Билал лайпан



жүктеу 3.45 Mb.

бет23/35
Дата15.03.2017
өлшемі3.45 Mb.
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   35

4 2 2

р а  исключением  индейцев,  которые  опекаются  в  федеральных 

территориях). Они не присоединяли к себе целые страны и создавать 

государственность там некому и не на чем.  В США живут не народы, 

а  их  представители,  в  т.ч.  и  нашего  народа,  граждане  разных 

национальностей,  права  которых,  в  т.ч.  и  на  национальное 

самосознание,  соблюдаются  и  оберегаются.  Что  же  касается 

мексиканцев  и других латиноамериканцев в  южных штатах,  пример 

которых часто приводят в пользу унитаризации России, то достаточно 

сказать,  что  у  них  рядом  расположены  свои  собственные  большие 

государства.

Ни  у  одного  из  подобных  народов  России  и  СНГ:  немцев, 

поляков,  греков,  корейцев  и  др.  государственности  нет.  Так  что 

заманчивый  пример  США  для  России  на  этом  давно  исчерпан. 

Россия была и есть не только многонациональная, но, что особенно 

важно подчЬркнуть, многополисная страна. Это ее коренное отличие 

от других  многонациональных стран  мира.  Отказываться  от него, 

значит погубить саму страну.  Вся Россия превратится  в чеченскую 

войну  или  в  систему  непрекращающихся  колониальных  войн  и 

волнений. Но коуу это нужно и кто победит в этой войне? Не лучше 

ли обратиться к поучительному примеру Швейцарии  -  не  федерации 

даже, а  конфедерации и тем не менее, являющейся традиционно одной 

из самых спокойных, мирных и преуспевающих стран мира.

Таким  образом,  правильно  будет  сказать:  назад  ни  шагу,  идти 

можно и  нужно только  вперед,  к демократии  и  интернационализму. 

Важнейшей  вехой  на  этом  пути  является  реабилитация 

репрессированных народов, в т.ч.  и  карачаевского.

Карачаевцы  —  это^втохтонны й  200-тысячный  народ  с 

территорией  около  12  ты с.кв.км .  и  вековыми  традиц иям и 

национально-государственной  жизни.  К  сожалению,  в  единой 

Карачаево-Черкесии  народы  обречены  на  острое  национальное 

соперничество.  Из-за  этого  Карачаево-Черкесия  распалась  в  1926 

году.  Это  показало  и  напряженнейшая  ситуация  во  время  выборов 

первого президента Карачаево-Черкесии в  1999 году. Толы®  авторитет 

и  самообладание  генерала Семенова  спасли  тогда  положение.  Один 

бог знает, что нас еще ждет впереди...

Выход  только  один  -  самоопределение  на  реабилитационной 

основе в составе Российской Федерации.

Надо  принять  решение  о  национально-государственной

4 2 3


реабилитации  репрессированного  карачаевского  народа,  как  это *  

предусмотрено  Законом  РФ  «О  реабилитации  репрессированные 

народов».

Реализация Закона «О реабилитации репрессированных народов» 

в  полном  объеме  нужна  и  народам  и  государству  во  имя  мира и 

спокойствия, во имя сохранения  Российской Федерации и всех народов 

в ее составе.

*Выступление  Лайпанова  на  Круглом  Столе,  посвященного 

десятилетию Закона «Ореабилитации репрессированных народов»

25  января  2001  го д а   в  го р о д е   М оскве,  о р га н и зо ва н н о го  

М еж дународной  правозащитной  Ассамблеей  по  инициативе 

главного редактора журнала «Ас-Алан».

«НЕ СОВЕРШАЙТЕ НАСИЛИЯ НАД  ДРУГИМИ...»*

От  имени  карачаевской  демократической  организации 

«Д ж амагьат»  приветствую   высокий  форум  и  вы раж аю  

признательность  организаторам   этой  актуальной  встречи. 

Благодарю Михаила Сергеевича Горбачева,  тепло отозвавшегося о 

нашем народе и сказавшего, что «карачаевцы очень гостеприимные, 

добрые люди; как ты к ним отнесешься, так и они отнесутся к тебе».

