С. Торайғыров атындағы Павлодар мемлекеттік



жүктеу 80.25 Kb.

бет2/12
Дата15.03.2017
өлшемі80.25 Kb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12
часть, или кереге, есть решетка, слегка 
скрепленная в перекрестках ремнями 
так, что удобно складывается, когда 
нужно везти юрту, и раздвигается, когда 
юрту ставят. Окружность юрты состоит 
от двух до восьми решеток, связанных 
вместе и называемых канат.
Ууки,  или  выгнутые  стрелы, 
составляют  свод  юрты,  нижние 
концы их привязываются к кереге, а 
верхние, заостренные, запускаются в 
дыры,  пробитые  на  боку  чангарака, 
составляющего самый венец юрты.
Ч а н г а р а к о м   н а з ы в а е т с я 
деревянный  круг,  скрепленный 
несколькими  выгнутыми  кверху 
поперечинами.  Он  служит  в  юрте 
отверстием для прохода дыма и света 
и закидывается отдельной квадратною 
кошмою,  по  нужде  снимаемой  и 
закидываемой.
Войлоки, которыми закрывается 
юрта  сверху,  имеют  различный  вид 
и  потому  носят  разные  названия. 
Нижние кошмы, закрывающие кереге, 
называют туурлык; верхние, лежащие 
на стрелках, — узюк; кошма, имеющая 
четырехугольный вид с удлиненными 
концами, накидываемая на чангарак, 
называется тюндюк. Для выхода дыма 
из юрты в ненастную погоду тюндюк 
поднимается  на  бакан,  т.  е.  жердь, 
которая зацепляется за угол его изнутри 
и  подымается  против  ветра,  чтобы 
заградить его. Особенный небольшой 
продолговатый  войлок,  подшитый 
чием, закрывает дверь. Для большей 
теплоты  кереге  одеваются  снаружи 
между  ним  и  кошмою  еще  чием 
—  тонким  тростником,  обмотанным 
разного цветного шерстью.
Ставить юрту — дело кайсацких 
жен.  Да  и  нетрудно  ее  подставить: 
связать  кереге,  поднять  чангарак 
на  ууки.  накинуть  кошмы,  обвязать 
все это двумя арканами, да вставить 
и  привязать  к  краям  кереге  бруски 
дверей — и вся работа.
Окраины войлоков для прочности 
обшиваются  джиеком,  т.  е.  вязаною 
шерстяною кромкою, а нижние края 
узюка — особыми шерстяными, иногда 
суконными, разного цвета с фигурными 
клапанами,  пришиваемыми  за  оба 
конца  к  кошме;  под  эти  клапаны, 
отстоящие  один  от  другого  во 
всей  окружности  юрты  на  аршпн 
продевается особая широкая, красная 
шерстяная тесьма, называемая баскур, 
которая  и  укрепляет  плотно  узюк  к 
дереву  юрты.  Иногда  косяки  дверей 
с обеих сторон убираются костяными 
резными фигурными изображениями 
или обиваются тонкими [пластинками] 
меди  с  выдавленными  украшениями. 
Внутри  богатые  кайсаки  юрту 
украшают шелковыми ташкентскими 
материями;  такие  чистые  юрты 
обыкновенно изготовляются в приданое 
дочери  и  называются  утау,  их  не 
выставляют зимой, чтоб не задымить, 
а  можно  видеть  только  летом  и 
то  [ставят  их  только]  для  дорогих 
гостей.  Средняя  цена  юрты  такого 
достоинства  от  200  до  400  баранов. 
КЛАССиКТЕр қАзАқ хАЛқы ТУрАЛы

17
Белая кошма, употреблённая на юрту, 
предпочитается другому цвету.
Кереге, ууки и чангарак красятся 
пережженною охрою (джуса). В бури 
юрта под чангарак подпирается изнутри 
высокой палкой и сопротивляется напору. 
Палка эта называется бакан. Взглянем 
теперь  внутрь  юрты.  Супружеское 
ложе в юрте помещается от входа или 
направо или прямо против дверей; все 
богатства и имущество помещаются 
в  коврах  и  русских  красных  ящиках 
(т. е. сундуках русской работы. – ред.  
А.Х.  Маргулан)  по  правую  сторону 
кровати  и  при  посещении  любимым 
гостем  накрываются  большим 
шелковым ковром. Почетное место, где 
усаживают почетных гостей,— около 
изголовья постели.
Саба  с  кумысом  и  вычурным 
[поставленным]  в  нее  писпеком,  т.  о. 
палкой, употребляемой для взбивания 
кумыса,  ставится  немного  поодаль, 
в  ногах  кровати;  домашняя  утварь 
направо  от  входа  загораживается 
отдельным  чием.  Оружие  вешается 
над постелью. На чангараке, особенно 
осенью,  вы  увидите  коптящуюся 
конину,  баранину,  казы,  о  которых 
в  своем  месте  будет  сказано,  новые 
турсуки под кумыс, подойники, шкуры 
под айран и пузыри под масло.
На  кереге  встретите  русский 
медный  таз  с  приделанным  к  нему 
уродливым железным кольцом, рядом 
с  ним  нагайку  и  за  ууком  шапку 
или  чашку.  У  простых  и  бедных 
киргизов  беспорядок  еще  больше; 
там нет почетного места для кунака, 
по крайней мере его нельзя заметить 
как  замечается  это  у  порядочного 
кайсака, в юрте которого постланы на 
землю  кошмы,  а  на  почетном  месте 
— сверху ковер. У бедняка везде видно 
неряшество, начиная с почерневшего 
от дыма чангарака до прогоревшей на 
земле ямы от постоянного огня.
К  окончательной  и  полной 
картине  юрты  присоединяется  еще 
чайник для чая или кувшин (куман) 
с  водою  для  омовений,  никогда  не 
сходящие со своего обычного места, 
на котором разводится огонь. 
У  киргиз-кайсаков  существует 
еще другая юрта, называется кос (кош), 
или джулум-уй. Она употребляется у них 
для табунщиков лошадей или во время 
походов и в этих случаях для перевозки 
вьючится на лошадей. Кошей немного, 
и если в ауле иногда и встретится кош, 
то он, вероятно, принадлежит торговцу. 
Кош  отличается  от  юрты  прямыми 
ууками  и  отсутствием  чангарака, 
вследствие  чего  имеет  коническую 
вершину, нижние концы ууков вместо 
завязок заменены короткими петлями, 
которые скоро надеваются на головки 
кереге; кош редко бывает больше двух 
отделений решеток. 
Этот кош перешел к торговцам, 
которые  признали  его  удобным  во 
время хода караванов.
Есть  еще  третий  род  юрты, 
которая  называется  калмак-юй 
(калмыцкий  дом).  По  значению 
названия  уже  видно,  что  этот  дом 
КЛАССиКи о КАзАхСКом НАродЕ
ч.ч. ВАЛихАНоВ

