Ғылым комитеті М. О. Әуезов атындағы Әдебиет және өнер институты Сейіт Қасқабасов



жүктеу 4.57 Mb.

бет20/32
Дата22.12.2016
өлшемі4.57 Mb.
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   32

Литература народов Казахстана. – Алматы: 

Ғылым, 2004. – С. 3-17.

335

КіРіСПе СөЗ

(«Абай дәстүрі және қазақ әдебиеті» 

атты конференцияны ашқан сөзі)

Құрметті  әріптестер!  Өздеріңіз  жақсы  білесіздер,  соңғы 

жылдары  біздің  институт  Абайға  арналған  бірнеше  конферен-

ция өткізді. Мәселен, «Қазақтың бас ақыны», «Абай және ұлттық 

идея», «Пушкин –Абай және қазақ әдебиеті» атты халықаралық 

конференциялар  өте  мәнді  әрі  тартымды  өткен  болатын.  ол 

конференциялардың материалдары жеке-жеке кітап боп шығып, 

мамандар тарапынан үлкен қызығушылық туғызған еді. Биылғы 

конференциямыз  «Абай  дәстүрі  және  қазақ  әдебиеті»  деп  

аталады.


Сырттай  қарағанда,  бұл  –  әбден  айтылып,  жауыр  болған 

тақырып сияқты көрінуі мүмкін. Ақиқатында, тіпті де олай емес. 

Абай дәстүрі деп көп айтылатыны рас, бірақ сол Абай дәстүрі де-

ген не, ол қазіргі әдебиетте бар ма? – деген сауал үнемі алдымыз-

да тұрады. Әлбетте, бір конференцияда бұл мәселені шешіп тастау 

мүмкін емес. Жалпы, Абай дәстүрі деген проблема –таусылатын, 

түгесілетін мәселе емес. Өйткені Абай феномені – толық танып 

–  білуге  келмейтін  құбылыс.  Бұл  –  бір.  Екінші  –  Абайды  әр 

ұрпақ өзінше оқып, өзінше таниды, демек, Абай дәстүрі әр дәуірде 

қоғам  талабы  мен  ұрпақ  қажетіне  қарай  әр  қырынан  қаралады. 

Міне, осы тұрғыдан келгенде, біздің де Абай дәстүрі деген не, оны 

қалай  түсінеміз,  ол  қазіргі  әдебиетте  қалай  көрінеді  деген  про-

блемаларды бүгінгі қоғамдық, ұлттық, рухани сұраныстарымызға 

сәйкес қарастыратынымыз анық.

Меніңше, бұл сауалдарға тікелей жауап іздемес бұрын жалпы 

өзі әдебиеттегі дәстүр дегенді қалай ұғамыз, соны анықтап алған 

жөн  сияқты.  Әдетте,  дәстүр  дегенді  жиі  айтамыз,  алайда  соның 

әдебиеттегі  және  фольклордағы  жай-күйіне  мән  бермейміз. 

Мәселен,  фольклордағы  дәстүр  дегеніміз  –  бұрындары 

қалыптасқан шығармашылық әдістің жалғастығы. Ал әдебиеттегі 

дәстүр, менің ойымша, бұрынғы тәжірибені жаңғырту. Басқаша 

айтар  болсақ,  фольклордағы  дәстүр  –  бұрынғы  тәжірибені 

өзгеріссіз  қабылдау  әрі  жалғастыру.  Әдебиеттегі  дәстүр  – 

бұрынғыны сол қалпында ала салу емес, оны игеріп, өзгерте да-

мыту. Сол себепті әдебиетте даралық басым болады, жеке автор 


336

өзінен бұрынғыны дәл сол күйінде кайталамайды, оның өзі де, ту-

ындысы да өзгеше болады. Мысалы, Абайды алайық:

Шортанбай, дулат пенен Бұқар жырау, 

Өлеңі – бірі жамау, бірі – құрау, –

дейді.  Бұл  сөзімен  Абай  өзінен  бұрынғы  ақындарды  жоққа 

шығарып  отырған  жоқ,  керісінше,  олардың  мұрасын  жақсы 

білетінін, оны толық игергенін білдіріп отыр. Игеріп қана қойған 

жоқ, бойына сіңірді, өзіне тірек етті, бірақ олардың тәжірибесін, 

дәстүрін сол күйі қайталаған жоқ. Өзгертті, өзгерте жаңғыртты, 

дамытты.  Бұлай  етуді  оның  дәуірі,  Абайдың  рухани  қажеттігі 

мен  эстетикалық  мұраты  талап  етті.  Сондықтан  да  ол  «отырман 

ескі  бише  бос  мақалдап»,  –  дейді.  Міне,  әдебиеттегі  дәстүрдің 

ерекшелігі осында болса керек.