Что  касается  конкретной  повестки  дня,  то  мне  кажется,  что 

мира  и  стабильности  на  Северном  Кавказе  не  будет  до  тех  пор, 

пока  полностью  не  будет  реализован  закон  «О  реабилитации 

репрессированных  народов»,  принятый еще  в  1991  году.  Но,  увы, 

сегодня  мы  свидетели  того,  что  вместо его  исполнения  стараются 

его отменить.  Чеченцы  и  ингуши  подверглись  новым  репрессиям. 

И  во  всем  этом,  в  первую  очередь,  виноват  Федеральный  Центр, 

который  никак  не  освободится  от  имперского  подхода  к 

национальным проблемам. К сожалению, имперское мышление есть 

и у некоторых руководителей  на местах.  Они  не прочь  расширить 

границы  своих  республик  и  создать  мощные  мононациональные 

государства,  не спрашивая волю других народов  и  не учитывая  их 

прав на свои родные земли. 

^

В частности,  в  1990 году в журнале «Северный Кавказ» была



4 2 4

Опубликована  статья  некоего  Д зепса  Киммера,  который 

прогнозировал  объединение  адыгов,  проживающих  в  Карачаево- 

Черкесии,  Кабардино-Балкарии  и  Адыгее  к  2000  году.  Мы  с 

уважением  относимся  к  самоопределению  народов,  но  в  данном 

случае,  создавая  «Великую  Черкесию»,  автор  замахнулся  на 

исконные земли  Карачая  и  Балкарии.  Более того,  их имена стерты 

и  их  попросту  нет  на  этой  карте.  В  свое  время  такую  операцию 

проделал  Сталин,  так  что  репрессированные  народы  особо 

чувствительны  даже  к теоретическим  проявлениям  фашизма,  под 

каким бы  флагом  он не проповедовался.

Но мы забыли бы эту статью, если бы об этом не продолжали 

постоянно  напоминать  лидеры  Международной  Черкесской 

Ассоциации.  Так,  М.  Керашев  пишет:  «На  исторической  Родине 

необходимЬ незамедлительно создать Федерацию (Конфедерацию) 

черкесских  республик  -  КБР,  КЧР  и  Адыгеи...  Какой  видится 

возрожденная Черкесия при жизни и активном содействии нашего 

поколения? Это Федерация (Конфедерация) черкесских республик... 

с  трехмиллионным  населением.  Трехмиллионное  население  в 

ближайшие  15  лет вполне достижимо».  Далее...

В официальном органе МЧА сирийский идеолог панадыгизма 

Натшау  прямо указывает:  «Историческая  перспектива такова,  что 

сама Россия более заинтересована в существовании процветающего 

и  дружественного  государственного  образования  в  своем  составе 

или  вне ее,  чем в сохранении черкесской проблемы».

Президент МЧА Б. Акбашев на 4 конгрессе МЧА 25 июня  1998 

года в  г.Краснодаре доложил:  «Для решения  этих  проблем  нужна 

реальная  власть,  поэтому  все  наши  программы,  решения  по 

репатриации  могут  приниматься  только  после  согласования  с 

правительствами  трех  республик,  после  определения  надежных 

источников  финансирования.  Нужны  государственные  структуры 

для решения этих проблем».

Это уже  не мнение отдельного журналиста,  а позиция  и  цель

мощной  международной  организации.  Но  после  того  как  в  1999

году  в  Нальчике  вышла  книга  «Современная  государственность



Кабардино-Балкарии:  истоки,  пути  становления,  проблемы»,

изданная  под  эгидой  института  гуманитарных  исследований

4 2 5


правительства  КБР  и  КБНЦ  РАН,  мы  можем  сказать:  созданц. 

«Великой  Черкесии»  —  это  общая  и  целенаправленная  политик! 

адыгских ученых, общественных организаций  и  государственных 

мужей.