ӨЛКЕТАНУ №4, 2010
18
перешел от калмыков-торгоутов. Этот 
калмак-юй, или иначе торгоут-юй, от 
кайсацкой  юрты  отличается  только 
тем,  что  ууки  его  длиннее  и  менее 
выгнуты, чангарак в диаметре не более 
пяти  четвертей,  и  вообще  эта  юрта 
имеет более коническую форму.
1.Валиханов  Ч.Ч.  Собрание 
сочинений в пяти томах. Т. 1.-Алма-Ата: 
литература
«Главная  редакция  Казахской  советской 
энциклопедии», 1984.-С. 180-190.
КЛАССиКТЕр қАзАқ хАЛқы ТУрАЛы

19
АКТУАЛьНыЕ проБЛЕмы иСТоричЕСКой НАУКи
Первое  десятилетие  развития 
исторической  науки  независимого 
Казахстана  прошли  под  влиянием 
двух основных тенденций – эйфории 
раскрытия  «белых  пятен»  истории, 
связанных в основном с различными 
эпизодами советского периода, с одной 
стороны, и господством классической 
сциентистской  парадигмы  научного 
мышления  в  форме  исторического 
материализма. Вместе с тем, именно 
в этот период были сформулированы 
о б щ и е   п р о б ле м ы   п е р е с м о т р а 
методологических основ исторических 
исследований  в  Казахстане.  Еще  в 
2000  году  академик  М.К.  Козыбаев 
отмечал, что казахстанским историкам 
Е.а. абиль                                                                           УДК 94(574.2) «18»
Костанайский государственный 
педагогический институт, г. Костанай
поЛиТичЕСКиЕ проЦЕССы  
В СЕВЕрНом КАзАхСТАНЕ В пЕрВой 
поЛоВиНЕ XIX ВЕКА:  
ТЕорЕТичЕСКиЕ АСпЕКТы
Қазақстан тәуелсіздікке қол жеткізгеніне 20 жыл 
уақыт  болады.  Осы  арада  Отанымыздың  тарихи 
ғылымы мен тарихи білім беру саласы дербес дамып 
келе жатыр. Мақаланың авторы қазіргі кездегі тарихи 
ғылымның жағдайын батыл түрде талдауға салған.
Twenty years has passed from the moment of declaration 
of the sovereignty of Kazakhstan, all this time the histori-
cal science and historical formation had an opportunity 
independent development. It enough big term for forma-
tion of own schools of thought and concepts, therefore the 
author safely subjects to the analysis modern conditions 
of a historical science.
«необходимо  дать  более  широкую 
перспективу  источниковедческим 
исследованиям,  освоить  передовые 
технологии  в  клиометрических 
изысканиях,  дать  импульс  более 
и н т ен с и в н ы м   р а з р а б о т к а м   в 
методологических инновациях» [1].
Необходимо  отметить,  что 
постсоветсткая  историческая  наука 
длительное  время  не  обращала 
внимания на необходимость разработки 
методологических  основ  изучения 
исторического процесса. Подавляющее 
б о л ь ш и нс т в о   су щ е с т в ую щ и х 
обобщающих  работы  по  истории 
составляются  по  хронологическому 
принципу, содержание их построено по 
Е.А. АБиЛь

ӨЛКЕТАНУ №4, 2010
20
ТАрих ғыЛымыНың ӨзЕКТі мәСЕЛЕЛЕрі
схеме период-событие-факт. В результате 
у читателя закрепляется случайностно-
событийный взгляд на исторические 
процессы, а в связи с альтернативностью 
точек  зрения  на  значимые  события 
– сомнение в объективности процесса 
исторического познания.
В   ос н о в е   к а з а х с т а нс к ой 
академической исторической научной 
школы  лежит  классический  тип 
научной рациональности, с точки зрения 
которой историческая действительность 
предстает как мир, жестко связанный 
причинно-следственными отношениями, 
имеющих  линейный  характер: 
следствие  соизмеримо  с  причиной; 
настоящее  определяется  прошлым, 
а будущее – настоящим и прошлым. 
Случайность  рассматривается  как 
непознанная необходимость. Единичное 
усилие  не  может  иметь  видимого 
влияния  на  ход  истории.  Развитие 
мыслится  как  безальтернативное. 
Для  подавляющего  большинства 
казахстанских  историков  источник 
является самодостаточной ценностью, 
теория  –  не  основой  исторической 
науки,  а  скорее,  частью  философии 
и  социологии.  Междисциплинарные 
исследования можно пересчитать по 
пальцам.
Особенно  это  касается  тех 
периодов  истории  Казахстана,  по 
которым  существует  определенный 
дефицит источников и, как следствие, 
слабая изученность в предшествующее 
время. Один из таких периодов – первая 
треть  XIX  века,  период  кризиса  и 
ликвидации кочевой государственности 
в форме Казахского ханства, период, 
безусловно,  интересный  в  контексте 
изучения  генезиса  политических 
и  правовых  систем  номадов.  В 
то  же  время,  большинство  работ 
по  данному  периоду  строится  на 
классической  исследовательской 
парадигме,  предусматривающей 
анализ и интерпретацию источников 
с  последующей  реконструкцией 
исторических  событий,  объект 
исследований  –  политическая 
история, особенно – взаимоотношения 
пограничной  администрации  и 
казахской  элиты,  дипломатические 
и  торговые  отношения,  социально-
экономические  процессы  в  самом 
казахском обществе.
Неклассические  подходы  в 
изучении истории данного периода пока 
не  стали  основой  исследовательских 
проектов,  постнеклассические, 
междисциплинарные  исследования 
также  крайне  редки.  Вместе  с  тем, 
применение традиционных для мировой 
исторической  мысли,  но  пока  не 
освоенные казахстанскими историками 
подходы  и  парадигмы  позволяют 
расширить  наши  представления  о 
развитии казахстанского общества в 
период кризиса и ликвидации кочевой 
государственности.  Возьмем  на  себя 
смелость предложить несколько, на наш 
взгляд,  перспективных  направления 
для  теоретико-методологического 
эксперимента  в  исследовании 
интересующего нас периода.