Ал,  енді  бүгінгі  таңда  Абай  дәстүрі  деген  не,  оны  қалай 

түсінеміз? Меніңше, қазіргі таңда Абай дәстүрі мынадай сипаттар-

да көрінеді. ол – әдебиетте жаңашылдық, поэзияда – әдемілік, 

қоғамда  –  әділеттілік.  осыларды  алдыңғы  қатарға  қойған  Абай 

үшін ең басты мәселе – сыншылдық пен шыншылдық. Бұлардан 

барып азаматкерлік (гражданственность) шығады, ол – сын мен 

шынды айта білу, өзіңді түзей білу, жетілдіру. Бұл түптеп келген-

де, өз ұлтыңды жетілдіру, сол арқылы қоғамды жетілдіру, дамы-

ту. Міне, шындықты, қаншалықты ащы болса да айту, адамдағы 

кемшіліктерді,  қоғамдағы  келеңсіздіктер  мен  әділетсіздікті, 

қаншалықты ауыр, қауіпті болса да сынау – бүгінгі таңдағы біз 

үшін де актуалды, Абай дәстүрі осы. Абай осындай азаматкерлігі 

үшін  жапа  шекті,  рухани  жалғыздыққа  ұшырады.  «Моласын-

дай бақсының жалғыз қалдым, тап шыным!», – деуі осыдан. ол 

қазақты жетілдірсем, қазақ қауымын өзгертсем, деп армандады. 

«түзетпек едім заманды» – дейді, бірақ түсінбестікке тап болды. 

Әбден  қажып,  көңілі  қалған  ақын  қоғамның  дертті  екенін,  оны 

түзеу  мүмкін  емес  екенін  көріп,  «ойлы  адамға  қызық  жоқ  бұл 

жалғанда» деп, өзінің зарын айтады.

Қазақ  қоғамын  жетілдіру  мәселесі,  XX  ғасырда  да,  бүгін 

де  –  өте  өзекті,  актуалды  проблема.  «Сұм  өмір  –  абақты  ғой 

саналыға»  деп  Мағжан  ұлы  Абай  ойын  іліп  әкетсе,  Мұқағали 

«Сәби  болғым  келеді»  деп  өз  қоғамынан  қашқысы  келеді.  Өмір 

туралы,  қоғам  жайлы,  ондағы  келеңсіздік  жөнінде  шындықты 



337

айтып  сынау  –  қазақ  ұлтын,  қазақ  қоғамын  жетілдіре  түсудің, 

ары  қарай  дамытудың  бір  жолы.  Екінші  сөзбен  айтқанда,  Абай 

қалыптастырған  әдебиеттегі  шыншылдық  пен  сыншылдық  – 

міне, біздің қазіргі әдебиетімізге өте қажет дәстүр осы.

Абай дәстүрі және қазіргі қазақ әдебиеті: 

Республикалық ғылыми-теориялық конференцияның 

материалдары. – Алматы: ӘӨИ компьютерлік баспа 

орталығы, 2007. – Б. 3-5.


338

ПРеДиСЛОвие К СБОРНиКУ 

«лИтЕРАтуРно-ХудоЖЕСтвЕннЫЙ дИАлоГ» 

(Алматы, 2008)

Казахская словесность, имена виднейших казахских писате-

лей органически вписаны в историю мировой культуры. Период 

независимости открыл новые горизонты и создал наиболее бла-

гоприятные условия для развития международных литературных 

и  культурных  связей  Республики  Казахстан.  в  изменившихся 

исторических реалиях настало время разработки новых методо-

логических  проблем,  связанных  с  переосмыслением  историко-

литературных  аспектов  диалога  культур,  определением  места 

казахской литературы в мировом художественном процессе, вы-

явлением роли и значения литературы в развитии современного 

национального самосознания в полиэтническом государстве.

Казахстан  издревле  был  вовлечен  в  мировой  культурный 

процесс.  Процессы  культурного  обмена,  уникальные  транзит-

ные  особенности  Казахстана  проявились  наиболее  отчётливо  и 

ярко с открытием великого шёлкового пути. уже в средние века 

мощно  развивались  тюркская,  казахская,  античная,  арабская  и 

китайская литературы и культуры, они привносили каждая своё 

и обогащали друг друга. особенно интенсивно культурные кон-

такты стали развиваться в новое время. особое географическое 

расположение – на перекрёстке востока и Запада, образ жизни 

и многообразие культур, существовавших на территории Казах-

стана, определили специфику казахской культуры, её открытость 

и  вселенскую  отзывчивость.  ХIХ  век  принёс  в  казахскую  степь 

проникновение  русской  культуры.  творения  мировой  классики 

стали знакомы казахскому читателю через русский язык.

древние культурные связи Руси со Степью прослеживаются 

на протяжении веков. о. Сулейменов в книге-эссе «Аз и я» приво-

дит множество тюркских терминов и грамматических конструк-

ций,  используемых  безвестным  автором  «Слова  о  полку  Игоре-

ве», и высказывает предположение, что написать «Слово…» мог 

и обрусевший кипчак. Связи русских с туранцами закреплены не 

только этнографически, но и антропологически, «ибо в русских 

жилах, несомненно, течёт, кроме славянской и угро-финской, и 

тюркская кровь».

татищев  и  Паллас,  левшин  и  Пушкин,  Потанин  и  Стасов, 



339

веселовский  и  тверитин  и  другие  заложили  основу  многих  на-

учных  дисциплин.  в  формировании  науки  о  казахском  устно-

поэтическом  творчестве,  берущей  начало  со  второй  половины 

XVIII  века  и  уже  в  досоветский  период  сложившейся  как  науч-

ная дисциплина, огромна роль российских учёных-востоковедов, 

тюркологов и деятелей культуры. на первом этапе становления 

науки  о  казахском  фольклоре  преобладала  ознакомительно-

описательная  работа,  носившая  порою  характер  экзотического 

любования. в этот период, за отдельным исключением, не было 

подлинно научных исследований о фольклоре и даже специаль-

ных текстовых сборников. отдельные же фольклорные сюжеты 

давались  в  пересказе  в  путевых  очерках,  дневниках  и  записях 

тех, кто бывал в Казахстане.