Вот  что  пишется  в  вышеназванной  книге  (стр.  59-60):  «ц 

наконец,  последнее,  о  чем  необходимо  сказать.  Рассматривая 

функции этнического  воспроизводства,  выполняемые  Кабардино- 

Балкарской Республикой, мы не должны забывать, что кабардинцы 

являются частью адыгского народа. Даже самое идеальное решение 

их  жизненных  проблем  в  ее  рамках  не  решает  проблем  всего 

адыгского этноса.  А перед ним,  как минимум, стоят три основные 

задачи:


1)  преодоление разорванного этнокультурного  пространства;

2)  репатриация соотечественников;

3)  создание  общих  политических  структур,  статус  которых 

определит само  время»,

К  этому  можно добавить,  что такая  структура  уже  создана 

в 

форме Межпарламентского Совета трех республик —  КБР,  КЧР и 

Адыгеи.  А  о  Краснодарском  и  Ставропольском  краях  даже  не 

вспомнили,  куда  якобы  так  грозится  уйти  С.  Дерев  с  черкесами, 

только  потому,  что  народ  КЧР  его  не  избрал  главой  республики. 

Ведь тогда во главе КБР, КЧР, Адыгеи стояли бы адыги, и создание 

«Великой  Черкесии»  реш алось  бы  уже  на  другом,  т  е.  на 

государственном уровне и  вполне конкретно.

Обо  всем  этом  нам  пришлось  сказать  не  потому,  что  мы  не 

уважаем выбор адыгов на самоопределение, а потому, что, стремясь 

уйти  от  российской  империи,  нельзя  себя  вести  «по  образу  и 

подобию» той же империи, а симптомы этого есть.

Посмотрите упомянутую карту  «Ёеликой Черкесии».  Там  нет

не  только  Балкарии  и  К арачая,  но  и  прихвачены   земли

С тавропольского 

и 

К раснодарского 



краев, 

изменены


административные и государственные границы Дагестана и Грузии.

В  то  же  время  названная  мною  книга утверждает:  «До  начала  19

века  горские  племена  и  народности  (абазины,  карачаевцы,

балкарцы,  осетины,  ингуши  и  западные чеченцы)  входят в  состав

политической  общности  под  названием  «Кабарда»...  В  период

4 2 6


сопротивления 

колониальной экспансии России одно из основных 

требований  кабардинских  князей  (наряду  с  требованием  о 

возвращении аннексированных земель) заключалось в возвращении 

этих народов в прежнее «подданство» (стр.  10).

Помимо того, что все это исторически неверно, такие заявления 

крайне  опасны,  т.к.  способны  обострить  межнациональные 

отношения на Северном Кавказе, где живут гордые народы, которые 

выше всего ценят свободу и независимость.

Свое  выступление  хочу  закончить  обращением  пророка 

Мухаммеда  ко всем нам:  «Не совершайте насилия  над другими  и 

не допускайте насилия над собой».

Б илал ЛАЙПАНОВ,

сопредседатель карачаевской 

демократической организации «Джамагьат», 

член Союза писателей России, 

гл.редактор журнала «АС-АЛАН».

8 июня  1999 г. Москва

*Текст  выступления  Б.  Лайпанова  на  международной 

научно-практической  конференции  «Стабилизация  ситуации  и 

мирное развитие  на  Северном  Кавказе»  публикуется  по  записи  с 

незначительными  сокращениями

ИСЛАМ В ИСТОРИИ И САМОСОЗНАНИИ 

КАРАЧАЕВСКОГО НАРОДА

В формировании современного национального и гражданского 

сам о со зн ан и я  карачаевского  народа  важ нейш ее  значение 

приобретает  определение  собственной  этнической  и  религиозной 

идентичности.  Многие  принципиальные  установки  и  требования 

организованного национального движения, к которому автор имеет 

в течение последних десяти лет непосредственную причастность  в 

качестве  сопредседателя  Д ем ократической  о рган изац ии 

карачаевского  народа  «Джамагат»  (являющейся  с  1993  года 

коллективным членом Ф ед ер ал ь^^  Союза народов /национальных



меньшинств/ Европы), опираются на фундаментальные ценн 

и  стереотипы  национального  самосознания,  на  развиты е  ц 

укоренившиеся в карачаевском народе представления, имеющие то 

или  иное  научное  или  мифологическое  обоснование.  Речь  идет  о 

сумме тех дефиниций,  которые позволяют ответить на вопрос «Кто 

мы?» в контексте политической структуры Российской  Федерации, 

истории  Кавказа и  общечеловеческой цивилизации.

Три  основны х  составляю щ их  формируют  ответ  на  этот 

вопрос, и, можно сказать, что это -  <сгри кита», на которых держите®] 

идеология современного мобилизованного национального движения.!