21
Во-первых, изучение общественной 
жизни казахского общества в контексте 
интеллектуальной  истории.  Само 
выражение «интеллектуальная история» 
означает как историю интеллектуалов, то 
есть историю людей, которые создавали, 
обсуждали  и  пропагандировали 
различные идеи. В отличие от чистой 
истории  философии  (соответственно: 
науки, литературы и т.д.) и от истории 
идей, с которыми она тесно связана, 
интеллектуальная  история  изучает 
идеи  через  культуру,  биографию  и 
социокультурное окружение их носителей 
[2].  Особый  интерес  вызывает  как 
история представителей традиционной 
интеллектуальной школы – жырау, так 
и формирование новых, в частности, 
связанных с мусульманскими центрами 
в Бухаре и Уфе. Если первую группу 
интеллектуалов  изучали  только  в 
контексте их творческого наследия, то 
изучение второй группы – Бекет-ата, 
Марал-ишан и др. только начинается. Роль 
ислама в целом, в том числе и отдельных 
суфийских школ и течений в общественно-
политической жизни казахского общества 
до  сих  пор  в  исторической  науке 
Казахстана изучены слабо. Вместе с тем, 
процесс формирования интеллектуальной 
элиты казахского общества и особенности 
ее  функционирования  оказывали 
непосредственное влияние на общественно-
политические процессы в регионе.
В е с ь м а   п е р с п е к т и в н ы м 
н а п р а в лен и е м   и с т о р и ч е с к и х 
исследований  нам  представляется 
изучение  истории  повседневности, 
предметом изучения которой является 
сфера  человеческой  обыденности 
в   е е   и с т о р и к о- к у л ь т у р н ы х , 
политико-событийных,  этнических 
и  конфессиональных  контекстах. 
В   ц ен т р е   в н и м а н и я   и с т о р и и 
повседневности – «реальность, которая 
интерпретируется  людьми  и  имеет 
для  них  субъективную  значимость 
в  качестве  цельного  жизненного 
мира»,  комплексное  исследование 
этой  реальности  (жизненного  мира) 
людей  разных  социальных  слоев,  их 
поведения и эмоциональных реакций 
на события [3].
Д ей с т в и т е л ь н о,   в   т а к о м 
контексте история Казахстана данного 
периода  еще  не  изучалась.  Вместе 
с  тем,  анализ  того,  что  окружало 
человека  и  опосредовало  его  жизнь 
изо  дня  в  день  –  географические  и 
экологические условия жизни, трудовая 
деятельность, потребности (в жилище, 
в питании, одежде, лечении больных), 
возможности  их  удовлетворения 
(через  технику  и  технологии) 
–  достаточно  интересный  объект 
исследования.  Если  повседневная 
жизнь  казаха-кочевника  еще  более 
или  менее  известна  нам  благодаря 
этнографическим  исследованиям 
(вопрос  об  их  корректности  в 
применении к более раннему периоду 
оставим без внимания), то повседневная 
жизнь  жителя  пограничной  линии 
до  сих  пор  не  только  не  изучалась, 
она  вообще  не  ставилась  в  качестве 
объекта изучения. 
АКТУАЛьНыЕ проБЛЕмы иСТоричЕСКой НАУКи
Е.А. АБиЛь 

ӨЛКЕТАНУ №4, 2010
22
Не  теоретизируя  долго  об 
актуальности  данного  направления, 
приведем лишь один пример. Военно-
разведывательные экспедиции в степь, 
предпринимавшиеся  в  1814-1821  гг. 
для изучения возможностей разработки 
рудных богатств Улытау упоминаются 
разными исследователями. Их изучение 
происходило  до  сих  пор  только  в 
контексте  колониальной  политики 
России в регионе и казахско-русских 
отношений.  В  то  же  время,  такие 
важные вопросы, как финансирование 
данных  экспедиций,  их  снабжение, 
материально-техническое обеспечение, 
организация полевой службы, а также 
бытовые  условия  офицерского  и 
рядового состава существенно влияли 
на  их  взаимоотношения  с  местным 
населением  и  являлись  важным 
фактором исторического процесса.
Перспективным  направлением 
исследований может стать применение 
для исторического анализа и синтеза 
постнеклассических исследовательских 
парадигм,  для  которых  характерно 
в ы д в и ж ен и е   н а   п е р в ы й   п л а н 
междисциплинарных,  комплексных 
и проблемно ориентированных форм 
исторических исследований, в основе 
которых  лежат  кибернетический  и 
синергетический  подходы.  Развитие 
междисциплинарных  исследований 
закономерно  ведет  к  усилению 
взаимовлияния  гуманитарных  и 
естественных наук. Поэтому изменения 
м е т о д о л о г и ч е с к и х   ус т а н о в о к 
естественнонаучного  познания 
оказывают  на  процесс  становления 
постнеклассической  гуманитарной 
науки гораздо большее влияние, чем 
на процессы становления классической 
и неклассической гуманитарной науки 
[4].  Весьма  продуктивным  может 
быть  применение  синергетической 
парадигмы  для  изучения  истории 
освободительного  движения  казахов 
конца XVIII – начала XIX века.
Изучение истории национально-
освободительного  движения  казахов 
в контексте традиционных подходов 
пока  ставит  больше  вопросов,  чем 
дает ответов. Действительно, почему 
в XVIII веке, в период наибольшего 
могущества  Российской  империи, 
она  не  могла  глубоко  внедриться  в 
казахскую степь, а во второй половине 
XIX  века  полностью  ею  овладела, 
несмотря  на  неблагоприятную 
внешнюю  и  внутреннюю  обстановку 
(предреформенный кризис, поражение в 
Крымской войне). Почему относительно 
единый антиколониальный фронт XVIII 
– начала XIX века позже разваливается? 
Почему  бии  и  старшины,  стоявшие 
в  авангарде  антиколониальной 
борьбы  превратились  в  верных  слуг 
и  чиновников  царского  аппарата? 
По-видимому, дело здесь не столько 
в  экономических  и  политических 
причинах, которые конечно тоже нельзя 
сбрасывать со счетов, но и во внутреннем 
состоянии казахского этноса.
В силу внутренней стабильности 
системы  казахи  довольно  успешно 
сопротивлялись  джунгарским 
ТАрих ғыЛымыНың ӨзЕКТі мәСЕЛЕЛЕрі