Первые сведения о хозяйстве, быте и культуре казахов стали 

известны России и Европе благодаря трудам П. Палласа, н. Рыч-

кова, И. Георги, Г.Г. Спасского и других. особенно значительным 

был  трёхтомный  труд  А.  левшина  «описание  киргиз-казачьих, 

или киргиз-кайсацких орд и степей» (1832 г.), высоко оценённый 

«литературной газетой», редактором которой был А.С. Пушкин.

начало  освоения  казахской  литературы  связано  с  именем 

Пушкина,  который  записал  поразивший  его  фольклорный  ше-

девр  «Козы  Корпеш  –  Баян  Сулу»,  а  тверитин  перевёл  его  на 

русский язык. Академик веселовский широко вводил казахский 

материал  в  научный  оборот.  Существенный  вклад  в  становле-

ние  казахской  фольклористики  внесли  Императорское  Русское 

географическое  общество,  его  отделы  и  подотделы  в  оренбур-

ге,  омске  и  Семипалатинске.  на  страницах  «Известий  ИРГо» 

и  «Записок  ИРГо»  печатались  научные  статьи  Г.  Потанина,  

П.  Семёнова-тянь-Шанского,  в.  вельяминова-Зернова,  в.  Рад-

лова,  а  в  периодических  изданиях  –  работы  И.  Алтынсарина, 

С. джантурина, т. Сейдалина, А. Белослюдова и многих других. 

особую роль сыграли научные сборники в. Радлова, И. Берези-

на, я. лютша, Г. Потанина. К концу ХIХ – началу ХХ столетия 

казахский  фольклор  стал  исследоваться  более  глубоко.  Это  – 

работы выдающихся русских учёных в.в. Стасова, вс.Ф. Милле-

ра, А.н. веселовского, в.в. Радлова, Г.н. Потанина. в последней 

трети ХIХ и начале ХХ века стали собирать и исследовать музы-

кальный фольклор Р.А. Пфенниг, А.Ф. Эйхгорн, М.Г. Готовицкий,  

в.А. Мошков, Г.И. Гизлер, С.Г. Рыбаков и другие.



340

Затем Казахстан стал проявлять интерес к России, что смени-

лось  впоследствии  взаимным  интересом.  Свидетельством  этого 

стало каждодневное взаимодействие и взаимообмен. И, конечно 

же, идеи трубецкого, Карсавина и других евразийцев нашли бла-

годатную почву в наших странах и в наших литературах.

диалог  востока  и  Запада  оказывает  влияние  на  литературу 

и  культуру  евразийских  государств.  немаловажное  значение  в 

сохранении  межэтнического  согласия  имеет  евразийская  мен-

тальность, присущая двум ведущим этносам страны – казахам и 

русским, от психологического настроя которых многое зависит в 

политической жизни нашего государства.

в менталитете этих двух наций наличествует много общего, 

выработанного не только историческими и культурными обсто-

ятельствами,  сформированными  многовековой  их  совместной 

жизнью.  общая  для  них  ментальность  является  также  плодом 

условий  их  жизни,  протекавшей  на  огромных  просторах  Ев-

разийского  континента,  с  его  бескрайними  степями  и  лесами, 

требовавшими от людей неимоверных усилий и энергии, чтобы 

обеспечить  себя  какой-нибудь  достойной  жизнью.  Именно  это 

сформировало  в  течение  многих  тысячелетий  т.н.  евразийскую 

ментальность, рудименты (реликты) которой наиболее отчётливо 

сохранились в психологии, характере и поведении современных 

казахов и русских.

для евразийских народов, живущих не в глубинной Европе 

и  Азии,  характерны  толерантность,  открытость  и  доверчивость. 

Эти черты характера особенно ярко обнаруживаются в ментали-

тете казахов и русских. терпимость к чужим религиям, к разноя-

зыким соседям является следствием открытости и доверчивости 

обоих  народов.  Конечно,  и  эти  качества  имеют  свои  историко-

социальные  корни.  Ещё  в  раннем  средневековье  в  Казахстане 

мирно уживались люди, проповедовавшие ислам, христианство, 

буддизм  и  иудаизм.  в  нашей  стране  никогда  не  было  конфлик-

тов, вызванных религиозной нетерпимостью. И в России русское 

православие  не  изгоняло  людей  иной  веры.  надо  полагать,  что 

такая толерантность также обусловлена огромными просторами 

Евразийского континента, подарившего своим жителям широту 

души и открытость, как сами просторы, доверчивость, как сама 

природа, подлинным детищем которой были евразийские наро-

ды.  думается,  что  такая  сформированная  веками  евразийская 



341

ментальность, как характерная черта евразийских наций, высту-

пает в настоящее время одним из главных факторов сохранения 

межэтнического согласия в нашей стране.