В о -п ер в ы х ,  это  ощущение  собственной  индигенности, 

аборигенности, устойчивое представление о том, что карачаевцы -  

коренной народ Северного Кавказа и один из древнейших этносов, 

чей этногенез завершился  на данной территории.

Во-вторых, это развитое у  карачаевцев чувство  причастности 

к  тюркской  суперэтнической  общности.  Язык  нашего  народа 

(карачаево-балкарский)  относится  к  западной  ветви  тюркской 

группы языков большой алтайской семьи, однако не только языковая 

близость,  позволяющая  карачаевцам  без  переводчика  общаться  с 

тюркскими  народами  каспийско-черноморского  ареала,  но  более 

многогранное  ощущение  исторической,  культурной  близости, 

этнопсихологической «совместимости», во многих случаях -  также 

политической  солидарности  леж ит  в  основе  формулы 

самоидентификации «Мы -  тюрки». Эго ощущение формировалось, 

воспитывалось веками и особенно интенсивно -  теми десятилетиями 

19-20 веков, которые были насыщены драматическими событиями, 

проверявшими  нашу  тюркскую  общность  народов  на  прочность. 

Может быть, несколько притупившееся в годы сталинского террора 

и  всего  продолжительного периода коммунистической диктатуры, 

искоренявшей опасные для нее идеи «пантюркизма» огнем и мечом, 

это чувство общетюрксмого единения особенно оживилось и  окрепло 

в  последнее  время,  когда  оживилась  деятельность  ассоциаций, 

фондов,  съездов  тюркских  народов,  в  которой  представители 

Карачая,  в первую очередь представители карачаевской  молодежи, 

принимают самое активное участие. Традиционно высокий интерес 

к  истории,  культуре,  современным  аспектам  государственной 

системы  и социальной  политики соседней Турции и  надежда на ее


помощь 

(к сожалению, далеко  не  всегда оправданная  и  уже  не раз 

обернувшаяся  для  многих  из  нас  горькими  разочарованиями); 

гЛубоко  укоренившееся  в  сознании  карачаевцев  и  балкарцев 

%

беждение в нерасторжимом единстве и цельности этих народов (в 



нашем 

понимании  -   единого  народа),  искусственно  разделенных 

границами  нынешних  Карачаево-Черкесской  и  Кабардино- 

Балкарской республик; наше братское сочувствие крымским татарам 

и  туркам-месхетинцам,  до  сих  пор  лишенным  возможности 

вернуться  на  свою  историческую  Родину,  -   все  эти  устойчивые 

компоненты менталитета карачаевского народа и соответствующие 

ориентиры  карачаевского  национального  движения  во  многом 

определяются концепциями тюркизма, параметрами  общетюркского 

единения.

Здесь,  наверно,  с  самого  начала  надо  сделать  оговорку- 

предупрйждение о том, что значение тюркской общности (и как идеи, 

укоренившейся  в  национальном  сознании;  и  как  достаточно 

эффективной  и  реальной,  «действующей»  политики)  не  следует 

преувеличивать.  Во многих случаях эта система дает сбои.  «Весна 

надеж д», 

возлагавш ихся 

тю ркским и 

национальны м и 

меньшинствами  России  и  тюркскими  народами  Закавказья  и 

Средней  Азии  на  то,  что  «Турция  нам  поможет»,  -   эта  весна, 

длившаяся с конца 1980-х по крайней мере до середины  1990-х годов, 

ныне  уже  миновала,  столкнувшись  с  холодным  прагматизмом  и 

расчетливы м   эгоизмом  в  определенны х  кругах  турецкой 

политической и предпринимательской элиты. Внутри России и даже 

внутри  сравнительно  небольшого  северокавказского  региона 

тюркские  народы  (может  быть,  точнее  -   лидеры  национальных 

движений тюркских  народов)  не  всегда находят общий язык.  Так, 

например,  нам  (политическому  руководству  национального 

движ ения  карачаевского  народа,  активу  дем ократической 

организации  «Джамагат»)  порою  труднее  бывает  договориться  с 

представителями  ногайского  межрегионального  объединения 

«Бирлик»  и  с  ногайскими  общинами  на  территории  Карачаево- 

Ч еркесии,  в  том  числе  и  по  принципиальны м   вопросам  

национально-государственного  устройства,  чем  с  людьми,  не 

понимающими наш язык и далекими от нашей (единой с ногайцами) 