23
завоеваниям и российской колониальной 
политике в XVIII - начале XIX века. 
Однако  уже  в  первой  трети  XIX 
века  происходит  резкое  ослабление 
казахского  государства.  Если  в 
начале XIX века карательные отряды 
сталкивались  с  организованным 
сопротивлением  казахских  родов, 
то  в  30-40-х  годах  колониальная 
администрация  стала  активно 
применять против антиколониальных 
сил отряды, набранные среди казахов 
же. По сути дела движения 40-60-х годов 
превратились  в  гражданскую  войну 
между казахами – противниками России 
и казахами, служившими ей. Местные 
интересы начинают преобладать над 
общеэтническими, теряется осознание 
единства и идея государственности. 
Анализ периода кризиса кочевой 
государственности  на  территории 
Казахстана во второй половине XVIII 
– начале XIX века позволяет прийти к 
выводу,  что  номадная  политическая 
система  исчерпала  потенциал 
развития  и  исчезла  в  результате 
упрощения социального разнообразия 
в  казахском  обществе,  сокращения 
оседло-земледельческого компонента, 
о г р а н и ч ен и я   м е ж д у н а р о дн ой 
правосубъектности  Казахского 
ханства. В начале XIX века политика 
России  в  отношении  Казахстана 
становится более активной, что было 
вызвано не только усилением влияния 
Российской  империи  в  регионе,  но 
и  ослаблением  самой  политической 
системы казахского общества. 
Реализация  идей  синергетики 
применительно  к  анализу  проблем 
политической  системы  позволяет,  в 
числе других проблем, прогнозировать 
и  фиксировать  условия,  процессы  и 
состояния метастабильности, кризисов 
и  деструктивности  в  политической 
системе, находящими свое теоретическое 
обоснование в концепции цикличности 
исторического процесса. Все известные 
нам политические системы Казахстана 
прошли  в  процессе  своего  развития 
одинаковые фазы или стадии. Другими 
словами политические процессы имеют 
циклический характер и подчиняются 
определенным  закономерностям.  На 
ход  генезиса  политических  систем 
оказывает  значительное  влияние 
не  только  внутренние,  но  целый 
комплекс внешних факторов, включая 
воздействие  других  политических 
систем,  этногенетические  процессы, 
климат, международную экономику.
Мы далеки от мысли объявить 
социальную  историю,  системный 
подход и основанные на нем методы 
либо  какой-либо  иной  подход  новой 
генерализирующей  концепцией, 
призванной  всесторонне  объяснить 
исторический процесс, тем более, что 
многие авторы справедливо указывают 
на  опасность  как  позитивистской 
редукции при перенесении на развитие 
общества и культуры установленных 
синергетикой  закономерностей,  так 
и  антипозитивистских  концепций, 
о т р и ц а ю щ и х   в о з м о ж н ос т ь 
научного  познания  не  только 
АКТУАЛьНыЕ проБЛЕмы иСТоричЕСКой НАУКи
Е.А. АБиЛь 

ӨЛКЕТАНУ №4, 2010
24
прошлого,  но  и  современности. 
Мы  хотим  лишь  обозначить  новые 
возможности,  которые  открывает 
применение  современных  теоретико-
методологических  подходов  в 
исследовании  отдельных  проблем 
казахстанской исторической науки.
ТАрих ғыЛымыНың ӨзЕКТі мәСЕЛЕЛЕрі
литература
1.  Козыбаев  М.К.  Казахстан  на 
рубеже  веков:  размышления  и  поиски. 
В двух книгах. Кн. 1. - Алматы: Ғылым, 
2000. - С.17
2.  Парадигмы  интеллектуальной 
истории: от коллективных представлений к 
авторским интенциям // Новое литературное 
обозрение. — 2004. — № 2 (66).
3.  Пушкарева  Н.Л.  История 
повседневности и частной жизни глазами 
историка // Социальная история. – М., 2003. 
4. Дука О.Г. Эпистемологический 
анализ теорий и концепций исторического 
развития  с  позиций  вероятностно-
смыслового  подхода  (на  примерах 
российской  историографии)  /  Дисс.  на 
соиск. уч. степени доктора исторических 
наук. - Екатеринбург, 2001. - С.110-112.

25
А к т у а л ь н ой   п р о б ле м ой 
исторической науки является изучение 
богатейшего наследия знатока казахского 
фольклора Машхур Жусуп Копеева. В 
этом году исполняется 150 лет со дня 
его рождения. Он родился в 1858 году в 
местности «Ашамай тас», расположенной 
между  гор  Кызылтау  Баянаульского 
округа.  Настоящее  его  имя  -  Адам 
Жусуп. Позже, когда ему исполнилось 9 
лет, султан Баянаульского округа Муса 
Шорманов за великолепное исполнение 
легенд,  дастанов,  поэм  прозвал  его 
«Машхуром», т.е. «известный». Это имя 
закрепилось за ним в народе навсегда.
Время, в которое он жил было 
крайне  сложным.  Россия  полностью 
колонизировала  всю  территорию 
Казахстана, начала проводить политику, 
направленную  на  окончательное 
С.н. МаМытоВа                                                            УДК 930.1.001.5(574)
Павлодарский государственный университет 
им. С. Торайгырова
из иСТориогрАФии  
иСТоричЕСКого НАСЛЕдия 
мАШхУр жУСУп КопЕЕВА
Бұл мақалада кеңес дәуірі кезіңде шығармаларына 
діни  мистицизм  мен  панисламизмді  насихаттады 
деген  негізсіз  айып  тағылып  келген  қазақ  ауыз 
тарихнамасының  білгілі  Мәшһүр  Жүсіп  Көпеевтің 
тарихи мұрасының тарихнамасы қарастырылады
The given article considers historiography of histori-
cal heritage of famous expert on Kazakh oral historiology 
Mashhur Zhusup Kopeev, whose creative work for a long 
time was groundless blamed for advocacy religious mysti-
cism and panislamism
превращение  казахского  народа  в 
бесправную, угнетаемую часть империи. 
В 1861 году, во время зимнего джута, 
семья Машхур Жусупа лишилась всего 
скота. Тогда его отец Копей решил: «Не 
скот опора человеку, а знания», и отдал 
своего  сына,  когда  ему  исполнилось 
пять лет, в медресе. С 1872 по 1874 годы 
Машхур Жусуп учился в Бухаре и овладел 
арабским,  персидским,  чагатайским 
языками. После возвращения в родной 
аул он учил грамоте детей, интенсивно 
занимался собиранием фольклора. Кроме 
того, с целью углубления и расширения 
имеющихся знаний, он совершил ряд 
путешествий по Казахстану и Средней 
Азии. Был в Акмоле, Туркестане, Бухаре, 
Ташкенте, Самарканде. 
В  1881  году,  поселившись  в 
городе  Акмола,  он  в  течение  года 
АКТУАЛьНыЕ проБЛЕмы иСТоричЕСКой НАУКи
С.Н. мАмыТоВА 