Современный  литературный  процесс  Казахстана,  являясь 

составной  частью  мирового  литературного  процесса,  наследует 

традиции предшествующих культурных эпох. литературная клас-

сика, переосмысленная с новых позиций и вовлечённая в диалог 

культур,  наполняется  новым  содержанием,  открывается  новы-

ми гранями, ранее не исследованными. диалогизм предполагает 

много  аспектов  (межличностный  диалог,  диалог  текстов,  диалог 

внутри текста, диалог героя и автора и т.д.). Подтверждением того 

является  регулярное  проведение  международных  конференций 

и издание их материалов: «Россия – Запад: диалог культур» (МГу 

им. М.в. ломоносова), «восток – Запад: диалог культур» (Казну 

им. Аль-Фараби), издание сборников «диалог культур» (Барнаул), 

«литературная классика в диалоге культур» (Москва) и т.д.

у Института литературы и искусства им. М.о. Ауэзова Мон 

РК и Института мировой литературы им. А.М. Горького РАн уста-

новились прочные отношения. в серии «Эпос народов Евразии» 

вышел том, посвящённый лучшим образцам казахского романи-

ческого эпоса «Козы-Корпеш и Баян-сулу. Кыз Жибек» (Москва, 

2003). Проведены две совместные международные научные кон-

ференции «духовное наследие и современная культура: тексто-

логия, освоение, изучение» (2005) и «Пушкин – Абай и казахская 

литература»  (2006).  участники  последней  обсуждали  проблемы 

литературной  рецепции,  особенно  характерные  для  казахско-

русских  литературных  взаимоотношений.  Среди  участников 

видные  учёные  России,  узбекистана  и,  разумеется,  Казахстана: 

доктор  филологических  наук,  профессор,  главный  научный  со-

трудник  ИМлИ  им.  А.М.Горького  П.в.  Палиевский,  доктор  ис-

кусствоведения Ан узбекистана М.А. Хамидова и другие. от нас 

– известные учёные Ш.Р. Елеукенов, Ж. Исмагулов, С. Абдрах-

манов,  н.о.  джуанышбеков,  А.С.  Исмакова,  т.в.  Кривощапова, 

С.в. Ананьева и другие.

Абай  и  Пушкин  –  фигуры  ренессансного  типа,  два  гения, 

яркие представители евразийской культуры. Благодаря их твор-

честву,  выступающему  примером  взаимопонимания  и  проник-

новения,  русская  и  казахская  литература  стали  широко  извест-

ны мировому сообществу. великий казахский поэт, гениальный 



342

мыслитель,  талантливый  композитор  Абай  –  феноменальное 

явление не только казахской, но и мировой литературы. Просве-

щённый ум, тревожная ищущая мысль, удивительная цельность 

взгляда на мир отличали его поэзию, насыщенную философски-

ми раздумьями о думах и чаяниях родного народа, о гуманисти-

ческой сущности человеческого бытия. Идеи торжества разума, 

непреходящей  значимости  нравственности,  неизмеримой  цен-

ности знания были определяющими в его многогранном творче-

стве, а благодаря переводам на русский язык Абай стал достояни-

ем всего человечества.

Поэт  Ренессансного  типа,  степной  побратим  И.в.  Гёте  и  

А.С. Пушкина, он был открыт восприятию культурных ценностей 

восточной и западной цивилизаций. обогатив свой поэтический 

мир народным творчеством, казахский поэт связал прошлое с со-

временностью, создав сплав из всего лучшего, что было в миро-

вых культурах.

в  приветственном  слове  консул  Генерального  консульства 

России  в  Алматы,  представитель  Росзарубежцентра  в.т.  Сели-

ванов  отметил,  что  за  прошедшие  после  распада  СССР  15  лет  и 

России, и Казахстану пришлось напряжённо и целенаправленно 

работать над тем, чтобы сгладить те диспропорции, которые воз-

никли на начальном этапе в государственном строительстве, эко-

номике, науке, образовании, производстве и социальной сфере. 

Помимо решения сугубо внутренних задач, отмечается устойчи-

вая положительная динамика по всем важнейшим направлениям 

российско-казахстанских  отношений.  воссоздан,  в  том  числе, 

необходимый  геостратегический  баланс  нашей  внешнеполити-

ческой деятельности. важнейшими его проявлениями являются 

такие примеры укрепления доверия и взаимопонимания, как ра-

тификация договора о российско-казахстанской государственной 

границе и официальная передача Президентом России – Прези-

денту  Казахстана  председательства  в  Совете  глав  Содружества 

независимых государств.

начало  Года  Абая  в  России  ознаменовано  было  открытием 

памятника  выдающемуся  сыну  казахского  народа  Абаю  Кунан-

баеву в центре Москвы, на Чистых прудах. А тот горячий отклик, 

который  получила  пушкинская  тематика  на  земле  Казахстана, 

позволяет  констатировать,  что  инициатива  наших  президентов 

создала  благоприятные  условия  для  дальнейшего  обогащения 



343

многообразной  палитры  российско-казахстанских  культурных 

связей.

доктор филологических наук, профессор, главный научный 



сотрудник ИМлИ им. А.М. Горького РАн П.в. Палиевский про-

изнёс проникновенные слова о двух гениях российской культу-

ры – Пушкине и Глинке. Почти все подлинные деятели русской 

культуры, подчеркнул московский учёный, тянутся к высшему со-

вершенству. но Глинка в этом общем движении – ближе других 

к Пушкину в приобщении к иным национальным стихиям. Через 

«вольного горца» с лезгинкой и садами Черномора в «Руслане» 

Глинка сразу выводит русское духовное пространство на восток. 

