор; 

шарапәт  –  честь,  благородство;  касапәт  –  пакость;  мәйдан  –  площадь, 

поле брани; жин – черт, бес; алим – ученый; залим – тиран, изверг, деспот, 

угнетение; подлый.

Иранизмы:рәңги-рой  цвет  лица;  лицо;  дехан  деханин,  крестьянин; 



шудигәр перепаханное поле; молла мулла; гулистан – цветник, цветущий 

367

край; зимстан – зима; хаман – ток, гумно; гул – цветок; назук – нежный; 

слабый; бехил – жадный, алчный; скряга; пул – деньги, капитал; нан – хлеб; 

давуз  (<дәрваза)  вороты,  ворота;  сәллә  –  чалма,  ғораз  –  петух;  сунәр  – 

ремесло, искусство; жан – душа; мәрт – щедрый; шир – лев; гәп – речь, 

разговор; пил – слон.

Как видно, на каждую уйгурскую пословицу или поговорку приходится 

по два с лишним арабо-иранских лексических заимствований. Однако, это 

дает  объективную  картину  в  какой  степени  и  объеме  функционируют  в 

уйгурском языке арабские и иранские заимствования, если учесть, что есть 

немало пословиц и поговорок, в которых подобные элементы вообще не 

встречаются или, наоборот попадаются и такие, которые состоят из одних 

арабизмов и иранизмов, если не брать во внимание грамматические формы 

связи компонентов или необходимые глагольные связки.

Например:



Шәмби – шикар,

Йәкшәми – бекар.

Перевод: «суббота – охота, а воскресенье – безделье (о людях, которые 

ничего не делают, любят праздную жизнь)».

әрәздин ғәрәз туғулар‚

Беғәрәздин – мерәз.

Перевод:  «от  корыстолюбивца  рождается  корыстолюбивец,  от 

беспристрасного (бестолкового) рождается ханжа (злой)».

Жинниң әәсти шаптулида.

Перевод: досл. «у черта злость вызывают персики (в значении: у кого 

что болит, тот о том и говоритили у черта на уме персики)».

Зеди пәсниң зили пәс.

Перевод:  «у  кого  низкое  происхождение,  у  того  и  понижен  дух 

(настрой, требование, настроение)».

Давагәр сус кәлсә‚ әази-мутиіәм.

Перевод:  «Когда  истец  медлителен,  то  судья  (кади)  –  мошенник 

(делает подлости)».

Гуман иманни әачурур 

Перевод: досл. «подозрение подрывает даже веру в бога».



Ахмаәниң дости тола‚

Пиязниң пости тола 

Перевод: «у глупца много дружков, у луковицы много кожурок».



әиллиә үзини әйиплар

368

Надан – достини

Перевод: «умный себя порицает, а невежда друга обвиняет».



Жәіил – душмән‚ 

әәил – дост

Перевод: «гнев – враг (человека), а разум – друг». 

Нет надобности здесь комментировать подчеркнутые нами арабизмы 

и  иранизмы,  из  которых  по  существу  и  составлены  эти  пословицы  и 

поговорки. Они настолько освоены уйгурами, что не вызывают никаких 

затруднений и барьеров как в употреблении, так и взаимном понимании. 

Они  в  одинаковой  степени  функционируют  как  в  письменном 

литературном языке, так и в устной разговорной речи уйгуров.




1   ...   25   26   27   28   29   30   31   32   ...   41


©emirsaba.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

войти | регистрация
    Басты бет


загрузить материал