тюркской общности. В целом, задачи национального карачаевского 

возрождения (связанные с решением всего комплекса социальных,

4 2 9


адм инистративны х,  культурных  проблем,  непосредственно 

касающихся нашего народа) для нас несомненно более приоритетны 

чем несколько расплывчатые цели тюркского единения.  Во многих, 

особенно  политически  обостряющихся  ситуациях  последнего 

десятилетия  карачаевцы  гораздо  более  активно  демонстрировали 

свою солидарность с народами, не имеющими никакого отношения] 

к  «тюркам  России»  (например,  с  российскими  немцами,  которым 

уже в  1991  году было отказано в восстановлении Автономии немцев 

Поволжья, с ингушами в  1992 году, с чеченцами в  1994-1996 годах), 

чем с собственными братьями по «крови» (происхождению) и языку. 

Все это,  безусловно,  надо  иметь  в  виду,  но лишь  как  уточняющее 

разъяснение  сложной  ситуации,  ни  в  коем  случае  не  снимающее 

общего  положения  и  вывода  о  наличии  общетюркского  вектора  и 

актуальности  концепции тюркизма в  самосознании  карачаевского 

народа и  в  программе национального движения.

Наконец,  третьей  основой  самоидентификации  карачаевцев 

является их ощущение принадлежности к исламскому миру, к единой 

мусульманской умме,  выраженное в  формуле «Мы -  мусульмане».

Более узкая  и точная дефиниция определяет,  что  карачаевцы -  

это мусульмане-сунниты, большинство причисляет себя к м аз хабу 

(толку) имама Абу Ханифы, то есть считается ханафитами.  Однако 

и  другие  мазхабы  (правовые  школы  суннитского  ислама)  имеют 

распространение в  карачаевской среде,  прежде всего  шафиитский 

мазхаб  (что  сближает  карачаевцев  с  чеченцами,  ингушами  и 

народами  Дагестана,  где  шафииты  преобладают  среди  верующих 

мусульман).  По  данным  современной  социологии,  религиозное 

сознание среди  всех  народов  Центрального и  Западного регионов 

Северного Кавказа наиболее высоко развито у  карачаевцев.

Все  эти  три  важ нейш их  ком понента  соврем енного 

н ац и о н ал ьн ого  сам осознания  карачаевского  народа  и 

соответствую щ ие  парадигм ы ,  в  которых  разви вается  его 

н а ц и он ал ьн ое  движ ение  и  формирую тся  его  идеологемы , 

подпитываются  выводами  гуманитарных  наук,  опираются  на 

открытия  и  заключения  археологов,  историков,  этнографов, 

исламоведов как российской, так и зарубежных научных школ. При 

этом  процесс  «отбора»  ценностей  и  истин,  приемлемых  для 

национального  самосознания,  и  «отторжения»  неприемлемых 

выводов,  практически  независимо  от того,  насколько эти  выводы

4 3 0


обоснованы,  протекает  весьма  активно.  В  него  вовлечена  стихия 

массового  сознания  и,  разумеется,  карачаевская  ангажированная 

гум анитарная 

наука, 


вы рабаты ваю щ ая 

определенны е, 

«комплиментарные»  для  карачаевского  сознания  комплексы 

исторической  периодизации  и  этнокультурной  стратификации.  В 

эту  «комплиментарную»  систему  входят  теории  индигенности, 

этногенеза  на  местной  почве,  «древности»  карачаевского  народа, 

его  принадлежности  к  великому  тюркскому  миру  и  раннего 

проникновения Ислама в Карачай.

Мы  ни  в  коей  мере не  имеем  намерения отмежеваться  от этих 

теорий,  тем  более  что  в  больш инстве  случаев  именно  они 

убедительно  аргументированы   и  основаны  на  бесспорны х 

археологических 

откры тиях, 

п алеоэтн ограф и ческих, 

лингвистических  и  иных  научных  исследованиях.  Мы  не  можем 

отрицать,  что  конечным  продуктом  этих  теорий  становятся 

положения, которые можно использовать в политической борьбе, в 

обосновании  тех  или  иных  идеологических,  религиозны х, 

территориальных и т.п. претензий, бесспорных с нашей и спорных 

с чьей-либо иной, противоположной точки зрения. Однако подобная 

политизация гуманитарных наук и народных знаний о собственной 

истории  -   отнюдь  не  какая-то  исключительно  карачаевская  беда. 