оно расширяется почти мгновенно через Кавказ Рубинштейна в 

«демоне», балакиревский «Исламей» и Среднюю Азию Бороди-

на, арабское роскошество «Шехерезады» Римского-Корсакова и 

многое подобное. в «Иване Сусанине», в польской сцене Глинка 

создал образ такой красоты и притягательности, перед которым 

вот уже почти 2 века ничто не может устоять.

одна уникальная способность Глинки, которую он разделя-

ет  с  Пушкиным,  по  мнению  П.в.  Палиевского,  выглядит  сейчас 

наиболее значительно. Это – абсолютная уверенность во благе 

жизни  и  классическая  ясность  её  выражения.  личное  общение 

Пушкина  и  Глинки  крайне  скупо  выдаёт,  как  его  музыка  шла 

шаг за шагом за поэзией Пушкина. он не числится в кругу дру-

зей  Пушкина,  подобно  Жуковскому,  дельвигу,  Плетневу  и  его 

сверстнику Соболевскому. Зато – незаметно для них впитывает 

и перенимает черты пушкинского гения. Музыка Глинки прини-

мает на себя единую, ещё не разбежавшуюся по сторонам зада-

чу Пушкина. в ней снова виден главный, центральный ориентир, 

который нельзя в любых обстоятельствах терять. Именно с ухо-

дом Пушкина у Глинки ясно проступают черты утраченного рая, 

о которых сказал Асафьев; поэтические и музыкальные образы 

Пушкина и Глинки совершенно совпадают.

в рамках последней конференции состоялся «круглый стол» 

«литературная классика в диалоге культур». Его участники пред-

приняли  попытку  осветить  процессы,  происходящие  в  мировой 

литературе и литературе Казахстана, придя к мнению, что каж-

дый из классиков составляет целую эпоху, самостоятельный мир, 

со своим особым отношением к большим мировым вопросам, ко-

торые решаются или заново ставятся с перспективой на будущее. 



344

литература существует и уходит от внутренних идеологических 

установок, а задачей искусства остаётся самовыражение таланта 

и гения.


в  статьях,  представленных  на  страницах  сборника 

«литературно-художественный  диалог»,  изучение  литературы 

(особенно рубежа веков) обнаруживает новые аспекты в её раз-

витии. творчество выдающихся классиков казахской литературы 

Абая, М. Ауэзова, поэтов С.-М. торайгырова, М. Жумабаева и их 

преемников получает новое осмысление и освещение в контексте 

диалога культур, одной из форм которого выступает литературное 

взаимодействие.  «Смена  литературно-эстетической  парадигмы, 

происходившая на наших глазах, коренным образом повлияла на 

всю систему литературоведческого мышления, его теорию и ме-

тодологию, включая раздел, изучающий проблемы сравнительно-

сопоставительного изучения литератур… творческое восприятие 

эстетического  опыта  других  народов,  переосмысление  и  транс-

формация его, являясь одним из конкретных проявлений общих 

законов  искусства,  не  вымывают  фундамент  единичного,  наци-

онального, созданного всей историей данного народа, а способ-

ствуют умножению его духовных богатств новыми ценностями», 

– пишет Ш.Р. Елеукенов, автор статьи «Пушкин и эпистолярный 

роман Абая», в которой предлагает считать эпистолярный роман 

Абая не как перевод «Евгения онегина» Пушкина, а как его вер-

сию, самостоятельное произведение. Произведение Абая, роман 

в  письмах,  –  акт  свободного  творчества.  И  если  назвать  роман 

«Евгений  –  татьяна»,  то  это  название  отвечает  национальной 

традиции («Козы Корпеш – Баян Сулу» и т.д.). у Абая образ оне-

гина создан по традиции реализма Просвещения, главный герой 

изображается как образец подражания для казахских джигитов. 

Роман Абая не укладывается в рамки традиции «назира». К нему 

не  подходят  и  принятые  нормы  адекватного  перевода.  лири-

ке Абая и его эпистолярному роману, по глубокому убеждению  

Ш.Р. Елеукенова, принадлежит особая роль в становлении казах-

ского романа.

о  гётевской  «ночной  песни  странника»,  переложенной 

Абаем  и  зазвучавшей  по  всей  казахской  степи,  размышляет  

Г.  Бельгер  в  статье  «отзвуки  (Шиллер  –  лермонтов  –  Абай)». 

Это совершенно уникальный факт в истории мировой культуры. 

Посредником между германским и казахским поэтами оказался 



345

русский гений – Михаил Юрьевич лермонтов. Философская до-

минанта творчества немецких и русского поэтов оказалась близ-

ка,  более  того  –  созвучна  абаевской  музе,  он  чутко  расслышал 

обертон  чужедальной  музыки  и  переложил,  воспроизвел  его  на 

свой лад, сделав его понятным, родным казахскому мировоспри-

ятию.  явление  достойное  и  гордое.  в  нём  слышится  лейтмотив 

шиллеровской «оды радости», так ликующе, так страстно воспе-

вавшей родство, единение душ («породнись душа с душой»), при-

зывавшей «к откровенью в сердцах», к объединению миллионов.