ӨЛКЕТАНУ №4, 2010
26
собрал и записал множество рассказов 
местных  сторожил  о  выдающихся 
личностях XIX – XX вв.: Казбек бие, 
Богенбай  батыре  и  других.  Позже, 
в  1889-1891  году,  Машхур  Жусуп 
побывал в Западном Казахстане, там 
он  собирал  и  записывал  сведения 
об  Исатае  Тайманове  и  других 
известных  личностях  этого  региона. 
Начиная с 80-х гг. XIX века, он стал 
активно  сотрудничать  с  газетами 
«Дала улаяты», «Туркестан улаяты», 
в журнале «Айкап». Демократические 
события 1905-1907 года отразились и 
на национальных окраинах Российской 
империи. В частности, в Казахстане под 
влиянием первой русской революции 
происходил  рост  самосознания 
казахского  народа  и  усиление 
национально-освободительного 
движения.  Машхур  Жусуп  одним 
из  первых  среди  казахских  поэтов 
откликнулся на эти события, отразив 
свое  отношение  к  революции 
1905  г.  в  стихотворении  «Канды 
жексенби» («Кровавое воскресенье»). 
Воспользовавшись демократическим 
манифестом  царя,  он  также  успел 
издать  3  книги:  «Житье-бытье», 
«Кому  принадлежит  Сарыарка»,  «В 
долгой жизни удивительного много». 
Позже  эти  издания  были  объявлены 
царской  цензурой  вредными,  а  сам 
автор  подвергся  гонениям.  Особенно 
вредным было признано произведение 
Машхур  Жусупа  «В  долгой  жизни 
удивительного  много»,  в  котором 
показано тяжелое положение простых 
тружеников  и  произвол,  творимый 
местными властями. Он предпринял 
попытку проанализировать причины 
социально-политических противоречий 
в  казахском  обществе  того  времени. 
Октябрьский  переворот  1917  года  и 
приход  Советской  власти  Машхур 
Жусуп  встретил  настороженно. 
Особенно  недоверие  к  советской 
власти у него возросло после разгрома 
правительства  Алашорды.  Машхур 
Жусуп  Копеев  в  это  время  отошел 
от общественно-политических дел. О 
политике,  проводимой  Советами  в 
Казахстане, он ничего не писал (либо 
рукописи  по  известной  причине  не 
хранил).  О  последних  днях  Машхур 
Жусупа  вспоминает  С.  Даулетов: 
«Поэт болел 7 дней и однажды сказал: 
«Смерть  приблизилась  и  ходит 
рядом».  1931  год  был  последним 
годом его жизни. После его кончины 
народ  возвел  его  в  сан  святых.  
С  тех  пор  к  его  могиле  приезжают 
люди, чтобы поклониться его праху, 
осуществить обряд жертвоприношения 
и  поминовения  усопших,  а  так  же 
исцелить свое тело и душу. 
С  его  именем  связано  начало 
письменного  изложения  казахского 
шежире,  являющегося  поистине 
хранилищем  историко-культурных 
традиций народа. Благодаря казахскому 
шежире,  отраженному  в  рукописях 
Машхур Жусуп Копеева, мы глубже 
познаем  историю  народа,  получаем 
яркую,  правдивую  информацию  о 
выдающихся  его  представителях, 
ТАрих ғыЛымыНың ӨзЕКТі мәСЕЛЕЛЕрі

27
АКТУАЛьНыЕ проБЛЕмы иСТоричЕСКой НАУКи
деяния которых оставили глубокий след 
в исторической памяти потомков.
В  силу  того,  что  Машхур 
Жусуп Копеев был непосредственным 
свидетелем  и  участником  событий 
второй  половины  XIX-  начала 
ХХ  века,  его  труды  представляют 
особую  ценность  для  современных 
исследователей  истории  Казахстана 
дореволюционного периода. 
Не  секрет,  что  долгие  годы 
творчество  Машхур  Жусуп  Копеева 
было в забвении, к нему предъявлялись 
нео б ос н о в а н н ы е   о б в и нен и я   в 
пропаганде религиозного мистицизма 
и панисламизма. В научной литературе 
советского  времени  внимание  к  его 
деятельности, творчеству можно сказать 
почти полностью отсутствовало. Лишь 
небольшие фрагменты, связанные с его 
именем, мы встречаем в работах менее 
политизированного раннего советского 
периода.  Так,  в  статье  Смагула 
Садуакасова «Киргизская литература» 
(1919  г.)  упоминается  о  Машхур-
Жусуп Копееве, как одном из тех, кто 
внес  определенный  вклад  в  создание 
казахской  письменной  литературы  
[1, с. 4]. Как великий подвиг составителей 
хрестоматии казахской литературы для 
8 класса можно оценить включение в 
нее одного из произведений опального 
Машхур-Жусупа  «Чертов  торг».  По 
воспоминаниям  писателя  Зейтена 
Акишева,  это  стихотворение  вошло 
в учебную литературу при активном 
участии Д. Абилева, К. Бекхожина и 
Е. Смайлова [2]. 
Начиная с конца 40-х годов XX 
века, в ряде статей звучит необоснованная 
критика в адрес Машхур-Жусупа, как 
фанатика ислама и националиста [3]. 
Несмотря  на  все  попытки  очернить, 
стереть  из  памяти  деяния,  творения 
Машхур  Жусуп  Копеева  в  период 
советского тоталитаризма, ныне народ 
с  большим  уважением  и  интересом 
обращается  к  творчеству  великого 
мыслителя.  Труды  Машхур  Жусуп 
Копеева выдержали проверку временем. 
Среди  ученых  происходит  активное 
изучение  его  наследия  в  разных 
контекстах: философском, литературном, 
культурологическом,  а  также 
историческом. Можно с уверенностью 
сказать, что изучение его творчества 
не  только  актуально,  но  и  жизненно 
важно  для  понимания  самосознания 
национальной культуры и истории.
Н а   с е г о д н я ш н и й   д ен ь 
многие  научно-исследовательские 
ц ен т р ы ,   о т д е л ь н ы е   и с т о р и к и 
предпринимают  попытки  раскрыть 
феномен  Машхур  Жусуп  Копеева. 
С р е д и   р а б о т ,   р а с к р ы в а ю щ и х 
историческое наследие Машхур Жусуп 
Копеева,  следует  особо  выделить 
монографию известного востоковеда 
М.К.  Абусеитовой  «Казахстан  и 
Центральная  Азия  в  ХV-ХVІІ  вв.: 
история, политика, дипломатия» [4]. 
С целью изучения этнополитической 
истории  на  территории  Казахстана 
и Центральной Азии, реконструкции 
культурного  наследия  данного 
региона,  М.К.  Абусеитова  провела 
С.Н. мАмыТоВА 