Некоторые  соседние  национальные  школы  гуманитарных  наук, 

например,  осетинская,  кабардинская,  абхазская,  грузинская, 

армянская, не говоря уже о русской историографии, вырабатывают 

порою  гораздо  более  экспансивные  версии  великой  и  древней 

истории  своих  народов,  нередко  еще  более  засоренны е 

ф антастическим и  допусками,  натяж ками,  произвольны м и 

комбинациями.

Настольными  книгами  читающих  карачаевцев  являются  «К 

истории  карачаевцев  и  балкарцев»  Х.О.  Л айпанова  (1957), 

«Происхождение  балкарцев  и  карачаевцев»  Л.И.  Лаврова  (1959), 

«Карачаевцы и балкарцы -  древний народ Кавказа» Е.П. Алексеевой 

(1964; 2-е издание -  1993), «Карачаевцы. Историко-этнографический 

очерк»  под  редакцией  Л.И.  Лаврова  (1978),  «Тюрки  Северного 

Кавказа»  Х.Х.  Биджиева  (1993),  «О  происхождении  тюркских 

народов»  К.Т.  Лайпанова  и  И.М.  М изиева  (1993),  «История 

Балкарии  и  Карачая  с  древнейших  времен  до  походов  Тимура» 

И.М.  Мизиева (1996).

4 3 1


О пираясь  на  выводы  ученых,  мы  стараемся  активно 

пропагандировать  те  версии  этногенеза  карачаевцев,  которые 

утверждают  древнее  происхождение  нашего  народа  на  земле, 

которую  мы  считаем  своей  исторической  Родиной.  В  длительной 

истории формирования карачаевской народности просматриваются 

древнейшие слои,  относящиеся  к третьему тысячелетию до н.э.,  ко 

времени  ранних  контактов  (столкновений,  взаимовлияния) 

протокавказской  оседло-земледельческой  и  «курганной» 

кочевнической пратюркской культур. На эти древние пласты ложатся 

более поздние наслоения, связанные с движением и развитием скифо­

сарматской  культуры,  расцвет  которой  на  Северном  Кавказе 

относится  к  7-6  векам  до  н.э.  Аланская  ветвь  скифо-сарматской 

культуры  обретает яркую самобытность уже в  первых  веках  н.э.  и 

становится  основой  Аланского  государства,  распространявшего  в 

период с 5-6 до начала  13  века свое владычество  на значительную 

часть Северного Кавказа и определявшего высокий для того времени 

уровень социально-экономического развития,  градостроительства, 

военной  демократии  и  военной  орган изац ии,  духовной  и 

материальной  культуры.  Гипотезы  о  происхождении  карачаевцев 

от  изначально  тюркоязычных  алан,  а  также  о  том,  что  аланский 

конгломерат включал  в себя  как две равновеликие части тюркские 

и  ираноязы чны е  племена,  которые  соответственно  можно 

рассматривать  в  качестве  предков,  с  одной  стороны,  балкарцев  и 

карачаевцев,  с  другой  стороны,  осетин-дигорцев,  опираются  на 

анализ значительных пластов фольклора (древнего эпоса о Нартах) 

и на богатый археологический материал. Во всяком случае, глубокое 

убеждение в том, что история Аланского государства -  неотъемлемая 

часть  нашей  древней  национальной  истории,  а  его  культура -   это 

наше  национальное  наследие,  не  менее значимое для  нас,  чем для 

осетин,  укоренилось  в  сознании  карачаевского  народа  и 

поддерживается доводами ученых.

Значительный  интерес  представляют  также  болгарская, 

кипчакская, хазарская версии карачаевского этногенеза, отнюдь  не 

всегда  взаимоисключающие  или  противоречащие  друг  другу,  но 

позволяющие выявить различные компоненты, различные древние 

истоки  карачаевского  этнического  субстрата.  Эти  версии  находят 

общественный резонанс в карачаевской среде, определяя не только 

исторический  интерес  к древностям  гуннского царства, Тюркского

4 3 2



1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   35


©emirsaba.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

войти | регистрация
    Басты бет


загрузить материал