Абай  был  удивительным  переводчиком,  своеобычным  ин-

терпретатором. он, по мнению Г. Бельгера, переводил то, что его 

волновало, ложилось на его душу, соответствовало его мироощу-

щению, душевному настрою. И при этом он никогда не упускал 

из виду ту среду, в которой должен был бытовать его перевод, то 

есть ту национальную почву, в которую он как бы пересаживал 

иноземное творение, приспосабливал к казахской ментальности, 

адаптировал для казахского слуха. он словно усыновлял «чуже-

родное» стихотворение, внедрял его в казахское сознание, делал 

его своим, кровным, родным. обряжал в национальную одежку, 

облекал даже в мелодию, в музыку. И потому в его поэтическом 

наследии встречаются разные переводы: точные, вольные, пере-

ложения,  переделки,  подражания.  но  на  основе  шиллеровско-

лермонтовской миниатюры, раздвинув её границы, по сути дела 

казахский  поэт  создал  новое  произведение,  также  лапидарное, 

афористическое по форме, отмеченное опытом зрелого ума и на-

циональным мировосприятием.

яркой  моделью  решения  литературной  рецепции,  восприя-

тия инонационального мира в современной ситуации на примере 

взаимоотношения  русской  литературы  с  литературами  Кавказа 

является статья «Конфликт ценностей или ценность разнообра-

зия?  о  литературной  рецепции  инонационального  мира»  заве-

дующего отделом литератур народов РФ и СнГ Института миро-

вой литературы РАн, доктора филологических наук, профессора 

К.К. Султанова. открытие и познание Кавказа в его реальной и 

культурно-мифологической ипостасях прямо участвовало, пере-

растая  уровень  тематического  предпочтения,  в  формировании 

духовных  приоритетов  и  ценностных  ориентаций  русской  ли-

тературы, в становлении писательских судеб. в русской литера-

туре наблюдалось постепенное смещение точки зрения в сферу 



346

изнутри  познаваемого  горского  локуса,  кавказского  мира  как 

самодостаточной  реальности.  Познание  изнутри  означало  при-

знание  внутренней  шкалы  ценностей,  принципов,  на  которых 

кавказский  мир  незыблемо  стоял,  сохраняя  своё  лицо  вопреки 

катастрофическим обстоятельствам.

«назревшая  потребность  в  переходе  от  описательной  исто-

риографии русской литературы о Кавказе к историософии худо-

жественного открытия Кавказа, от факта к его феноменологии, 

к  выявлению  всего  состава  смысловых  интенций  кавказского 

дискурса, – подчёркивает К.К. Султанов, – позволит изменить 

стратегию  прочтения  привычного  материала,  выявляя  его  па-

радигмальное  ядро.  Ценностный  центр,  этическая  сверхзадача 

или,  если  хотите,  болевая  точка  исхода  на  Кавказ  не  столько  в 

изгнании  так  называемого  варварства  под  миссионерским  фла-

гом  неумолимо  наступающей  цивилизации,  сколько  в  глубин-

ном  зондировании  идеи  сближения  и  возможного  преодоления 

историко-культурного отчуждения. Этот подход становится праг-

матически актуальным и в более широком смысле, если не забы-

вать о нынешней обстановке обвального роста невежественных 

представлений о Кавказе и, с другой стороны, тотального обесце-

нивания, в том числе самого феномена русской классики, кото-

рая в постмодернистском дискурсе нередко представляется как 

некий «артефакт».

Концептуально важным представляется и другой аспект за-

тронутой  проблематики.  трудно  переоценить  роль  и  значение 

русской литературной классики как одного из генераторов (наря-

ду с восточной и арабо-мусульманской традициями) становления 

наших  национальных  культур,  как  носителя  и  проводника  идеи 

универсализма.  Более  широкая  трактовка  коммуникативных 

функций  национальной  (нерусской)  литературы,  испытавшей  в 

своём формировании духовное притяжение русской литературы, 

позволила бы утвердить в системе представлений о её динамике и 

гносеологических возможностях понятие «мировая литература» 

как  рабочую  категорию  и  необходимое  звено  в  иерархии  взаи-

мосвязанных  уровней  (национальное  –  региональное  –  миро-

вое).

особую  актуальность  для  литературоведения  представляет 



малоисследованный вопрос о развитии символизма и романтиз-

ма в казахской литературе. особую значимость приобретает ис-



347

следование  эволюции  романтизма  как  явления  художественно-

литературной  системы  Казахстана  начала  столетия.  ведущими 

тенденциями  казахской  литературы  начала  века  выступают  ин-

тенсивное  развитие  романтизма,  символизма,  реализма,  углу-

бление  социальной  дифференциации,  усиление  философского 

звучания, обогащение психологического анализа, новые, нетра-

диционные формы прозы и поэзии.

Художественный  процесс  исследуемого  периода,  как  от-

мечает  автор  статьи  «Символизм  в  казахской  литературе»  

Б.Б. Мамраев, отмечен определяющей ролью фольклорного влия-

ния,  просветительско-романтическим  симбиозом,  слитностью 

романтического и реалистического художественного мышления. 

Историко-литературное значение казахского романтизма заклю-

чается в том, что он послужил важной и необходимой ступенью 

дальнейшего  развития  национальной  литературы  на  её  пути  к 

реализму.  Поэты  романтического  и  символистского  направле-

ния, безусловно, внесли новое содержание в центральную тему 

литературы – тему личности, тему человека, его естественного 

права  на  свободу.  они  приблизили  поэзию  к  успешному  реше-

нию задачи отражения реальной действительности.