ӨЛКЕТАНУ №4, 2010
28
глубокое  исследование  рукописных 
источников многих восточных авторов 
средневековья и нового времени. В их 
числе  были  и  труды  Машхур  Жусуп 
Копеева.  Автор  этой  обстоятельной 
монографии  систематизировала 
и  обобщила  сведения  из  новых 
источников,  ранее  неизвестных 
казахстанской  исторической  науке  и 
представляющих особую ценность для 
изучения  истории  вклада  великого 
мыслителя  Машхур  Жусуп  Копеева 
в  развитие  духовной  культуры 
казахского народа 
Серьезным  исследованием, 
посвященным изучению исторических 
личностей  в  рукописях  Машхур-
Жусуп Копеева, является диссертация  
Е.К.  Жусупова  «Машхур-Жусуп 
Копеев и исторические личности в его 
рукописях». Основываясь на большом 
количестве  рукописных  источников, 
автор  дает  исторические  портреты 
многих выдающихся личностей степного 
края,  например,  Кенесары,  батыров 
Малайсары, Жасыбая и др. [5]. 
В  результате  проведенного 
исследования  Л.К.  Жусуповой, 
нашедшего  свое  выражение  в 
диссертации  «Варианты  рукописей 
«Корни  казахов»  М.Ж.  Копеева  – 
как  исторический  источник»,  автор 
приходит  к  выводу,  что  рукописи 
Машхур-Жусуп  Копеева,  созданные 
на материалах казахского фольклора, 
со д е р ж а т   б е с п р и с т р а с т н ы й , 
объективный  взгляд  мыслителя  на 
исторические  события  и  процессы 
в  жизни  казахской  степи.  Один  из 
главных  исторических  рукописей  
М.Ж.  Копеева  «Корни  казахов» 
содержит  богатейший  фактический 
материал, способствующий разрешению 
многих  спорных  моментов  в  оценке 
исторических событий XV - ХIХ вв. 
Л . К .   Ж усу п о в а   п и ш е т : 
«Существуют несколько вариантов этой 
работы. В каждом варианте история 
края  описывается  по-разному.  Хотя 
встречаются схожие тексты с работами 
В.В. Радлова и Абылгазы, но спорные 
исторические  события  описываются 
по-разному.  В  рукописях  Машхур 
Жусупа большей частью используются 
фольклорные  материалы.  Учитывая, 
что  каждая  отдельная  рукопись 
написана  различными  чернилами 
(красными,  синими,  черными), 
то  можно  предположить,  что  они 
первоначально  были  отдельными 
е д и н и ц а м и ,   и   т о л ь к о   п о з ж е 
объединены  в  книги.  Исторические 
легенды, песни, дастаны расположены 
в строгом хронологическом порядке 
и  подчиняются  одной  общей  теме  - 
«Казак туби» [6]. 
Обобщенной  работой  является 
учебное  пособие  Ж.О.  Артыкбаева 
«Историческое  наследие  Машхур-
Жусуп Копеева» [7]. В данной работе 
рассматриваются  такие  важные 
проблемы, как эпоха и историческая 
личность  в  трудах  Машхур-Жусуп 
Копеева,  исторические  события  XV 
– начала XX вв. в освещении Машхур-
Жусуп Копеева. 
ТАрих ғыЛымыНың ӨзЕКТі мәСЕЛЕЛЕрі

29
Автор  статьи  «Памятник 
олицетворяющий  начало  казахского 
государства  и  единства  казахского 
народа «Таңбалы бас» в историческом 
наследии М.Ж. Копеева» А. Жанисов 
сделал  попытку  дать  своеобразную 
характеристику такому источнику, как 
«Танбалы бас» путем использования 
одной из первых оценок этого памятника, 
сделанной Машхур-Жусуп Копеевым. 
Исходной позицией для исследователя 
послужило  положение  о  том,  что 
«Местность вокруг Танбалы бас богата 
историческими памятниками казахского 
народа XV – XVIII веков. Здесь произошло 
объединение  родственных  племен  в 
одно  государственное  образование  и 
провозглашение  этнонима  «казах»  
[8, с. 200].
В 2007 году состоялась презентация 
книги  известного  баянаульского 
краеведа, старшего научного сотрудника 
Мавзолея  Машхур  Жусуп  Копеева 
Асета Пазылова «Бабалар ғұмырнамасы 
және  Мәшһүр-Жүсіп  Көпеев»  [9]. 
Сложнейшая задача – всестороннего, 
объективного показа деяний святого 
старца на основе народных сказаний 
и преданий, на наш взгляд, достойна 
решена  в  этой  монографии.  Автор  в 
проблемно-аксиологической плоскостях 
представил  всю  палитру  суждений, 
представлений о Машхур Жусуп Копееве. 
Содержание работы свидетельствует о 
том, что автор глубоко, исчерпывающе 
изучил специфику научного наследия 
великого ученого. Великого ученого, ибо 
его великие мысли раскрывают истину. 
Там, где нет истины, там нет прогресса, 
там не следует искать справедливости, 
согласия и гармонии. Такова основная 
идея  работы.  Достаточно  широко  и 
рельефно воссоздана и историческая 
эпоха, в которой жил и творил философ. 
Достаточно  четко  прослеживается 
мысль, что личность Машхур Жусуп 
Копеева  служит  связующим  звеном 
между  прошлым  и  настоящим.  Как 
подтверждают очевидцы, многие его 
пророчества сбылись, стали реальностью. 
Асет  Пазылов  убедительно  показал, 
почему поколения за поколением людей, 
бесконечно  обращаются  к  словам 
назиданий мудрого аксакала. Одна из 
сторон творческого наследия Машхур 
Жусуп Копеева предельно выражена в 
следующих словах автора: «Мәшһүр 
Жүсіп  Көпеев  қай  заманда  болсын, 
азаттықты аңсаған қуатты жырларымен 
қазақ поэзиясының асқақ шыңы болып 
қала бермек». /Во все времена творчество 
Машхур  Жусуп  Копеева  останется 
крупнейшим  образцом  воспевания 
свободы в казахской поэзии/. В целом, 
можно сказать, что в своем труде Асет 
Пазылов продемонстрировал виртуозное 
владение  казахским  фольклором  и 
фактологическим  историческим 
материалом.
Т а к и м   о б р а з о м ,   н а 
современном  этапе  в  результате 
изменений  политической  ситуации, 
э к о н о м и ч е с к и х   о т н о ш ен и й , 
социальной  сферы  происходит 
су щ е с т в ен н а я   к о р р е к т и р о в к а 
отечественной науки, в первую очередь, 
С.Н. мАмыТоВА 
АКТУАЛьНыЕ проБЛЕмы иСТоричЕСКой НАУКи