творчеству  крупнейших  поэтов  и  писателей  начала  века 

С.-М. торайгырову, М. Жумабаеву, Б. Кулееву присущи гумани-

стический  дух,  демократическое  чувство,  обострённый  патрио-

тизм  –  имено  эти  черты  дают  возможность  воспринимать  ка-

захскую литературу начала столетия как особую эпоху в истории 

художественной мысли Казахстана.

ливия  Которча,  автор  статьи  «николай  Гоголь  и  велимир 

Хлебников  (непрерывность  в  срыве)»,  выявляя  органическую 

связь  авангарда  с  Гоголем  (провозвестившего  и  создавшего  но-

вую  парадигму,  которой  будет  следовать  ХХ  век)  по  линии  ви-

дения мира и поэтики, обращается к одному из представителей 

этого  движения  –  велимиру  Хлебникову.  Подобно  Гоголю,  с 

самого  начала  своего  творческого  пути,  Хлебников  видит  себя 

пророком и медиумом, через которого мир может снова обрести 

свой первоначальный образ. Более того, проблематика «украина 

и  украинцы»  становится  знаковой  для  мышления  и  творчества 

Хлебникова.

Хлебников  путешествует  по  всем  островам  и  землям  мира 

вместе  с  Гоголем,  что  блестяще  демонстрирует  ливия  Котор-



348

ча,  приходя  к  выводу,  что  «автор  «Мёртвых  душ»  научил  Хлеб-

никова, своего «двойника» ХХ века, что смотреть и исследовать 

объективный мир нужно именно для того, чтобы превзойти его 

предметность и превратить «вещь в себе» в субъективную фор-

му духовного опыта. но Гоголь говорит, что такое чудо возможно 

осуществить, не отринув очарования и покоя материи, вдыхаю-

щих в неё особый вид духовности, приближающих её к абсолю-

ту».

об  ориентализме  в  творчестве  поэтов  и  графиков  Бессара-



бии пишет Мирослава Метляева. Истоки традиций ориентализма 

в европейском искусстве исследователь находит ещё в ХVII веке 

у Карпаччо и Рембрандта, копировавших восточные миниатюры. 

Если  в  XVIII  –  первой  половине  XIX  века  европейцев  пленяла 

игра причудливого орнамента и красочность китайской и япон-

ской живописи, то для импрессионистов больший интерес стало 

представлять  другое  искусство,  доселе  неведомое  Западу:  лако-

ничное, но предельно острое по рисунку, монохромное искусство 

школы чань (дзэн). любопытным в этом плане считает Мирослава 

Метляева творчество молдавского художника и графика – Алек-

сея  Колыбняка,  особо  обращая  внимание  на  соотношение  изо-

бражения и каллиграфического текста.

любопытные  примеры  влияния  искусства  японии  и  Китая 

прослеживаются и в поэзии Молдовы (Бессарабии). особый ин-

терес, как считает автор публикуемой в нашем сборнике статьи, 

вызывала и вызывает средневековая японская поэзия, имеющая 

продолжение и в новое время. Мирослава Метляева подчёркива-

ет эстетический феномен воздействия живописи и поэзии Китая 

и японии, смысл которого скрывается во многих семантических 

структурах:  философских,  логико-понятийных,  мифопоэтиче-

ских, нормативно-описательных. условность пространства и вре-

мени, пребывающих в произведениях живописи и поэзии по от-

ношению к бытовому восприятию этих двух параметров, можно 

уподобить условности языка.

Проанализированные  в  статье  М.Х.  Мадановой  «Европей-

ские  источники  по  литературному  творчеству  Мухтара  Ауэзо-

ва»  иностранные  публикации  позволили  выявить  и  определить 

некоторые  закономерности  восприятия  творчества  Ауэзова  за 

рубежом. По свидетельствам многих зарубежных критиков, эпи-

ческий роман Мухтара Ауэзова «Путь Абая», ставший энцикло-



349

педией  жизни  казахского  народа,  признан  шедевром  мировой 

литературы.  указывая  на  контактно-генетические  связи,  М.Х. 

Маданова подчёркивает, что наряду с ними, в обширной литера-

туре  по  зарубежной  рецепции  творчества  Ауэзова  существует 

множество интересных документов, отражающих и уровень ти-

пологических литературных связей. в этих статьях и рецензиях 

иностранных  авторов  зачастую  приводятся  новые  и  неожидан-

ные  сравнения  и  параллели,  вызванные  чтением  произведений 

Ауэзова,  и  различные  ассоциации  с  событиями  в  современной 

жизни или ассоциации с конкретными личностями, широко из-

вестными у себя на родине.

одним из авторитетных источников восприятия творчества 

М.о.  Ауэзова  являются  иностранные  литературные  энцикло-

педии  и  справочники. в  80-90-е  годы  ХХ  столетия  имя  Мухтара 

Ауэзова впервые появилось в таких широко известных энцикло-

педиях,  как  энциклопедия  Брокгауза,  энциклопедия  мировой 

литературы Кренера (Германия), энциклопедия ларусс, а также 

всемирный справочник по литературам ларусс (Франция). Пред-

ставленные материалы наглядно демонстрируют, что творчество 

Ауэзова имело исключительное значение в процессе формирова-

ния  международных  литературных  связей  казахского  народа  и 

мирового признания казахской литературы.

Жизнь  и  творчество  А.С.  Пушкина,  поэта  ренессансного 

типа,  по-прежнему  приковывают  к  себе  пристальное  внимание 

современных исследователей, в книгах которых давно известные 

факты и эпизоды получают принципиально новое толкование и 

объяснение.  Исследования  н.  Раевского  позволяют  полнее  вос-

создать  облик  н.н.  Гончаровой,  живую  картину  жизни  семьи 

Гончаровых, д.Ф. Фикельмон, П. вяземского, и, конечно же, са-

мого  Пушкина.  Ценность  книги  «Портреты  заговорили»  н.  Ра-

евского, обогатившей мировую пушкиниану, в том, что большое 

количество  иноязычных  документов,  в  том  числе  выдержки  из 

писем  Александра  I  к  юной  графине  внучке  Кутузова  д.Ф.  Фи-

кельмон и её матери Е.М. Хитрово, переведены с французского 

самим н. Раевским и опубликованы им впервые. таким образом, 

благодаря истинно подвижнической деятельности писателя, но-

вые материалы, введённые в научный оборот, становятся достоя-

нием широкой научной и читательской аудиторий. 

для книг н. Раевского характерно многоуровневое восприя-



350

тие,  зависящее  от  культурного  контекста,  вложенного  автором, 

и от уровня читающего. восприятие происходит при совместном 

вхождении в текст и попытках уже не анализа, а продолжения. 

Информация,  полученная  в  процессе  чтения,  предполагает  не 

конечный результат, каким бы он важным ни был для автора, а 

именно способ познания как процесс, принципиально не имею-

щий окончания. Этот постоянно продолжающийся процесс и есть 

результат чтения. в такой прозе точка зрения смещается, и автор 

становится своим собственным читателем, а читатель – соавто-

ром, каждый раз заново создающим написанное. текст уходит в 

глубину,  увлекая  читателя.  Книги  казахстанских  пушкинистов  

н. Раевского, н. Гринкевича, Г. Гайворонского, К. Кешина и дру-

гих введены в научный оборот, их цитируют исследователи твор-

чества поэта.

Схожесть  не  только  в  образах,  но  и  в  идеях  произведений  

у. Фолкнера и М. Ауэзова отмечает А.К. тусупова. Это связь меж-

ду природой и детьми, сходство в стиле авторов, в их манере опи-

сывать пейзажи, в одном случае, это степные просторы, сугробы, 

которые выдерживают вес волка, а в другом – автор говорит о 

зелёных лесах, доме медведя, где он может исчезнуть или внезап-

но появиться. Кажется, что природа заодно с хищниками, то есть, 

против человека.

в статье «восприятие творческого наследия Абая Кунанбае-

ва за рубежом» А.К. Машаковой представлен процесс перевода 

произведений Абая на иностранные языки и, соответственно, их 

рецепции зарубежными читателями, учёными и литературными 

критиками.  основной  особенностью  рецепции  творческого  на-

следия Абая Кунанбаева за рубежом является тот факт, что наи-

более  активно  произведения  Абая  стали  переводиться  на  ино-

странные языки только в период независимости Казахстана. При 

этом наибольшее количество переведённых на иностранные язы-

ки книг с произведениями Абая появилось в 1995 году: сборники 

с его поэмами и избранными стихотворениями появились в тур-

ции, Иране, Пакистане, Индии, Китае, Монголии. творения Абая 

были переведены на французский, корейский языки. в дальней-

шем перевод на иностранные языки произведений Абая продол-

жался. в 2001 году были изданы «Слова назидания» на немецком 

языке, в 2007 году – на арабском языке.


351

таким образом, творчество Абая является объектом присталь-

ного внимания и изучения со стороны европейских и восточных 

профессиональных читателей, которые высоко оценивают вели-

кие  творения  казахского  поэта.  литературные  критики  указы-

вают на важную роль казахского поэта в духовном развитии на-

рода, сравнивая его с выдающимися личностями своей страны и 

ставя Абая в один ряд с классиками мировой литературы. Поэзия 

Абая сочетала в себе черты западной и восточной классической 

поэзии, поэтому его творчество является понятным и близким по 

духу и западным, и восточным читателям. они подчёркивают, что 

произведения Абая, созданные в прошлом столетии, до сих пор 

не утратили своего общечеловеческого значения и продолжают 

служить высоким идеалам современного мира.

в современных условиях акцент государственной политики 

закономерно перемещается от вопросов экономики и политики к 

проблемам духовности. Происходит осознание того, что именно 

художественно-эстетическая  культура  является  основой  устой-

чивого  духовного  развития  общества.  литература  на  современ-

ном  этапе  развивается  ярко  и  интенсивно,  включаясь  в  диалог 

культур,  так  как  писатели,  живущие  в  разных  странах  и  имею-

щие различные мировоззрения, участвуют в диалоге как совре-

менники,  вступают  в  перекличку  двух  и  более  культур.  диалог 

становится всё более явственнее, насыщеннее и весомее.




1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   32


©emirsaba.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

войти | регистрация
    Басты бет


загрузить материал