ӨЛКЕТАНУ №4, 2010
30
исторической.  Новое  мировоззрение 
повлекло  за  собой  расширение 
методологической  базы,  отказ  от 
упрощенного,  политизированного 
подхода,  характерного  для  работ 
п р е д ш е с т в ую щ е г о   п е р и о д а . 
Появляются  новые  подходы  к 
изучению  исторического  процесса, 
особенно  усиливается  внимания  к 
персонифицированной  истории. 
Личностное содержание эпохи позволяет 
с  максимальной  конкретностью 
реконструировать облик исследуемого 
периода. Историографический обзор 
современных исследований показывает, 
что уже заложены серьезные основы для 
дальнейшего изучения исторического 
наследия  Машхур-Жусуп  Копеева. 
Несомненным плюсом вышесказанных 
работ  является  введение  в  научный 
оборот новых рукописных материалов, 
оригинальных  интерпретаций 
исторического  наследия  Машхур-
Жусуп Копеева.
ТАрих ғыЛымыНың ӨзЕКТі мәСЕЛЕЛЕрі
ЛиТЕрАТУрА
1. С а д у а к а со в   С .   К а з а х с к а я 
литература.  //  Народный  совет.  –  1993. 
- № 42. 
2.  Ақышев З. Мәшһүр Жүсіп һәм 
Жүсіпбек. // Дауа. – 1991. – қазан.
3.   Муканов  С.  Об  учениках 
Абая.  //  Абай.  1992  -  №4.  -  С.  57-70; 
Габдуллин М. М. Копеев – религиозный, 
н а ц и о н а л и с т и ч е с к и й   п о э т .   / / 
Социалистический Казахстан. - 1952.
4.   Абусеитова  М.Х.  Казахстан  и 
Центральная Азия в ХV-ХVІІ вв.: история, 
политика, дипломатия. – Алматы, 1998.– 
268 с. 
5.   Жусупов  Е.К.  Машхур-Жусуп 
Копеев  и  исторические  личности  в  его 
рукописях. – Астана, 2000.
6.  Жусупова Л.К. Варианты рукописей 
«Корни  казахов»  М.Ж.  Копеева  –  как 
исторический источник. – Алматы, 2002.
7.   Артыкбаев  Ж.О.  Историческое 
наследие  Машхур-Жусуп  Копеева.- 
Павлодар, 2004. – 216 с.
8.   Жанисов  А.Т.  Памятник 
олицетворяющий  начало  казахского 
государства  и  единства  казахского 
народа  «Таңбалы  бас»  в  историческом 
наследии  М.Ж.Копеева.  //  Материалы 
республиканской  научно-теоретической 
конференции «Чтения Машхур Жусипа». 
- Павлодар: ПГУ им. С. Торайгырова, 2003. 
– 370с. – С. 194-202.
9.  Пазылов Ә. Бабалар ғұмырнамасы 
және Мәшһүр-Жүсіп Көпеев. – Екібастұз, 
2007. – 240 б. 

31
А.ж. ЕрмАНоВ, м.г. КАчАНоВСКАя
Изучая  историю  юга  Западной 
Сибири и Казахстана в XVI-XIX вв. 
мы постоянно сталкиваемся с фактом 
присутствия  и  непосредственного 
в о з д ей с т в и я   н а   р а з в и т и е   и 
модернизацию данного региона такого 
сословия как – казачество. 
Казаки – это «…первоначально 
вольные  люди,  из  бежавших  от 
феодального гнета крепостных крестьян, 
холопов,  горожан,  селившихся  на 
окраинах  Русского  государства. 
Казачество окончательно сложилось в 
16-17 веках» [1, с.175]. Это был период 
самостоятельного  существования 
казачества, когда оно жило по своим 
законам  и  правилам,  «золотой  век» 
казачества [2, c.23].
Казаки  располагались  как  на 
отдаленном севере, так и на юге. На 
севере,  где  все  было  относительно 
спокойно,  они  могли  заниматься 
а.Ж. ЕрМаноВ, М.Г. КаЧаноВСКая                         УДК 94(57) «15/6»
Павлодарский государственный университет
 им. С.Торайгырова
ВоЛьНо-КАзАчьЕ ВоздЕйСТВиЕ  
НА ТЕрриТорию югА зАпАдНой СиБири и 
пАВЛодАрСКого приирТыШья  
В КоН. XVI – XVII ВВ.
Атаулы мақалада XVI ғ. соңы - XVII ғ. Батыс Сібірдің 
Оңтүстігін  және  Солтүстік  Қазақстан  жерлерін 
казактардың игерудегі рөлі және тарихы зерттеледі.
The present article comprises the history and the role of 
Cossacks in reclaiming of the South of the Western Siberia and 
the North of Kazakhstan in the end of XVI-XVII centuries.
мирными  промыслами  -  охотой, 
рыболовством и животноводством, а 
вот на юге казаки имели иное особое 
значение.  Они  находились  в  составе 
сторожевой  и  станичной  служб, 
охраняли  пограничные  территории 
от разорительных набегов крымских 
татар и ногаев. Таким образом, казачьи 
территории выполняли важную роль 
буфера на южных, а также восточных 
границах  русского  государства, 
прикрывая и фактически принимая на 
себя набеги степных орд.
« К а з а ч е с т в о   с т а л о 
характеристическим явлением народной 
русской  жизни  того  времени.  Это 
было народное противодействие тому 
государственному  строю,  который 
удовлетворял далеко не всем народным 
чувствам, идеалам и потребностям. Народ 
русский, выбиваясь из государственных 
рамок,  искал  в  казачестве  нового, 
АКТУАЛьНыЕ проБЛЕмы иСТоричЕСКой НАУКи

ӨЛКЕТАНУ №4, 2010
32
иного общественного строя. Идеалом 
казачества была полная личная свобода, 
нестесняемое землевладение, выборное 
управление и самосуд, полное равенство 
членов  общины,  пренебрежение  ко 
всяким преимуществам происхождения 
и  взаимная  защита  против  внешних 
врагов.  Казачество  не  иначе  должно 
было проявиться, как в форме военной, 
наезднической и даже разбойнической» 
[3, с.525-526].
Известно,  что  территория 
нынешней  Павлодарской  области 
входила в состав Сибирского ханства, 
образованного  в  середине  XV  в.  и 
населенного  в  основном  казахскими 
родами  кереев,  уаков,  найманов, 
кыпчаков.  Территория  Сибирского 
ханства  занимала  долины  Тобола, 
Есиля  и  среднего  Иртыша,  и  на  юге 
граничило казахским ханством [4, с.53]. 
Естественно, территория Павлодарской 
области была вовлечена в исторические 
события того времени. 
Колонизации Северо-Восточного 
Казахстана царской Россией в начале 
XVIII века во многом способствовало 
падение Сибирского ханства в самом 
конце XVI века и вхождение его в состав 
Московского государства. Остановимся 
вкратце  на  некоторых  особенностях 
Сибирского ханства и о роли Ермака 
в завоевании Сибири, как на значимом 
факторе вызревания и укрепления военно-
казачьего влияния в данном регионе.
Сибирское  ханство  было 
э ф е м е р н ы м   п о л и т и ч е с к и м 
образованием.  В  нем  никогда  не 
прекращалась междоусобная борьба. 
Слабость  Сибирского  ханства, 
в ы р а ж а ю щ а я с я   в   о т су т с т в и и 
надежного единства между оседлым, 
з е м ле д е л ь ч е с к и м   З а п а д о м   и 
кочевниками Востока, была очевидной. 
Не имеющее прочной экономической 
базы, раздробленное на обособленные 
улусы и княжества Сибирское ханство не 
могло обеспечить своего существования, 
особенно  в  70  -  80-х  годах  XVI  в., 
когда  значительно  осложнилось  его 
внешнеполитическая  обстановка  [5, 
с.234].
В  этот  период  радикальным 
образом  меняются  взаимоотношения 
Сибирского  ханства  с  Русским 
государством.  Взятие  русскими 
войсками  Казани  в  1552  г.  и  сдача 
без  сопротивления  Астрахани  в 
1556  г.,  а  несколько  ранее  -  падение 
Золотой  Орды,  приблизили  границы 
России вплотную к Казахской Степи,  
к Западной Сибири.
Но  в  80-х  годах  Западная 
Сибирь,  в  частности  территория 
Сибирского ханства, стала объектом, 
интересовавшим не только московское 
правительство,  но  и  крупных 
солепромышленников  Строгановых, 
использовавших «казачью вольницу» 
в  своих  целях.  «...Колонизация 
по  Иртышу  совершалась  скорее, 
так  как  эта  волна  была  сильнее; 
Иртышский край и Алтай, благодаря 
природным богатствам, имели в глазах 
колонизаторов большую цену, и сюда 
направлялось их больше» [6, с.152].
ТАрих ғыЛымыНың ӨзЕКТі мәСЕЛЕЛЕрі

33
АКТУАЛьНыЕ проБЛЕмы иСТоричЕСКой НАУКи
В 1574 году известные русские 
купцы  и  солепромышленники 
Строгановы  получили  у  царя  Ивана 
Грозного грамоту, в которой говорилось 
о  том,  что  они  могут  идти  за  Урал 
и  строить  укрепления  на  Тоболе, 
якобы  с  целью  защиты  от  набегов 
Кучума. Укрепление позиции в Сибири 
позволяло  России  вести  торговлю  с 
Казахской степью и Бухарой [7, c.220]. 
Таким образом, огромные территории 
на  Урале  и  Сибири  были  отданы  в 
личную собственность Строгановых. 
Строгановы  выполняли  все 
подготовительные  мероприятия  к 
завоеванию  Сибирского  ханства. 
Необходимо  было  войско,  сильный 
мобильный отряд, имеющий большой 
опыт войны на реках. Необходимость в 
профессиональных воинах, вынудило 
Строгановых обратиться за помощью 
к вольным донским, яицким, волжским 
и другим казакам.
О к о л о   1 5 8 0 - 1 5 8 2   г о д о в 
Строгановы снарядили на свои частные 
средства  казачий  отряд  во  главе  с 
Ермаком  для  разведки  обстановки  в 
татарском государстве и сбора ясака 
с  сибирских  туземцев.  В  записях 
сибирских летописей о походе Ермака, 
снаряженного Строгановыми в Сибирь, 
в  1581  г.  и  в  тексте  Устюжского 
летописного свода, повествующего о 
походе в Юргу посланных из Москвы в 
1583 г. военных отрядов под командой 
Ф.Курбского  и  И.Травина,  отмечено 
продвижение русских в низовья Иртыша. 
Здесь Ермак и его дружина «многие 
городки  и  улусы  татарския  по  реке 
Иртышу и по Великой Оби и Казым 
град  остяцкой  взяша»  [8,  с.141-142], 
а Курбский и Травин с устюжанами, 
вологжанами, вычегжанами, вымичами, 
сысоличами и пермяками «от Сибири 
шли по Иртышу реце вниз, воюючи, 
да на Обь реку Великую в Югорскую 
землю» [9, с.54]. 
В 1581 г. начался поход Ермака 
в Сибирь. Поднявшись по р. Чусовой и 
перевалив Уральский хребет, дружина 
Ермака  начала  свое  продвижение  на 
восток.  Плыли  на  легких  стругах  по 
сибирским рекам Тагилу, Туре, Тоболу 
в  направлении  столицы  Сибирского 
ханства  Кашлыка.  Два  раза  разбили 
они сибирских татар, на Туре и в устье 
Тавды. Кучум выслал против казаков 
Маметкула,  с  большим  войском,  но 
и это войско было разбито Ермаком 
на  берегу  Тобола,  при  урочище 
Бабасан.  Наконец,  на  Иртыше, 
под  Чувашевым,  казаки  нанесли 
окончательное  поражение  татарам  в 
битве  при  Чувашевом  мысу.  Кучум 
оставил засеку, защищавшую главный 
город его ханства, Сибирь, и бежал на 
юг, в Ишимские степи.
Кучум  потерпел  поражение, 
однако в 1584 г. Ермак, попав в засаду 
устроенную  Кучумом,  погиб.  Узнав 
о гибели своего вожака, стрельцы во 
главе  с  головой  Иваном  Глуховым 
ушли  из  Кашлыка  в  европейскую 


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12


©emirsaba.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

войти | регистрация
    Басты бет


загрузить материал